Психо Фейри - Жасмин Мас

Мое теплое дыхание коснулось ее уха, и она вздрогнула подо мной.

— Котенок, единственной ошибкой было то, что я не трахнул тебя в кладовке, как должен был. Я сказал, что ты моя, и это я имел в виду.

Она открыла рот, чтобы возразить, и я повернул голову, чтобы наши лица оказались на одном уровне. Я скользнул языком между ее пухлых губ.

Я положил скованные руки ей на голову, и тем самым запер ее в клетке из своих рук и медленно поглотил.

Ее язык переплелся с моим, и она прижалась ко мне. Она была на вкус как сладкое клюквенное вино, и я хотел пьянеть от этого вкуса до конца своей жалкой жизни.

Комната наполнилась густым ароматом моего мороза, смешанного с ее сладостью.

Моя эрекция напряглась, а живот свело от желания взять ее и сделать своей, выжечь ее имя на моем сердце ледяными буквами.

Она стонала и прижималась ко мне.

Ее нежные соски напряглись под одеялом и терлись о мое обнаженное тело. Она тихо мяукнула, когда я углубил поцелуй, отдавая ей все, что у меня было.

Это был не поцелуй, это было обещание.

Я отстранил руки, и ее высокие золотистые скулы окрасились нежным румянцем, рубиновые глаза затуманились желанием, а красные пряди обрамляли ее потрясающие черты.

Ее пышные губы были чуть приоткрыты, а зрачки расширились от возбуждения.

Она сказала низким голосом, еще более хриплым, чем обычно:

— Все равно это ни хрена не значит.

Я громко застонал, мой член дернулся от ее грешного голоса.

Мой чертов котенок меня убивал.

Все в ней бросало мне вызов. Она заставляла меня хотеть доминировать над ней, пока она не подчинится моему господству, пока не сдастся подо мной.

— Но все нормально. Я смогу это сделать, — Сэди кивнула и глубоко вдохнула, будто говорила о пробежке или разучивании боевого приема.

А не о том, что ее заставляли заниматься сексом с мужчиной на глазах у всего королевства фейри.

Даже после того, как ее шрамы выставили напоказ всем, даже после того, как стражник прикоснулся к ее обнаженной коже, она беспокоилась обо мне.

Что-то внутри меня сломалось.

Я зарычал на нее:

— Запомни, котенок, ты принадлежишь мне и только мне. Любой, кто к тебе прикоснется, умрет. Любой, кто на тебя посмотрит, умрет. Понятно?

Ее рубиновые глаза вспыхнули огнем.

— Эм, абсолютное нет. Я принадлежу себе, и я альфа, хоть ты об этом постоянно забываешь. То, что я позволила тебе засунуть палец мне в задницу, каким-то образом не делает тебя моим владельцем…

Я вырубил ее ударом по лицу.

Мой желудок скрутило от ужаса, когда она обмякла и откинулась назад, хотя я сдержался и ударил ее как можно мягче.

Я подтянул одеяло, накрыв ее бессознательное тело.

Она была неправа.

Это было ненормально.

Я не собирался, черт возьми, лишать ее девственности на глазах у всего королевства фейри.

Ее тело принадлежало мне и только мне, независимо от того, что она говорила или думала.

В конце концов она это поймет.

Я стоял на страже над ее телом и громко обратился к королеве через зачарованный камень:

— Если ты прямо сейчас не освободишь меня, Сэди и Джакса, я открою всему царству, почему тебе приходится надевать мне на шею этот бриллиантовый ошейник. Я раскрою секрет моей способности перевертыша.

Это была единственная козырная карта, которая у меня была, и я не собирался тратить ее, пока не будет необходимости.

По какой-то причине, когда королева фейри узнала об этом в прошлый раз, она запаниковала и заставила меня поклясться хранить тайну.

В качестве условия, что я никому не расскажу, она отпустила меня из королевства и сняла с меня цепи.

Это была единственная причина, по которой шесть лет назад я обрел свободу.

Тогда я согласился с королевой сохранить это в тайне, потому что просто хотел сбежать. Это был инструмент, который можно было использовать в другой день.

Этот день настал.

Когда она отправила Сэди в эту дверь, все договоренности перестали существовать.

Ни при каких, черт возьми, обстоятельствах я не собирался играть по ее правилам, если она собиралась подвергать Сэди опасности.

Внезапно королева фейри появилась в дверном проеме в вихре паутины и шелка. Ее темные глаза пылали яростью.

Она схватила зачарованный камень, который парил в воздухе посреди комнаты. Ее пламя сожгло камень дотла, и он рассыпался пеплом между ее пальцев.

Я сказал ей:

— Если ты, блядь, прямо сейчас не освободишь меня, Сэди и Джакса, я расскажу всему королевству при первой же возможности. Поставь меня рядом с камнем, и секрет раскроется.

В конце концов, я приносил ей прибыль.

Элитные женщины фейри платили, чтобы трахнуть меня, а мой статус знаменитости приносил ей еще больше золота и богатств. Если она не могла поставить меня перед камерой, то я был для нее бесполезен.

Вместо того чтобы заорать от злости, как я ожидал, королева улыбнулась.

— О, Кобра, твоя слава — это нечто куда большее, чем просто секс. Не думай, что у меня нет других планов на тебя.

Она должно быть лгала.

Я был, черт возьми, секс-иконой всего королевства фейри. Какой еще могла быть моя роль, если не быть прикованным к кровати?

Я ничего не ответил, просто смотрел на нее и позволял ей увидеть всю глубину моей ненависти, всю глубину пустоты в моей душе.

Если бы она не была такой могущественной, я бы попытался обмотать цепи вокруг ее шеи и вырвать ее сердце голыми руками.

Я бы с удовольствием съел его.

У меня потекли слюни при мысли о том, как я буду пробовать ее сердце.

Но ее пламя остановило бы меня прежде, чем я успел приблизиться, а я не мог действовать, пока Сэди была в опасности.

Королева продолжала улыбаться, а я фантазировал о том, как разбиваю ей голову, пока мозги не разлетятся во все стороны. Эти образы меня успокаивали.

Она насмешливо сказала:

— Я собиралась пощадить тебя. Позволить остаться во дворце, в комфорте и заботе. Но теперь твоя судьба решена.

Затем королева развернулась и вышла за дверь.

— Ассистент Лэрке! — крикнула королева в коридор, и юная девушка сорвалась с места и подбежала к ней.

Королева приказала:

— Запиши альф на Игры Фейри. Похоже, Кобра хочет участвовать.

Мои ноги задрожали, и я провел скованными руками по шелковистым волосам Сэди. Ее дыхание было ровным, и, закутанная в одеяло, она выглядела почти спокойной.