Эмма Аллан - Принцип удовольствия
– Она умерла. Месяц назад.
– Ты уверена, что говоришь о Норе Бабкок?
– Разумеется, о ком же еще? Похоронили ее тихо.
– Естественно. Маргарет, я у тебя в долгу!
– Пустяки, Надя! Мы же с тобой старые подруги.
Они поболтали о погоде в Швейцарии, откуда звонила Маргарет, но мысли Нади уже были заняты другим: она прикидывала, каковы будут последствия упомянутого подругой печального события. Наконец они попрощались, Надя положила трубку и радостно улыбнулась.
Внезапно в кабинет без стука вошла Анджела Баррет, одетая в темно-зеленый костюм с коротенькой юбочкой. Ее длинные ноги были обтянуты тонкими прозрачными колготками. В руках она держала два бумажных пакета.
– Я случайно проезжала мимо и решила заскочить к тебе и вместе с тобой перекусить, – сказала она. – Здесь копченая семга, брынза и бутылочка сухого вина.
Она поставила пакеты на стол и достала из сумочки штопор. Надя принесла из соседней комнаты кофейные чашечки. Анджела протянула ей аппетитный бутерброд и разлила вино по чашкам. Подружки выпили и стали закусывать. Анджела спросила:
– Ну, как дела на выставке? Есть на что взглянуть?
– Да, конечно! Но я видела все картины еще до официального открытия экспозиции. Гамильтон – очень одаренный художник. Рекомендую сходить и самой оценить его работы.
Надя старалась говорить равнодушным голосом. Впервые ей не хотелось посвящать подругу в свою личную жизнь.
– Заманчивое предложение! – сказала Анджела.
– Я даже подумываю над тем, не купить ли мне одну из его картин, – сказала Надя, хотя такая идея ей только что пришла в голову.
– Ты познакомилась с художником?
– Он там был, – уклончиво ответила Надя, надеясь, что голос ее не выдаст.
– Классный мужчина, не правда ли?
– Да, нормальный.
– Только не пытайся меня убедить, что он не произвел на тебя впечатления!
– Да, он очень импозантен! – Надя заерзала на стуле, живо представив себе Джека, лежащего на кровати в обнаженном виде и с эрекцией. Она пожевала бутерброд, запила его вином и добавила: – Весьма импозантен.
– А какое впечатление произвела на тебя его супруга? – спросила Анджела.
Надя похолодела и дрожащей рукой поставила чашку на стол.
– Супруга? – переспросила она.
– Это женщина поразительной красоты. Брюнетка с длинными волосами и лицом с рекламного буклета косметики фирмы «Пандора». Надя, ты не можешь ее не помнить! Высокие скулы, впалые щеки, тонкие насмешливые губы, огромные темные глаза! Мужчины от нее без ума.
– Так она замужем за Гамильтоном?
– А ты не знала?
– Я знаю о нем лишь то, что ты мне вчера рассказала в машине. Почему ты не сказала, что он женат? – Надя прикусила язык, сообразив, что выдала себя.
– А почему это тебя вдруг взволновало, подруга? – Анджела подозрительно прищурилась и впилась в Надю пытливым взглядом.
Врать было бессмысленно.
– Да потому, что я провела с ним эту ночь, черт подери! Вот влипла! Теперь понятно, почему он привез меня в свою мастерскую. Чтоб ей провалиться!
– Ты с ним переспала? – Анджела вытаращила глаза. – Так что же ты молчишь? Переспать с самим Джеком Гамильтоном и не рассказать мне об этом! Какое коварство! Ну, и каков он в постели? Хорош? Я зеленею от зависти!
– Прекрати, Анджела! Он не сказал, что женат.
– Да какая разница, Надя! Вы славно провели время, вот что главное!
– Ты знаешь, как я отношусь к женатым мужчинам!
Отчаянию Нади не было предела. Она ведь зареклась иметь дело с женатыми ловеласами, следовательно, нарушила свою клятву.
