Виктория Эшли - Сожаление (ЛП)

Когда вернулась домой, я провела следующий час, ворочаясь в постели, и как раз собиралась, наконец, заснуть, как на мой телефон пришло текстовое сообщение. Я потянулась к столу и взяла телефон, ожидая, что это будет Кейд. Мое сердце мгновенно отреагировало на имя, которое мигало на экране. Удивительно, это не Кейд, но это последний человек, от которого я ожидала получить сообщение. Он вбил свое имя в мой телефон?

Келлан: «Ох, кстати… я забил свой номер телефона, если ты соскучишься по мне».

Феникс: «Как я уже сказала, ты, по-прежнему, шикарная попка. Доброй ночи, Келлан».

Келлан: «Доброй ночи. Оу, я оставил подарок в твоей сумочке. Теперь иди спать и думай обо мне.;) Уверяю тебя... сны будут счастливые».

Трогательная улыбка растянулась на моем лице, пока я убирала свой телефон обратно и закрывала глаза. Я знала, что этот идиот нашел способ положить свои чаевые в мою сумочку. Теперь буду думать о нем всю ночь и фантазировать о мечтах, об осуществлении которых могу только надеяться.

Вот вам и сон…

Феникс

Меня разбудил визжащий шум где-то в моей маленькой квартире. Звук абсолютно ужасный.

- Какого черта? Прекратите это!

Сбросив одеяло, я вскочила, провела пальцами по волосам, оглядела комнату. Прошло несколько секунд, и я снова услышала его. Звучало так, как будто кто-то тащил чемодан по кафельному полу, но вместо двух колес они использовали только половину проклятого колеса, а другая половина сломана, к сожалению.

Кто-то, серьезно, сейчас у меня в доме? Солнце еще даже не встало, и сейчас не больше, чем четыре часа утра. Пожалуйста, скажите мне, что это сон внутри сна, и я проснусь через пять часов в счастье и покое. Мне только удалось заснуть около часа назад, и даже после я не смогла уснуть достаточно глубоко. Это на самом деле происходит, мой день испорчен.

- Зои, помоги мне с этими сумками.

О, нет. Это, безусловно, голос моей мамы, в моем доме. Это точно не то, что я хотела бы услышать прямо сейчас, и сумки. Какие сумки?

Я в панике натянула халат и поспешно прошла через коридор на кухню. Яркий свет резал по глазам, из-за чего я прикрыла лицо руками и поморгала несколько раз, чтобы прийти в себя. Одного взгляда было достаточно, чтобы увидеть мою мать и сестру вместе с сумками и чемоданами с вещами.

- Воу, ребята. Из-за чего весь этот шум? - я убрала руку от глаз, слабо опираясь на стойку в качестве поддержки, все еще полусонная. Это явно не хорошо, а теперь я даже не была уверена, что хотела бы знать, что они здесь делают рано утром.

- Четыре часа утра, - я взяла одну из сумок и держала ее, рассматривая картинку нескольких молодых, милых мальчиков на ней. Я решила, это определенно должна быть сумка Зои, наполненная ее одеждой. – Что это? Пожалуйста, скажите, что это не то, о чем я думаю, - прошептала я.

Моя мать и Зои просто стояли тут, уставившись, как какие-то зомби, пока, наконец, Зои не выдернула сумку из моей руки и не прошла мимо меня.

– Я сплю на диване. Слишком рано для этого дерьма, и я больше не выдержу смотреть на нее. Она разрушила мою жизнь. Не могу поверить, что это случилось.

- Зои! - моя мать потянулась к ее руке, хотя она уже была слишком далеко, на пути к дивану. – Я не думала, что это произойдет, - слабо сказала она.

Сердце мое колотилось, как сумасшедшее, и я почувствовала тошноту в животе, пока смотрела на мать в ожидании того, что она скажет, чтобы объяснить этот беспорядок. Когда она просто стояла, я теряла терпение и чертовски боялась узнать правду.

- Мам, что происходит?

Слезы покатились из ее глаз, но она быстро смахнула их. Она всегда ненавидела показывать свою слабость, поэтому, как правило, выстраивала стену, но что-то мне подсказывало, на этот раз не будет так просто. Пряча лицо, она, наконец, сказала.

- Твой отец кое с кем встречается, Феникс. Все бесповоротно закончилось. Он попросил меня уйти, и вот мы здесь.

Эти большие карие глаза наполнились слезами, и через несколько секунд она упала, одной рукой ухватившись за столешницу, а другую свесила между коленями, пока рыдала.

– Что я буду делать? Тридцать лет. Тридцать лет я не была одна. Я не смогу. Я просто не смогу. Он нужен мне, Феникс. Я так сильно его люблю.

Черт побери, этого подонка. Это, безусловно, хуже, чем я себе представляла. Я оттолкнулась от стойки и села на колени перед ней, поставив руку ей на плечо для поддержки. Это, должно быть, в первый раз, когда ей необходимо мое утешение, и я надеялась, что это день никогда не наступит.

- Что, черт возьми, с ним не так? Как долго это продолжается? Как ты…

Я остановилась, понимая, как отдалился мой отец за последние пять или девять лет. Кто знает, как долго это продолжалось. Это мог быть и один год, или девять. Все, что я знаю, так это то, что он - задница.

- Просто не бери в голову. Он сукин сын и кусок дерьма, раз поступил так с тобой. Ты не заслужила этого.

- Не говори так о своем отце, Феникс. Он хороший человек, - она посмотрела заплаканными глазами и вытерла размазанный макияж. – Он пытался дать второй шанс. Поэтому Зои так много времени проводила здесь. Он пытался, не вини его.

- Ты издеваешься, мама! Он хороший человек? Почему тогда ты с Зои здесь со всеми вещами, если он хороший человек? Скажи мне. Он должен был уйти, - я встала и ударила кулаком по стойке, злясь, что мой папа так поступил со своей семьей. Семья - это все. – Не защищай его. Он годами не был хорошим, и даже ты это знаешь.

- Феникс! Следи за языком, - ее голос дрожал, она смотрела на меня мокрыми глазами. – Этот дом принадлежит ему, все в порядке. Я не работала восемь лет, и ты знаешь об этом. Я не могла работать после смерти Адрика. Я просто не могу больше правильно функционировать. Я скучаю по своему малышу…

- Мам, прекрати, - оборвала ее, не в состоянии справиться с этой исповедью. Я не могу это слушать. Зачем поднимать тему с Адриком сейчас, после восьми лет. Никто в том доме не говорил о нем, и только так я могла пережить эти годы. Молчание было ключом. Я пошла в гостиную так быстро, как могла, пиная сумку с моего пути. – Пожалуйста, не поднимай сейчас тему с моим братом. Разве не достаточно слез было уже пролито? Не время и не место сейчас говорить о нем, черт побери. Просто, не надо.

Моя мать последовала за мной, ее рыжие волосы слиплись на лице от слез, она, видимо, была полна решимости больше не прятаться.