Любовь цвета клубники - Лия Джей

Луи падает посредине. Слева от него Марта, она подползает ближе и кладет руку ему на грудь. Я вымученно улыбаюсь. Аленка, сидящая справа от Луи, вскакивает с дивана.

– Куда пульт делся? – бормочет она себе под нос, шаря взглядом по комнате.

Я стою на месте как вкопанная. Думаю, куда мне садиться: с краю или ближе к Луи. Первый вариант логичнее и безопаснее, второй… Второй требует каждая клеточка моего тела.

– Вот он, паразит!

Аленка хватает пульт и с ногами забирается на диван. Она садится на край, как воробей на жердочку. Волосы растрепанны, очки съехали на кончик носа, домашний костюм с динозаврами открывает одно плечо.

– Ника, мы выбрали «Анну Каренину» Джо Райта. Избитая классика, знаю, но ребята, оказывается, ее не смотрели. Упущение!

– Кто бы говорил, маленькая противница Гарри Поттера. Вот что поистине классика, – смеюсь я и сажусь между Аленкой и Луи.

Сердце замирает, когда итальянец берет меня за колено и пытается придвинуть к себе. Пальцы будто прожигают кожу насквозь, пуская электрические разряды по костям и венам. Я подползаю к Луи, и он, удовлетворенно хмыкнув, убирает руку с моей ноги.

И к чему это было?

На экране появляется молодой офицер Вронский, и я уже знаю: с ним Анна будет изменять мужу. Измена… Краем глаза смотрю на Луи. Драмы, тайны и разбитые сердца хороши только в фильмах. В жизни же от них просто чертовски больно.

Марта открывает упаковку плавленого сыра и макает туда хлебную палочку. Протягивает Луи. Хлеб хрустит и оставляет крошки на губах. Я не могу сосредоточиться на фильме, хотя он на русском. Марта настояла: языковая практика своего рода. Итальянка иногда хмурится, но, кажется, большую часть понимает. А вот взгляд Луи рассеян. Он окунает палочку в сыр, а потом… подносит ее к моим губам. Выжидательно вздергивает брови.

Я забираю палочку, губами нечаянно – ладно, специально – касаясь его пальцев. Луи по-лисьи улыбается, а через секунду уже отворачивается и как ни в чем не бывало приобнимает Марту.

Хочется взвыть. Громко, протяжно, так, чтобы Луи зажал мне рот ладонью и я хотя бы ненадолго снова почувствовала его прикосновение.

На экране вальсируют пары, перед глазами мелькают пестрые платья. Сквозь классическую музыку слышится сопение Аленки. Она уснула, свернувшись калачиком на краю дивана.

– Завтра рано вставать. Не обидитесь, если я пойду в спальню?

Марта чмокает Луи в щеку, дожидается моей одобрительной улыбки и выходит из комнаты.

– Не пойдешь с ней? – спрашиваю Луи, молясь всем богам, чтобы ответ был «нет».

– Пока посижу тут. Фильм интересный.

Он отправляет в рот еще одну палочку с сыром. Я делаю то же самое, затем тянусь за следующей, и наши пальцы соприкасаются. Готова поспорить, темноту комнаты прошивает разряд тока.

Я спешно отдергиваю руку, но Луи хватает меня за запястье, и мне приходится посмотреть ему в глаза. Малахитово-зеленые.

– Ты что, меня боишься? – Игривая улыбка.

Я боюсь тех чувств, что ты во мне вызываешь. Вслух не произношу. Просто мотаю головой.

– Тогда расслабься, Fragoletta. Не укушу я тебя.

Он смеется и за талию притягивает меня к себе. Меня окутывает запах морского бриза и жар его тела.

– Лучше сокрушаться о содеянном, чем сожалеть об упущенном, – звучит женский голос из динамиков. Кажется, это говорит графиня Вронская.

Слова эхом отдаются в сердце. И мне вдруг становится плевать абсолютно на все. Под ребра пробирается необъяснимая легкость, раскрывая грудную клетку нараспашку и развязывая язык.

– А жаль.

– Что жаль? – косится на меня Луи.

– Что не укусишь. Мне понравилось, как ты делал это в номере.

И где мое былое смущение?

Луи облизывает губу и прячет улыбку, отворачиваясь. Рука при этом крепче сжимает мою талию.

– Мне тоже понравилось.

Я бросаю взгляд на Аленку. Она крепко спит. Или очень хорошо прикидывается.

– Повторим? – на всякий случай произношу я по-итальянски.

Что я творю? Что? Я? Творю? Его девушка буквально за стенкой.

И вообще, я обещала быть с ним друзьями.

Но как, черт побери, может идти речь о дружбе с итальянцем по имени Ходячий Секс?!

Рука Луи обвивает мою шею, скользит вверх, пропадая в волосах. Я невольно тянусь к нему. Кончиком носа провожу по щеке, а потом, осмелев, облизываю мочку уха. Луи отстраняется. Взгляд становится серьезным и каким-то грустным.

– Никогда, слышишь? Никогда так больше не делай, Fragoletta.

Я сглатываю, пытаясь избавиться от кома в горле. На что я надеялась? Наивная дуреха.

– Потратишь на это свое желание? Попросишь меня держаться от тебя подальше?

Я горько усмехаюсь. Корзиночки ведь и правда получились отличные, Луи выиграл.

– Нет, желание я приберегу. Наша игра тут ни при чем. Серьезно, прошу тебя, больше так не делай.

– Почему? – поджимаю губы.

– Потому что я не могу обещать, что в следующий раз сдержусь.

Я едва слышно всхлипываю и сама удивляюсь этому звуку. Жду, что Луи выйдет из комнаты или как минимум отсядет, но вместо этого он сжимает мою руку.

– Ника, – взволнованно. – Ника, – мягко, успокаивающе.

Я утыкаюсь лбом ему в плечо.

– Прости, я знаю, что нельзя. Это глупо и…

– Можешь ничего не объяснять. – Он проводит рукой по моим волосам, приглаживая кудри. – Сам знаю. Ужасное чувство.

Фильм я больше не смотрю. Обнимаю Луи, закрыв глаза, пока он водит пальцами по моей спине, пуская по ней мурашки. Мы оба знаем, что не должны этого делать, но оба продолжаем.

– Завтра у нас дегустация блюд от нового шефа. Будем выбирать лучшие для меню. Хочешь пойти? Можешь снять видео, если тебе подойдет это по тематике блога.

Я вмиг выпрямляюсь и смотрю на Луи с нескрываемой радостью. Спрашивает еще! Это же уникальный контент. Точно зайдет. Особенно если пару раз в кадр попадут его растрепанные волосы и спина в белой льняной рубашке. Знаю, он пойдет в ней. Марта погладила ее перед ужином и повесила на стул в спальне.

– Придешь?

– Только если ты этого хочешь.

– Хочу.

Он хочет меня!

Видеть.

Да, просто видеть.

Но внутри у меня медом разливается ощущение великого блаженства, и я снова опускаю голову на плечо Луи. Так и засыпаю.

Луи

19 сентября

Я просыпаюсь оттого, что Марта прижимается ко мне слишком сильно. Рука давит на грудь, кончик носа упирается в шею, волосы щекочут щеку. Вот только запах от них непривычный – сладкий и вместе с тем свежий, как клубничный смузи.

Я открываю глаза. Рядом