Шёпот судьбы (ЛП) - Коулз Кэтрин

Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления!

Просим вас удалить этот файл после прочтения.

Спасибо.

Кэтрин Коулз

“Шёпот судьбы “

Серия: Заблудшие и спасенные (книга 1)

Автор: Кэтрин Коулз

Название: Шёпот судьбы

Серия: Заблудшие и спасенные _1

Перевод: Алла

Редактор: Анна К., Eva_Вer

Обложка: Виктория К.

Оформление: Eva_Ber

РЭН

Годами ранее

При взгляде на своего врага я прищурилась. О пустила голову, как в тех старых вестернах, когда ковбой смотрит из-под полей шляпы. Я могла поклясться, что чудище издевалось надо мной.

— Пожалуйста, ради всего святого, не сгори.

Курица с овощами, лежащая на противне, никак не отреагировала. В принципе, как и всегда. Она выражала свое неудовольствие только тем, что чернела до хрустящей корочки, как бы я ни старалась.

Вот уже несколько недель я тренировалась. С каждым моим появлением на мясном рынке Сэл сочувственно улыбался мне и шел в конец прилавка за еще одной курицей. И каждый раз он пытался давать мне советы. Даже распечатывал рецепты и вынимал для меня потроха.

Теперь получалось уже лучше. Но блюдо, в итоге, было хоть и съедобным, но все же не очень вкусным. Прошептав еле слышную молитву, я открыла духовку и засунула противень внутрь. Захлопнув дверцу, прижала к ней ладонь и закрыла глаза.

— Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста.

Жареная курица и картофельное пюре были любимым блюдом Холта. Когда я спросила рецепт у его мамы, она ласково улыбнулась мне, и ее глаза засияли.

— Это семейный рецепт. Еще моей прабабушки. Но я знаю, что у тебя он будет в надежных руках.

Глядя на духовку, я скривила губы, почувствовав знакомое сжатие в легких. Я так хотела приготовить все правильно. Идеально.

Если бы Холт сейчас был здесь, он, вероятно, прижался бы губами к моей макушке и сказал бы мне дышать. И что главное — это намерение, стоящее за действием, а не результат. А потом он съел бы почерневшую до углей курицу, лишь бы я улыбнулась.

Будто вызвав его силой мысли, телефон на стойке зазвонил мелодией, которую я установила только на его контакт. Не то чтобы мне нужен был для Холта какой-то особенный рингтон. Людей, звонивших мне регулярно, я могла пересчитать по пальцам одной руки.

Холт. Его сестра Грэй. Еще два школьных друга. Моя бабушка.

Уж точно не мои родители, которые при любой возможности путешествовали по таким местам, что даже я не поспевала за ними уследить. Потянувшись за телефоном, я попыталась вспомнить, уехали ли они в эти выходные на конференцию в Цинциннати или в Чикаго.

Я взяла сотовый, и мои губы изогнулись в улыбке. Фотография, светившаяся на экране, была моей любимой: Холт обнимал меня, прижимаясь губами к моему виску, а его глаза, насыщенного голубого цвета, сияли. Глупая ухмылка на моем лице говорила сама за себя: мое самое счастливое место всегда было в его объятиях.

Я провела большим пальцем по экрану.

— Надеюсь, ты звонишь не потому, что тебе пришлось спасать котенка с дерева, и теперь ты задержишься.

Из динамика донесся раскатистый смех Холта. Он звучал глубже, чем когда мы стали встречаться два года назад. От этого звука по коже пробежала приятная дрожь.

Знать кого-то всю свою жизнь — было Божьим даром. Вы были свидетелем любого изменения этого человека. В голове у меня пронеслись моменты, наполненные смехом, за то время, когда он из маленького мальчика превращался в подростка, а затем и в мужчину. Я услышала в его голосе нотки хрипотцы, которые вплел туда возраст.

— Я не задерживаюсь, Кузнечик. Просто звоню узнать, не нужно ли по пути заскочить за чем-нибудь в магазин.

Я оглядела кухню. Вокруг царил хаос, но у меня было время привести все в порядок.

— Думаю, нет. Мне нужен только ты.

— И так будет всегда.

