Tabula Rasa: Исходная точка (СИ) - Архангельский Антон

     — Спасибо, что спас, — прохрипел Вил ему в спину.

     Рик явился примерно через час. Тот утырок, которого он притащил с собой, вообще не вызывал доверия. Это и есть проводник? Кажись, этот парень просто поехавший наркоман. Ян послушно принял у Рика два плотно набитых, увесистых рюкзака. Рик притащил сухую и более подходящую для перемещений одежду, чем шорты: плотные камуфляжные штаны с карманами, высокие ботинки с защитой голени и наколенники; кожаную куртку и толстовку с капюшоном. Нейтану досталась похожая одежда. Шмотки для Вильяма Рик тоже прихватил. Только утырок был одет в лёгкую рубашку с закатанными рукавами, грязные кеды и штаны до колен.

     — Ливень почти кончился, можете уходить, — Рик оглядел присутствующих. — В рюкзаках кое-что из жрачки, вода, стимуляторы и кое-какие лекарства.

     Наркоша всё это время молчал и только дебильно лыбился. Яну оставалось надеяться, что как проводник он их не подведёт.

     — Я перевёл тебе расчётные, спасибо, — сказал Нейтан. — Ян, дай одежду пацану и выдвигаемся.

     — А мне ты расчётные перевёл?! — из второй комнаты высунулся Росс. — У меня тут не богадельня.

     — Перевёл, — отрезал Нейт.

     Ян быстро переодел ещё полуобморочного Вильяма и, взвалив того на спину, вышел ко всем остальным. Держать пацана пока что было легко благодаря способности. Интересно, надолго ли? Вроде бы, выносливость тоже не должна подвести. Нейтан подхватил оба рюкзака и приказал Мозесу не витать в облаках и сосредоточиться.

     — Как только мы будет в пятом секторе, связь обрублю, —обратился Нейтан к Рику.

     — Понял. Буду ждать, — тот кивнул. — И Бланк.

     — Что?

     — Ты тоже вернись, а то без ночного портье будет туго. Да и тренировки мы не закончили, — Рик ухмыльнулся.

     — Понял, — Ян кивнул.

     — Так. Всё, — Нейтан направился к выходу из больнички. — Готов? — он искоса взглянул на Яна.

     — Готов.

     Он глубоко вздохнул и вышел вслед за Нейтаном в прохладу улицы. Кажется, вот только что, нечто закончилось, сломалось и вылетело в трубу. Где-то в подкорке скрежетало и свербело чувство, что все передряги, случившиеся с ним до сих пор — цветочки, а вот впереди горькие и, возможно, ох какие ядовитые ягодки.

      Конец первого тома.