Пробуждение пульса - Ксен Б. Корвин

Едва слова сорвались с её губ, Зора с болезненной ясностью осознала, что, возможно, только что подписала себе смертный приговор.

По рядам придворных прокатилась волна мрачного веселья. Зал наполнился приглушёнными смешками и шёпотом.

Королева медленно улыбнулась хищной улыбкой, словно только и ждала, когда Зора скажет что-нибудь не то.

— Смелость? Или высокомерие? На вкус они зачастую неотличимы… — Она поджала губы. — И оба, несомненно, одинаково глупы, если за ними не стоит сила.

Она поднялась с трона. Её движения были плавными. Нечеловеческими. Зал погрузился в полумрак, когда вокруг неё заклубились тени, словно живые потоки чернил, будто сама Королева была соткана из тьмы.

— Ты стоишь в моих владениях, дитя когтей и крыльев, и смеешь меня оскорблять. Скажи, ты вообще знаешь, кто ты такая?

Горло Зоры сжалось. Инстинкты вопили, требуя осторожности, заставляя подбирать слова так же тщательно, как оружие. Но осторожность никогда не была её сильной стороной, да и слова она подбирать не умела. Они выскакивали изо рта, словно необученные щенки.

— Я знаю, кем не являюсь, — прорычала она. — Я не принадлежу тебе.

Пламя факелов затрепетало, температура в зале резко упала.

Королева рассмеялась. Её смех напоминал скрежет осколков битого стекла.

— Дорогое дитя, мне принадлежат все. — Она задумчиво протянула что-то себе под нос, и её чёрные глаза блеснули. — Поразительно, — задумчиво произнесла она. — Ты, кажется, действительно считаешь, что у тебя есть выбор.

Она могла бы быть красивой, если бы не мёртвые глаза и выражение лица, в котором было что-то неуловимо неправильное, нечеловеческое.

Зора сжала кулаки за спиной, всё ещё скованные теневыми путами, но на этот раз благоразумно промолчала, мысленно умоляя всех существующих богов помочь ей и дальше держать рот на замке.

Королева неспешно, с грациозной плавностью спустилась по ступеням трона, сокращая расстояние между ними. Тишина в зале стала ещё глубже, словно все присутствующие одновременно затаили дыхание в ожидании неизбежного.

С каждым её шагом Зору всё сильнее охватывал ужас, какого она прежде никогда не испытывала. Его ледяные пальцы поползли вдоль позвоночника, скапливаясь у самого копчика. Кожу закололо тысячами иголок.

Королева остановилась перед ней.

Даже в тусклом свете её глаза поблёскивали — две чёрные дыры, поглощавшие каждую деталь, втягивавшие в себя окружающий свет.

— Ты встанешь на колени, — произнесла она.

Это был не приказ. Это была констатация факта.

Зора стиснула зубы и промолчала. Но на колени тоже не опустилась. Разумная часть её сознания отчаянно вопила, требуя, чтобы упрямое эго подчинилось, а тело застыло, разрываясь между ними.

Температура стремительно падала. С каждым вдохом казалось, будто лёгкие заполняются льдом.

А затем на неё обрушилась невидимая сила.

Всё её тело пронзила невыносимая, беспощадная боль, какой Зора не знала никогда прежде. Ледяные щупальца заскользили вдоль костей, глубоко впиваясь в них когтями. Они обвивали нервы и разрывали их на части. Вгрызались в плоть, словно замёрзшая колючая проволока, цеплялись за самый костный мозг, выкручивали и кромсали.

Зора закричала, её спина судорожно выгнулась. Боль была слишком сильной, слишком острой, слишком всепоглощающей. Ей хотелось биться, извиваться, раздирать собственную кожу, вырвать из себя невидимую силу, пронзавшую её насквозь, но тело не слушалось. Мышцы окаменели, застыв в чудовищном напряжении. Она стояла, словно марионетка, опутанная невидимыми нитями, не в силах пошевелиться или даже моргнуть. Сам крик захлебнулся на полпути из горла и угас, словно жалкое существо, которому перекрыли воздух. Лишь глаза продолжали ей подчиняться.

Улыбка Королевы стала шире, обнажив безупречно белые зубы. Почему-то Зора представляла, что они будут чёрными.

Пока Зоре казалось, что её тело разрывают пополам, из когтя Королевы вытянулось теневое щупальце и поплыло к ней, словно обладая собственным разумом. Оно проскользнуло между её губами и поползло вниз по горлу, пока она стояла, оцепенев от ужаса. Ощущение было абсолютно отвратительным, и Зора начала задыхаться. Ей хотелось содрогнуться в рвотных позывах, избавиться от мерзкого вторжения, но собственное тело больше ей не принадлежало. Словно скользкие щупальца, спускающиеся по пищеводу, тень медленно, целенаправленно скребла её изнутри. Она что-то прощупывала. Искала. Пыталась обнаружить нечто, скрытое глубже плоти и костей.

Чем дальше она проникала, тем невыносимее становилось. Зора чувствовала себя осквернённой так, как прежде даже представить не могла. Слёзы стекали по вискам, мимо ушей, по шее и впитывались в куртку. Сколько же слёз она пролила сегодня.

Щупальце скользнуло туда, где должна была находиться её собственная тёмная сила, — к тому внутреннему источнику, который обычно пульсировал в ней, а теперь иссяк и опустел. Зора израсходовала всё до последней капли, выжгла свои силы в бесконечной борьбе за выживание, не имея ни времени, ни возможности восполнить утраченное. На мгновение она задумалась, не станет ли именно эта пустота её спасением. Или причиной гибели.

Она чувствовала, как щупальце шарит в пустоте, скребёт когтями по иссохшим остаткам того, что должно было там находиться, но ничего не находит. Недовольное, оно отпрянуло и поползло обратно, вытягиваясь из неё с таким омерзительным ощущением, что желудок скрутило. А затем так же стремительно, как проникло внутрь, щупальце втянулось в протянутый коготь Королевы и исчезло, словно его никогда не существовало. Зора бы обмякла от облегчения, но тяжесть королевской силы по-прежнему давила на неё, заставляя каждый нерв в теле покориться.

Королева презрительно фыркнула, явно не впечатлённая.

С новой силой невидимое давление потянуло Зору вниз. Суставы взвыли от боли, сухожилия натянулись до предела, а рёбра обожгло новой вспышкой мучений, словно их насквозь пронзили невидимые ледяные шипы. Череп раскалывался от пульсирующей боли. За глазами нарастало глубокое, мучительное давление, будто нечто внутри пыталось проломить кость и вырваться наружу.

По краям поля зрения сгущалась тьма, чередуясь с мелькающими пятнами света и теней. Где-то на задворках сознания Зоре казалось, что из носа и ушей течёт кровь, но уверенности не было. Она вообще ни в чём не была уверена, кроме боли.

Из горла рвался новый крик, но Королева не позволяла ему вырваться. Давление усилилось, лишая Зору