Ты принадлежишь мне

Этап «отрицания» она переживет через несколько секунд, если выйдет сейчас на улицу. Хана закусила губу, предчувствуя истерику. Хоть бы «принятие» наступило как можно скорее… И желательно без депрессии.

– Мам, мы посадим новые, – как можно мягче начала Хана, кидая предупреждающие взгляды на Кайла. – Я помогу.

– Господи, за что мне это… – сглотнула Лиана, качая головой. – Столько трудов, столько любви и сил… – она прикрыла глаза, а потом свела брови и выпила одним махом зеленую жижу на дне своего стакана.

«Даже не поморщилась, – отметила Хана, поджимая губы. – Она, определенно, в шоке.»

- Как бы не пришлось ее откачивать, – усмехнулся Кайл, провожая взглядом удалявшуюся фигурку матери. – Помнится, какой-то сорт роз папа привёз из командировки пару лет назад.

– Ага, они чудесные. Были… – поправилась Хана, прислушиваясь к звукам с улицы. Пока никто не кричал.

– А ты чего так рано встала? – спросил брат. – Не терпится стать взрослой?

– У меня вечером выступление, нужно подготовиться, – мотнула головой Хана. – Мы с Рокси пойдём на концерт. Может и Дану возьмём, если она переживет разговор с мамой.

Кайл хохотнул и с хрустом размял шею, прежде чем выглянуть в окно.

– Знаешь, теперь обезглавленные стебли роз можно использовать как розги… Надеюсь, мама не догадается.

Хана улыбнулась и пригубила свой коктейль.

– Рокси за тобой заедет?

Девушка сглотнула. Даже при желании Рокси не смогла бы, так как умотала ещё с утра на пикник со своей семьёй. Но без неё у Ханы не было и шанса уйти с концерта не в минуту его окончания, сев в уже ожидающий у ворот автомобиль. Так что…

– Нет, мы встретимся на месте.

– Да? Ну ладно, – улыбнулся Кайл. – Я надеялся, что она принесёт ещё чего-нибудь вкусненького…

Хану уколол тот факт, что ее выпечку никто так не хвалил.

– Да? – свела брови девушка. – Ну можешь сходить к ней сам.

Кайл постучал пальцами по столешнице, будто задумался, и просто пожал плечами.

– Что? – раздраженно спросила Хана. – Ты ведь не собрался на самом деле…

– А что? Помнится, совсем недавно ты волновалась о ее сердце, – пожал плечами Кайл, словно самому ему это было безразлично. – Думаю, она была бы рада.

Хана сжала стакан сильнее и допила мамин коктейль. Где-то в ее комнате до сих пор лежал золотой конверт. Если даст его Кайлу… Рокси и он тогда будут вместе? Станут парой, поженятся, когда-нибудь родят волчат? Ярко-рыжих и дымчатых чёрных…

– Хана? О чем задумалась? – усмехнулся Кайл. – Так была бы рада?

– Нет. Не была бы. Ей нравится другой парень, так что расслабься.

Она рывком поднялась из-за стола и направилась в свою комнату. Под ногами пробежал Пушок и чуть не заставил девушку неловко растянуться по полу. Хана споткнулась и помотала головой, приказывая себе быть внимательнее. В голову будто засунули целый центнер ваты, которая мешала трезво мыслить и оценивать обстановку вокруг. И Хана совершенно не понимала, почему жгучие злость и обида поднималась в ней все больше и больше.

Она зашла в комнату и прислонилась к двери, прикрыв глаза и сделав глубокий вдох. Потом взяла себя в руки окончательно и принялась выбирать платье к концерту.

Золотой конверт так и остался лежать в тумбочке, погребённый под дневником и всякими ненужными тетрадями. В этот день и все последующие.

***

– Ты великолепно выглядишь, милая, – улыбнулась мама, когда Хана спустилась в гостиную. Она надела темно-синее приталенное платье и чёрные туфли на каблуке. Платье оставляло открытыми руки и плечи, и Хана уже предвкушала, как элегантно будет выглядеть за фортепьяно. Волосы она подвязала синей атласной лентой, а кончики подкрутила плойкой.

– Спасибо, мамочка, – просияла девушка, поправляя пряди рукой. Следом выскочила Дана в каком-то лохматом платье со значком Макдональдса на груди, но мама демонстративно отвернулась, не прокомментировав этот ужас. Все ещё не забыла Дане свои любимые розы.

– Какой ужас, Дана, – а это уже был голос брата, поднимающегося с нижнего этажа, – переоденься, – посмеялся Кайл, а потом резко затих.

Он дошёл до последней ступеньки и замер, встречаясь глазами с Ханой. Несколько секунд не двигался, а потом обвёл взглядом ее фигуру полностью.

– И ты тоже, Хана, – проговорил он, прочистив горло. – Обе, быстро.

– Но…

– Не буду! – задрала нос Дана и фыркнула, красуясь перед коридорным зеркалом в полный рост.

Кайл усмехнулся и покачал головой.

– Не буду, – тихо повторила Хана за сестрой и сглотнула, когда брат угрожающе прищурился. Его глаза полыхнули огнём и ещё раз прошлись по ее одежде.

– Переоденься, Хана, – медленно произнёс он, играя желваками.

– Кайл, – позвала мама, поворачивая голову в их сторону. – Оставь девочек, пусть веселятся.

– Я нормально одета, – упрямо продолжила Хана, почувствовав поддержку матери.

– А не холодновато? – с издёвкой спросил Кайл, а потом схватил ее за руку и дернул, потянув в сторону зеркала.

Дана увидела выражение лица старшего брата и тут же шмыгнула в другую сторону. А Хана поджала губы, ожидая выговора. Но ведь это платье и правда нормальное!

– Что ты видишь, Хана? – тихо спросил Кайл, становясь позади и кладя руки на голые плечи девушки. Его ладони были шершавыми и горячими, но Хана все равно поежилась, как от холода, когда по телу побежали колючие мурашки.

– Вижу, что… Тебе не нравится платье?

– Смотри лучше, Хана, – ответил Кайл тяжело и сжал ее плечи, чтобы легко встряхнуть девушку. – Ты знаешь, какими бывают мужчины? Ты не должна давать им и повода, понимаешь?

Нет, она не понимала. Кайл прочитал это в ее глазах и тяжело вздохнул, прикрывая свои.

– Они будут смотреть, пожирать своими похотливыми взглядами, мысленно рвать на тебе одежду… Ты этого хочешь, Хана? – его голос стал тише и вкрадчивее, это… пугало. – Знаешь, что они будут мечтать с тобой сделать, если ты дашь хоть малейший повод? Ты слишком неопытна и красива, чтобы понять, что творится в их головах.

– Хватит, – покачала головой Хана, разлепляя пересохшие губы. – Прекрати.

– Ты ещё слишком мала, чтобы я отпустил тебя вот так, – выдохнул парень, кивая головой в сторону выреза платья, а потом переводя глаза на голые ноги девушки. – Мужчины как животные, ты знала? Но гораздо хуже. В их головах селится мысль, и они не смогут выкинуть ее, пока не доберутся до…

– Хватит! – крикнула Хана в ужасе, отталкивая от себя руки Кайла – они впились в кожу и доставляли дискомфорт, сжимаясь сильнее с каждым сказанным им словом. Словно он… вдруг обезумел.

– Я лишь забочусь о тебе, Хана. И всегда буду.