Последний дракон Запределья (Академия Познаний - 6) - Настя О

А как еще я могла его называть? Спасибо, что спас — жаль, что еще столько времени придется провести вместе!

— До завтра ты на больничном, Айна, — продолжила, тем временем, Милосердная леди, а когда я попыталась возразить, строго добавила. — Ты знаешь, что я умею убеждать.

Пришлось согласиться скрепя сердце. Перспектива проваляться непонятное количество времени без сознания меня совсем не радовала. Да и ездить на шее у Эдриниана я уже привыкла.

Так уж повелось с самого детства. А дракон тем более не испытывал по этому поводу никаких затруднений.

Когда мы направлялись к целителям, он спокойно произнес:

— Тогда я подожду с просьбой снять блок. Встретимся, когда восстановишься.

— Я отлично себя чувствую. Если не боишься Дусиры, приходи после вечернего обхода ко мне в палату.

— Договорились. Жди.

И так многообещающе прозвучало это его «жди», что я поневоле покрылась мурашками. Хорошо, что Рин этого не заметил. Или сделал вид, что ничего не было. Меня это не должно было волновать. Мне и без того предстоял нелегкий вечер, и эмоции нужно было брать под контроль.

У целителей Рин коротко рассказал о том, что со мной случилось, и сердобольная троллеженщина пообещала, что позаботится обо мне не хуже родной матери. Претензий к методам воспитания Предназначенной леди у меня не было никаких. Напротив — мне все исключительно нравилось. Но Дусира считала, что в детстве мне давали слишком много свободы, и поэтому я вечно попадала в разные неприятности. Но что же мне было делать со здоровым младенческим любопытством? И как бы мы тогда узнали, что наш любимый ойкудак Хома до дрожи в пухлых лапках как раз и боится Дусиры?

Против подобных доводов даже троллям было нечего возразить, поэтому обычно мы расходились ни с чем. Но именно ничья в спорах и породила между нами негласную симпатию. Поэтому, что бы Дусира ни говорила вслух, на самом деле она меня по-своему действительно любила.

— Кожа да кости, — фыркнула она, стоило только Рину уйти. — И куда твой дракон только смотрит!

— Он не мой, — возразила я на автомате, — поэтому и не смотрит.

— Если ты чего-то не замечаешь, это не значит, что этого не существует, — мудро изрекла троллемама. — А со стороны очень даже заметно. И все видно, даже присматриваться не нужно.

— Дусира… а вы умеете хранить секреты? — внезапно спросила я.

И почти сразу же оказалась в жарких объятиях гусеничноподобной женщины в бандане. Вид Дусиры я просто обожала. Она напоминала мне рокеров из маминой молодости, о которых было снято много фильмов. Когда я ездила к бабушке и дедушке, то часто смотрела их.

— Конечно, — торжественно объявила Дусира, хлопая глазами так, словно на что-то намекала.

— Тогда я расскажу вам одну историю, которая приключилась со мной пять лет назад…

Дусира слушала внимательно. Порой хмурилась, а порой так нелепо надувала губы, что весь мой серьезный настрой куда-то исчезал. Но дослушала до конца и еще некоторое время молчала, переваривая информацию.

— Просто так и сказал — ни с того, ни с сего? — наконец, выдала она.

— Я думаю, он начал понимать, что я к нему что-то испытываю, и на всякий случай подстраховался.

— Да нет, тут другое, — замотала головой Дусира, спуская меня с колен. — Ты же сказала — блок на нем. За блоком может обнаружиться много чего неизвестного. Но самое главное — то, кто именно мог такой блок поставить, что даже Златоглазый на паре не стал о нем толком упоминать.

— И что вы посоветуете делать? — по-новому взглянув на проблему с Рином, спросила я.

— А оно тебе вообще нужно? — вздернула бровь троллемама.

Я не на шутку задумалась. Мне всего восемнадцать. Вся жизнь впереди. Да, я знаю Рина с самого детства, так ведь это может быть не любовь совсем! Но что-то протестующе заворочалось внутри, стоило мне только так подумать, и пришлось говорить Дусире правду:

— Нужно. Я, кажется, в этом плане веду себя как настоящий демон. Что мое — то никому не отдам.

— Только не демон. Демоница, — улыбнулась Дусира.

— Так ведь нет их в природе, — пожала я плечами.

— Это временно, — загадочно сообщила мне троллемама. — Так, значит, ты сегодня планируешь лечь пораньше? — как ни в чем не бывало, продолжила она.

И по хитрому прищуру глаз-бусинок я поняла, что к нам приближается Милосердная леди. Я быстро кивнула в знак согласия, что принимаю ее правила игры, и ответила:

— Скорее всего, да. Что-то с Древом Познания случилось не то. А на пустую голову совершенно ни о чем не могу думать.

— Тогда я и ужин принесу пораньше, и сама пойду отдыхать тоже пораньше, — подмигнув, продолжила Дусира. — А ты не забудь перед сном переодеться в ночную сорочку.

В этот момент я готова была расцеловать ее пухлые щеки! Да она, считай, выдала мне карт-бланш на соблазнение Эдриниана!

Правда, я совершенно не представляла, как соблазняются драконы, особенно — пернатые. Но очень хотела узнать! Тем более, у меня появилась для этого возможность.

Стоило мне только прийти в согласие с внутренним голосом, как появилось неиссякаемое вдохновение. И даже проблема с Древом Познания отошла на второй план. Дусира сразу уловила изменения в моем настроении, поэтому поднялась и велела мне пока отлеживаться. Что я и сделала! И даже выспалась отлично!

А когда проснулась, диск Аурона медленно клонился к закату, а рядом с моим столом на тумбе стояла вкусно пахнущая и еще теплая похлебка. Конечно, я съела ее без лишних вопросов, а пирожок и ягодный компот вообще были выше всяких похвал! После ужина я сходила и оставила поднос со столовыми приборами у ординаторской, заодно проверила отсутствие Ифиэль и Дусиры. Корпус был почти девственно чист. А я отправилась к себе в палату — переодеваться и ждать Эдриниана.

Впрочем, долго ждать не пришлось.

Он зашел через дверь и сразу же прикрыл ее. Юноша с белыми волосами идеально гармонировал с цветом стен, но я не стала говорить об этом вслух. Брови Рина продолжали оставаться угольно-черными, а значит, не случись с ним в детстве катастрофы, он вполне мог быть и жгучим брюнетом.

— Как ты? — спросил Эдриниан, устраиваясь на табурет рядом с больничной койкой.

— Выспалась — лет на десять вперед, — заверила я его. — Ответь-ка мне на один вопрос, Эдриниан.

— Какой? — нахмурился Рин.

— Почему к отцу не пошел? Почему к маме не пошел? Почему у меня помощи попросил?

— Я и сам не знаю, Айна, — покачал головой Рин, запуская пальцы в волнистые волосы. Как