– Да не принимай ты это близко к сердцу!
– Он обманул меня!
– Разве он утверждал, что холост?
– Нет, но все равно… – Надя прикусила губу, готовая разрыдаться. Гамильтон стал ей ненавистен.
– Он подумал, что ты все о нем знаешь. Это общеизвестный факт его биографии. Ты читала рекламный проспект?
– Нет. Но если бы я знала, что он женат, я бы… – Надя осеклась, задумавшись, как она поступила бы в этом случае. Гамильтон вновь возник перед ее мысленным взором. Она тяжело вздохнула.
Анджела воспользовалась ее смятением и спросила:
– И как все происходило в мастерской?
– Он, видимо, таскает туда всех своих крошек. Двуспальная кровать, душ, туалет, кухня, буфет с выпивкой. Утром он угостил меня кофе.
– Так чем же ты не довольна?
– Анджела! Пожалуйста, не сравнивай меня с собой! Ты знаешь, насколько серьезно я отношусь к сексу. И тебе известно, как со мной поступил Джеффри Аллен.
– Забудь о нем! Лучше расскажи о Гамильтоне! – Она подалась вперед. – Каков он в деле?
– В этом-то и вся закавыка!
– В чем?
– В том, что он едва не свел меня с ума. Ничего подобного я раньше не испытывала, черт бы его подрал! – воскликнула в сердцах Надя и стала рассказывать, как все происходило.
* * *Утром, после соития, он встал, накинув коротенький хлопковый халат, пошел варить кофе. Кроме этого, он приготовил для нее фужер апельсинового сока и подал на белом подносе в постель. До восьми тридцати, когда ей нужно было бежать, оставалось десять минут. Джек погладил ее по щеке и взглянул на нее как на произведение искусства. Надя все еще находилась во власти оргазма. Соски еще не опали, клитор вздрагивал, а во влагалище ощущалось присутствие члена Джека. Она светилась радостью и самодовольством. Он велел ей одеваться и, пока она натягивала юбку, сделал комплимент ее фигуре. Когда она надела блузку и обернулась, то увидела, что у него возникла эрекция.
– Вот что ты со мной наделала! – укоризненно сказал Джек.
Видимо, в глазах Нади он прочел желание повалить его на кровать и твердо заявил:
– Нет, хватит! Отправляйся на службу!
– Да, ты прав. Но может быть… – Надя готова была не пойти на работу.
– Нет! Не делай ради меня ничего такого, о чем потом будешь жалеть. Это испортит наши отношения. А мне бы хотелось, чтобы у тебя остались обо мне исключительно приятные воспоминания.
Надя поняла его слова как намек на продолжение приятного знакомства, но все же уточнила:
– Мы еще увидимся?
– Разумеется! Запиши мне номер своего телефона, я тебе позвоню. Буду с нетерпением ждать нашей следующей встречи!
Его пенис служил тому ярким подтверждением.
С тех пор Надя пребывала в чудесном расположении духа, постоянно думая о Джеке и соитии с ним.
* * *– Черт бы его подрал, – снова повторила она. – Я чувствую себя преданной, Анджела. – На глаза у нее навернулись слезы. Она отчаянно заморгала, пытаясь их сдержать, и воскликнула: – Что же мне делать?!
– Он сказал, что позвонит, значит, позвонит. Жди!
– Что я и делаю! Почему бы ему не позвонить? Он думает, что я знала, на что шла, с самого начала. Где этот чертов проспект выставки? – Надя порылась в ящике стола, нашла то, что искала, и, перелистав страницы, уставилась на фотографию Гамильтона. В коротенькой справке под ней говорилось, что художник женат на фотомодели Яне Гамильтон. – Ты права! Мне следовало бы почитать буклет, прежде чем знакомиться! Выходит, он принял меня за свою поклонницу, готовую на все, благодарную почитательницу его таланта.