В его голосе звучала теплота, пролившаяся целебным бальзамом на мои душевные раны. От постоянного отсутствия родителей и проживания в полном одиночестве в пустом доме. От ощущения себя недостаточно хорошей во всем, независимо от того, насколько высоки были мои оценки или сколько внеклассных занятий я посещала. С Холтом я могла просто быть собой ….

— Мне нравится, как это звучит, — мягко сказала я.

На заднем плане послышались голоса.

— Это Нэш. Я обещал помочь ему с байком.

Голоса зазвучали громче. Типичная какофония семейства Хартли. Четыре брата и сестра вечно устраивали в доме хаос. Мне это нравилось. Это так отличалось от стерильной тишины моего жилища.

— Передавай ему привет.

— Кроха Уильямс, отпустишь на десять минут яйца моего брата, ладно? — крикнул Нэш.

Послышались звуки потасовки и ругань.

— Черт, Холт. Больно же.

Холт издал низкое рычание.

— Вот, что бывает, когда ведешь себя как задница.

Я не удержалась и рассмеялась.

— Я все слышал, Рэн, — возмутился Нэш. — И не забуду, как ты смеялась над моей болью.

— Прости, Нэш-Бэш, — сказала я достаточно громко, чтобы он меня услышал.

— Не извиняйся перед этим придурком, — запротестовал Холт.

— Симпатичным придурком, — завопил Нэш, и его голос отдалился от телефона.

Из меня вырвался еще один смешок.

Холт вздохнул.

— Извини за это.

— Он безвреден.

По правде говоря, мне нравилось чувствовать себя частью клана Хартли. Нравились поддразнивания Нэша. Крепкая дружба Грэй. Как Лоусон, старший из братьев, проявлял во отношении всех свои защитные инстинкты. Даже хмурые взгляды Роана, которые он бросал в мою сторону. Мне нравилось, что они относились ко мне как к одной из своих.

— Безвреден, как удар бревном по голове, — проворчал Холт. — Лучше пойду ему помогать, иначе никогда не доберусь до своей девушки.

Теплота вернулась. Ширилась. Погружалась глубоко в те места, которые принадлежали только ему.

— Холт? — прошептала я.

— Хм? — Судя по звуку шагов, он уже направлялся к огромному гаражу дома Хартли.

— Это та самая ночь, когда ты не захочешь опаздывать, — в моем голосе звучало хриплое обещание.

Шаги Холта остановились.

— Кузнечик…

Трепет в животе усилился.

— Просто не опаздывай.

Список того, что обычно мешало Холту прибыть вовремя, был бесконечен. Мама-утка пыталась перейти улицу, и ему пришлось остановить движение, чтобы утята безопасно добрались до места. Он не мог найти ключи от своего грузовика и искал их повсюду, пока не находил в замке водительской дверцы. Но самой распространенной причиной были поисково-спасательные операции, на которые они отправлялись с отцом. Он забывал писать, и Грэй неизбежно приходилось сообщать мне, куда он ушел.

Я не могла ревновать ни к чему из этого, потому что его доводы всегда были разумны. Он был очень хорошим человеком. В этом заключалась суть Холта. Он легко отвлекался, но в его груди билось доброе сердце. И я буду любить это сердце до самой смерти.

— Не опоздаю, — сказал Холт низким и полным обещания голосом.

Тепло внутри меня вспыхнуло и заискрилось.

— До скорого.

— До скорого, Кузнечик.

Связь оборвалась, но я продолжала держать телефон возле уха, словно все еще слышала голос Холта, витающий вокруг меня, голос, который я знала лучше, чем собственный. Мало что я любила больше своего прозвища, звучащего из его уст.

Я ухмыльнулась, вспомнив, откуда оно появилось. Мы играли в «Призрак на кладбище», и когда подошла моя очередь прятаться, я была напугана до смерти, сердце так сильно колотилось о ребра, что меня трясло.

Когда Холт подкрался ко мне, я издала самый жалкий писк-стрекот — даже не крик или визг. Он обнял меня, укутывая в теплый кокон своего сильного тела, и сказал: «Не волнуйся, Кузнечик. Я отпугну призраков».