Алина Политова - Рысь

Она, красивая как никогда, волшебной бабочкой впорхнула в мои объятья. Почему-то так сразу получилось — я распахнул дверь и вдруг оказалось, что я уже обнимаю ее. Даже не знаю кто сделал первое движение.

Прижимая ее к себе, я поцеловал ее в висок. Голова закружилась от знакомого запаха духов.

— Ральф Лорен Блю, — сказал я.

— Что? — Она удивленно посмотрела на меня. — Ты разбираешься в духах?

Ее глаза сияли. И улыбались. И искрились. Я никогда еще не видел у нее таких глаз. Что с ней случилось?!

— Знаешь как я провел сегодня день? Ты будешь смеяться… Не поверишь! Я бродил по парфюмерным лавочкам и искал твой запах. Нанюхался так, что уже ничего кроме спирта не различал. И когда мой нос совсем мне отказал, я впал в отчаяние — я же мог пропустить твои духи случайно! Представляешь, я даже не знал, что духов этих великое множество… И тогда я начал описывать твой запах консультантам. Мы целый симпозиум там устраивали! Так вот, там был парень один, в "Седьмом небе" консультант, я так удивился — в парфюмерном магазине консультант — парень! Хотя в этом есть смысл, верно? Кому еще может женщина доверить выбор духов как не мужчине. Так вот, он попросил меня описать в двух словах этот аромат, который я ищу. Я долго соображал и выбрал два слова в конце концов — "льдистый" и "теплый". Льдисто-теплый аромат. Забавно звучит, да? И он сразу нашел мне то, что я искал! Тут же пошел и принес голубой квадратный флакончик. И он, этот флакон, был полон тобой! Ральф Лорен Блю… я запомнил название. И купил. Хочешь, я подарю тебе его? Хотя я хотел себе оставить.

В ее глазах что-то блестело, в самых уголках.

— Зачем тебе это? — С улыбкой спросила она.

Я пожал плечами.

— Не знаю, Рик. Блажь. Я капнул на подушку пару капель из этого флакона и валялся сейчас до самого твоего прихода в постели. И мне казалось, что ты рядом. Я хочу, чтобы ты всегда была рядом, понимаешь?

Я потащил ее в комнату и толкнул в кресло. Сам сел напротив, на диван.

— Рик, мы странно вели себя. Мы всегда были вроде как немного чужими. Но мы так близко и тесно знакомы физически, что наверное пришло время и поговорить, ты согласна?

— Я не знаю, — прошептала она, пряча глаза. — Мне было так легче. Я не знаю как себя с тобой вести. То, что было тогда, в первый день нашего знакомства, то, как я разговаривала с тобой…

— Это уже не имеет значения.

— Но, Денис, это была я. Я — настоящая. И ты только однажды увидел меня настоящую, все время потом я была другая. Неправильная что ли… Не я, понимаешь? Даже сейчас — это не я.

— Ты все время притворялась?

— Нет, я бы не сказала, просто… я становлюсь другой рядом с тобой. Незнакомой для себя. Мне это… меня это тревожило, все время тревожило. Ты наверное не понимаешь?..

— Не понимаю, — признался я. Хотя наверное понимал. Ведь на самом деле мне самому не хотелось видеть настоящую Рику! Ту, с которой я познакомился, которая трепала меня по щеке и называла "щеночком". Поэтому я поддерживал все это время ее игру в молчанки и секс без обязательств, так сказать. Мы оба… играли в эту игру, только у нас были разные цели.

— Тогда просто выслушай меня сейчас, хорошо?

Я кивнул.

— После того, первого раза, первой ночи, которую мы провели с тобой, во мне что-то надломилось. Что-то было такое… когда на следующий день у меня случился провал с репортажем, когда мне было погано на душе, я почему-то поняла, что единственное место, где я спасусь от этого всего — это место рядом с тобой. Ну вот так и понеслось… Я так выматываюсь морально каждый день, что просто бездумно потом еду к тебе, как дрессированная… рефлекс собаки Павлова. Рядом с тобой с меня все слетает. Все напряжение. И мне почему-то хорошо и легко становится. Ну почти. Дело в том, что мне достаточно, просто находиться с тобой рядом. Не обязательно секс… Просто я выбирала секс, потому что я не могу с тобой общаться. У меня к тебе такое странное отношение, такие необычные эмоции рядом с тобой возникают, что я… я теряюсь от всего этого. Обычно я не теряюсь. С другими людьми. И для меня дико все это… что я в какую-то овцу превращаюсь. Не могу расслабиться. Я боюсь начать с тобой разговаривать, как со всеми, как тогда, в первый раз. Боюсь, что снова тебя обижу своей резкостью… я не хочу этого. А иначе… я кажется и не могу. Поэтому мне легче было в постели. Но это зашло слишком далеко. Почему-то я не могла насытиться. Мне нужно было снова и снова идти к тебе. Каждую ночь. Я подумала, что это просто физиологическая зависимость. Женщине нужен секс, а у меня его раньше было не так уж и много. Мне казалось унизительным… спать с мужчиной. Ну может я не так выразилась… Я редко подпускала к себе мужчин настолько близко. Иногда, когда мне нужен был секс, я могла позволить себе провести с кем-нибудь ночь. Потом мне было противно и стыдно. Я не хотела больше видеть этого человека. Поэтому я искала самцов не из своего круга общения. Где-нибудь в баре знакомилась. Прикидывалась пустой и глупой. А потом вычеркивала этого мужчину из своей жизни раз и навсегда. А с тобой — иначе. Даже не знаю почему, Денис. Что в тебе особенного? Ты стал для меня наркотиком. И вчера я решила проверить, понять, быть может, просто мне понравилось, что у меня есть постоянный секс, все дело в этом. В физиологии. Мне нужно было понять, проверить. Вчера я была с другим мужчиной… ты слушаешь меня? Когда ты позвонил, я лежала в чужой постели. Разговаривала с тобой, а рядом был другой. Ты слышишь, Денис? Ты понимаешь о чем я говорю?

Я смотрел на нее и любовался ее прекрасными новыми глазами. Что-то подсказывало мне, что это сияющее, влажное, живое, эмоциональное, нежно-женское в них… оно не сможет держаться долго. Ее глаза другие. И эти краткие секунды, когда они все-таки ТАКИЕ — я должен запомнить навсегда, запечатлеть в своем сердце. Потому что только ради меня они стали такими, эти глаза. И я единственный быть может человек на свете, который смог увидеть это чудо. Когда сталь превращается в росу и нежный бархат. Ты изменила мне, милая? Какие, право, мелочи. Я должен взорваться от ярости и задохнуться от ревности и обиды? Ах да, конечно! Но где же мне взять эти эмоции? Где же взять их, когда я счастлив… моя богиня заговорила со мной! И она так неистово любит меня, как оказалось, что даже боится этого! Боится, так же как и я боюсь своей любви к ней. Не верит, так же, как и я не верил… Не верила. Но сейчас она здесь, со мной. И рассказывает мне все это. И я знаю, что она чувствовала вчера, падая в объятия другого. Я знаю… Милая, я ЗНАЮ! И знание это убивает во мне малейшие ростки ревности и прочей банальной чепухи. Мы такие разные, милая, что просто обязаны были удостовериться, что это ЛЮБОВЬ. Мы не могли иначе. Зато теперь мы знаем точно.