Белль Аврора - Неукротимый (ЛП)

— Идеальная. Такая идеальная.

Тряхнув головой, как будто прогоняя свои мысли, он смотрит на меня сквозь полуприкрытые веки и грубо шепчет:

— Я собираюсь трахнуть тебя без презерватива. — Мое сердце пропускает удар. В хорошем смысле. Он ухмыляется: — Собираюсь кончить прямо в тебя. И ты будешь стонать от восторга.

Я произношу свои первые реплики:

— Нет. Не надо. Пожалуйста, не надо. Я забеременею.

Он выплевывает смешок:

— Отлично, — обрушивая свои губы на мою щеку, он бормочет: — Каждый раз, когда ты будешь смотреть на него, ты будешь видеть меня. — Прикусывая мою щеку совсем не нежно, он шипит: — Если не прекратишь трястись, то я заставлю тебя поперхнуться моим членом.

Это немного пугает, что он играет свою роль так хорошо. Немного.

Понижая свой голос до шепота, я умоляю:

— Пожалуйста, отпусти меня. Я никогда никому не скажу. Просто отпусти меня.

Он трется своим внушительным членом о мой живот, затем опускает руку вниз, чтобы нащупать мой холмик через кружево. Он грубо говорит:

— Суки как ты не носят подобное дерьмо, если не хотят быть оттраханными мужчиной. Я мужчина, детка. И я собираюсь трахнуть тебя. Независимо от того, хочешь ты этого или нет.

Страх в моем голосе внезапно становится настоящим:

— Если ты попытаешься, я закричу.

В его голосе слышится насмешка:

— Кричи сколько влезет, — его губы касаются моей ушной раковины. — Сопротивление еще больше заводит меня.

Оттянув трусики в сторону, его палец касается влажного тепла моего чрезмерного возбуждения, и он шепчет:

— Видишь? Ты тоже хочешь этого. Твое тело не лжет. Не сопротивляйся.

Мы оба прекрасно знаем, что на самом деле он имеет в виду: «Сопротивляйся, детка. Мне это ужасно нравится.»

Так я и делаю. Отстраняясь от него, я поднимаю ногу к его животу и пытаюсь завоевать немного пространства между нами, отпихивая его в сторону. Он тянет за ремень, на мгновение лишая меня воздуха. Я задыхаюсь, тяжело пыхтя, пока мое сердце колотится как сумасшедшее, а в висках стучит кровь. Я упираюсь ему в плечи. Он одной рукой обнимает меня за талию и притягивает к себе, надежно стискивая меня в своих руках. Я хныкаю. Он рычит и кусает меня за плечо. Я визжу и кричу от удовольствия и боли сразу. Мое самое интимное место пульсирует. Я уже близка к оргазму.

Я кричу:

— Пожалуйста, не делай мне больно.

Он замирает на секунду, перед тем как спокойно произнести:

— У меня нет выбора.

Опустив голову, он берет в рот мой сосок, сильно его сосет, затем прикусывает нежную плоть. Я издаю стон, а мои руки впиваются в его затылок. Пробегая пальцами по его волосам, я осознаю, что теряю контроль над собой. Я резко хватаю его за волосы и дергаю в сторону. Он рычит:

— Ты пожалеешь об этом.

Я не знаю, что на меня нашло, но делаю кое-что действительно чертовски глупое.

Подняв колено, я застаю его врасплох, когда оно встречается с его пахом. Его дыхание становится неровным, а руки падают по швам. Вот он. Момент глупости.

Это та часть, где я поворачиваюсь. И бегу.

Мне удается преодолеть половину коридора, когда до меня доносится стук его шагов позади. Мое сердце также стучит. Я, правда, в ужасе. Слезы застилают мне глаза и, когда его рука оборачивается вокруг моих ребер, я вскрикиваю. Мое отчаянье в этот момент очень реально, хотя мысленно наслаждаюсь всем происходящим. Слезы скатываются из уголков моих глаз, а губы дрожат. Его другая рука находит мою грудь, и он прикусывает мое ухо:

— От меня так просто не убежишь.

