Андрей Добрынин - Черный пробел
В тот день Варенька поднялась с кучи гнилой соломы, служившей ей ложем, едва в кромешную тьму карцера просочился из–под двери единственный тусклый лучик света. Несмотря на слабость, больше она так и не прилегла. Ей не давало покоя предчувствие каких–то радостных перемен, она целый день ходила из угла в угол, напевала и даже пыталась танцевать. И когда в коридоре послышались шаги и затем донесся звон ключей, она уже знала, кто там. Взявшись за руки, они вышли на улицу и пошли среди гомона праздничной толпы, развевающихся ярких флагов, под сияющим апрельским небом. Они еще ничего не сказали друг другу, да в этом и не было нужды — они и без слов все знали. И лишь когда путь преградила длинная вереница пленных бандитов, Варенька» увидев знакомые лица и словно очнувшись от светлого сна, нарушила молчание. «А с ними что теперь будет?» — спросила она. «Народ, Варя, — ответил полковник, — пускай народ, судит». Варенька вздохнула и теснее прижалась к Зубову. И полковник обнял ее за плечи своей сильной рукой.
КОНЕЦ
1973 — 1982