Любовь цвета клубники - Лия Джей

Стоящий в дверях Влад усмехается. На нем синяя куртка и потертая горчичная шапка, которую так и хочется надвинуть ему на глаза.

– Растворись, и без тебя тошно, – бурчу я, одной рукой придерживая дверцу, другой – доставая специи с верхней полки.

– И комод протри в зале. – Мама накидывает на плечи черную норковую шубу, подарок третьего мужа. – Там следы от бокалов, липнет все.

Делая над собой усилие, киваю. Шаги в коридоре. Хлопок двери.

– Дайте-ка подумать, откуда они там, эти следы? – шепчу себе под нос. – Наверное, кто-то вчера пил шампанское и трахался до двух ночи, не давая мне спать. Кто же это мог быть?

Я ударяю по дверце, надеясь, что она встанет на место, но та с противным скрипом окончательно отваливается. В последний момент я успеваю отскочить в сторону. Дверца падает на плитку, докладывая соседям, что инженер из меня никакой.

Тяжело вздохнув, я подставляю стул и наконец дотягиваюсь до баночки со специями. Жить с ростом сто шестьдесят пять сантиметров ужасно, просто катастрофически неудобно. Спрыгнув на пол, я притягиваю к себе телефон. Включаю первую попавшуюся песню и пробегаю взглядом по рецепту: «Начинить луком, болгарским перцем и поставить в духовку, разогретую на двести градусов».

Лук… Перец… Это самый гадкий рецепт в мире!

Если бабуля всю жизнь готовила по наитию, то и я как-нибудь справлюсь. Нажимаю на крестик, без сожаления провожая вкладку в корзину. На ее месте загорается аватарка моего блога. Проверяю количество подписчиков и довольно улыбаюсь. С прямого эфира со свадьбы пришло пятьсот человек. И это за один день! Поцелуй с Луи явно того стоил.

Хотя потом он и сделал вид, что мы незнакомы.

Как только толпа перестала кричать «Сладко!», Луи коротко улыбнулся мне и направился к своему столу. Марта проследовала за ним, как адвокат киллера, а я осталась стоять посреди зала с простреленной грудью.

Позже, сохранив прямой эфир и пересмотрев этот момент, я поняла, насколько жалко тогда выглядела. Помада размазана. Волосы всклокочены. На щеке и платье следы зеленой краски, которой я наносила отпечаток на холст с семейным древом. Настоящая амазонка.

Нет, скорее неуклюжая версия принцессы Мериды, не умеющая стрелять из лука. Эта встреча на свадьбе была моей последней попыткой, и я промахнулась. Стрела пролетела мимо, Луи остался цел и невредим, зато мое сердце заныло, как натянутая тетива.

Видимо, это было заметно со стороны. Даже острый на язык ведущий не стал надо мной подшучивать. Отвел меня в сторону, дал стакан воды и спросил, точно ли я себя хорошо чувствую. Я кивнула, хотя перед глазами все плыло и нестерпимо хотелось плакать.

А еще поскорее уйти домой, чтобы не видеть, как Луи обнимал Марту за талию, а та бросала на него взгляды, нежные, как утренние лучи. Как она смеялась, мелодично и легко, будто на ветру звенели ниточки с ракушками и перламутровыми бусинами, которые обычно вешают в теплых странах над дверью. Как она целовала его в губы, долго и страстно, а потом коротко – снова и снова в перерывах между глотками вина. Алые волны в бокале. Rosso[29]. Его улыбка. Sole[30]. Нежные прикосновения. Amore[31].

– Это двоюродный брат Франческо, – ответила мне Маша, когда я аккуратно поинтересовалась, какими судьбами Луи оказался среди приглашенных. Я вспомнила разговор с отцом Луи у бассейна. – Его семья открывает новый ресторан в Москве. Фра говорит, у них потрясающая кухня. Обязательно сходи потом. Выбью тебе скидку по блату, напомни только.

Маша чокнулась со мной бокалом просекко и перешла в кружок подруг, собравшихся у шоколадного фонтана. Я осталась стоять в углу, издалека наблюдая за всеобщим весельем.

Мы с Машей не были особо близки, поэтому я радовалась и этим коротким диалогам, для которых она изредка выкраивала время в плотном графике невесты. Не считая семьи Фроловых, Луи и – заочно – Марты, я никого тут не знала. Удивительно, что меня вообще пригласили. Видимо, настояла Аленка – младшая дочь Фроловых, для которой меня наняли кем-то вроде няни или репетитора.

После двух лет выматывающей работы в кофейне я решила разместить объявление о поиске учеников. Не пропадать же моим школьным знаниям! Да, ЕГЭ по химии я завалила – поэтому и пошла в медицинский колледж, а не в вуз, как изначально планировала, – но русский и математику сдала на высокие баллы. Я думала, что буду готовить старшеклассников к экзаменам, но в итоге нашла Аленку.

Точнее, это ее родители нашли меня, направили на почту целый список обязанностей и предложили внушительную сумму, которая вполне покрывала эти запросы. Теперь я три раза в неделю забираю Аленку из школы, делаю с ней уроки, а потом еще пару часов развлекаю ее до прихода родителей. В первый вечер в роли няни я подготовила ей список мультиков в стиле «Холодного сердца» и «Тайны Коко». А что еще смотреть ребенку в шестом классе?

Триллеры. Детективы. Артхаусное кино. Аленка удивила меня разнообразием своих интересов, куда, помимо этого, еще входила русская классика, всевозможные работы по метафизике, психологии и психиатрии. Я почувствовала себя тупой рядом с этой двенадцатилеткой. Захотелось называть ее Аленой Дмитриевной, и никак иначе.

Телефон булькает уведомлением. Сообщение от Макса:

Фотографирую противную рыбину, себя с несчастным выражением лица и отправляю парню.

Куда уезжаешь?

Я раздраженно сжимаю челюсть. На Камчатку, куда ж еще!

Фроловы попросили меня пожить с Аленкой, пока они будут в отъезде. Их позвали вести олимпиадную смену в «Сириусе». Оба в совершенстве знают английский, а Дмитрий Анатольевич еще и итальянский. На свадьбе по пьяни такие монологи извергал…

Я рассказывала все это Максу пару дней назад, но, видимо, работа выжала из него все жизненные соки. И заполонила всю память медкарточками и отчетами.

Напоминаю Максу про свой временный переезд. Ответ приходит весьма красноречивый:

Чуть позже:

Я ставлю многоточие, чтобы Макс понял: важных планов у меня нет.

На самом деле влог из Турции я уже давно закончила, но все никак не осмеливалась его выложить.

Что скажет Макс? Можно соврать, что роман с Луи – выдуманная история для привлечения подписчиков. Он посмеется надо мной и махнет рукой.

Но, если потом поймет, что парень из Турции и свидетель на свадьбе – один