Затем мы боремся.

Мои руки сжимаются в кулаки, и я принимаюсь колотить его по мускулистым рукам в очередной попытке убежать. Мое тело лихорадочно извивается, прижатое к его телу. Моя борьба настоящая. С безумно стучащим сердцем, я изворачиваюсь и трачу все свои силы в борьбе с ним, чтобы убежать. Поворачиваясь, я оказываюсь с ним лицом к лицу. Его рука хватает конец ремня, и он резко дергает меня к себе, привлекая мое внимание. Но я не сдаюсь. Вместо этого я наклоняю голову к его ключице и кусаю.

Сильно. Я так сильно стискиваю зубы на его плоти, что слышу его тихое рычание через стиснутые зубы. Он грубо толкает меня к стене в прихожей. Мой затылок ударяется о стену с глухим стуком.

Тусклый свет, льющийся из кухни, позволяет мне различать в темноте его очертания.

Задыхаясь, он дотрагивается до своей ключицы, в которую я впивалась зубами. Он подносит палец к своему рту. Облизывая свои губы, я чувствую металлический привкус крови. Я сильно его укусила, аж до крови. Мой желудок ухает куда-то вниз. Подходя ближе, он угрожающе выдыхает:

— О, детка. У тебя большие неприятности.

Он безжалостно надвигается на меня, пока мы не оказываемся нос к носу. Я вздергиваю подбородок и плюю ему в лицо.

Я наблюдаю словно в замедленной съемке, как он вздрагивает, явно не ожидая подобного. Тяжело дыша, я хриплю:

— Пошел на хрен, ублюдок.

В ту самую секунду, когда он снова дотрагивается до меня, я осознаю, что наша ролевая игра граничит с реальной жизнью. Твитч кипит от злости. Я чувствую, как гнев выходит из него электрическими искрами. Грубо схватив, он швыряет меня на пол. Мои ладони упираются в пол, а колени начинает саднить. Внезапно, его тело накрывает мое, прижимая меня к полу. Я пытаюсь высвободиться и не переставая шепчу:

— Пожалуйста, не надо. Пожалуйста, не надо. — Но Твитч больше не играет свою роль. Игра закончилась.

Его рука оборачивается вокруг моей талии, и он поднимает меня вверх, пока я не оказываюсь на четвереньках, как собака. Его рука тянется вниз, чтобы отыскать мою намокшую киску. Он стонет, отодвигая кружево моих трусиков в сторону. Я ощущаю, как головка его члена находит мой вход. Но я изо всех сил сопротивляюсь.

Борясь, мне удается немного от него отодвинуться. Стоя на коленях позади меня, он подползает ближе, но я вновь увертываюсь. Он стремительно протягивает руку, и зажимает пальцы на моем горле. Меня покидают последние силы, когда я понимаю, что мне этого все равно не избежать. Я в безысходном положении.

Стискивая зубы, моя грудь тяжело вздымается, а глаза наполняются слезами. Его головка снова касается моего входа. Я чувствую шарики его пирсинга, пока он водит своей головкой вверх-вниз по моей промежности. Он проталкивается внутрь. Только самый кончик. Губы нежно целуют мою лопатку:

— Я победил.

Мое возбуждение помогает ему легко проникнуть внутрь, полностью. Мы одновременно вскрикиваем от удовольствия.

Поставленная в положение, которое требует подчинения, я знаю, что должна сопротивляться до последнего, но этого не происходит. Мои веки трепещут, когда он ослабляет захват на моем горле. Я тону в море наслаждения, пока он вдалбливается в меня своим членом, оставив свою руку на моем горле. Глубоко насаженная на его стержень, я тихо вздыхаю. Мне так хорошо. Он находится так глубоко во мне, что возникает чувство, будто он проникает до самого моего желудка.