Падший ангел для генерала - Арина Теплова

— Твоё решение, иномирянка? Согласна стать моей рабыней? Это должно быть по твоей собственной воле, а не по принуждению. Иначе бумага не будет иметь магической силы.

— Согласна, — тихо ответила я.

— Что ты там лепечешь? Плохо слышно.

— Согласна, сказала! — выпалила я громко.

— Учти, что рабыней ты останешься на всю жизнь, — уточнил он, прищурившись.

— А выкупить свою свободу за деньги нельзя?

— Нет. Да и откуда у тебя будут деньги? Рабам их иметь не положено.

— А если хозяин будет так добр и, например, подарит мне свободу? Это возможно?

— Бывает. Но таким щедрым я не буду, уж поверь. Не заслужила.

— Ясно.

Такой, как он, точно не подарит. Злобный выхухоль!

Хотя нет, он больше походил на породистого дикого скакуна, такого статного, красивого, но опасного и с норовом: если что не так, то может и копытами затоптать.

Я вздохнула. Но всё же лучше быть рабыней, чем последний раз увидеть рассвет.

— Я согласна, герцог, — повторила я устало.

— Умное решение, Ирене. Я приду через час, подготовлю бумагу, и мы подпишем её.

С этими словами он развернулся и вышел.

Я принялась терпеливо ждать, хотя вообще-то терпение у меня было на исходе. Всеми фибрами души я уже жаждала выйти отсюда, из этой сырой, вонючей темницы, и даже готова была терпеть этого невоспитанного хама, который вскоре должен был стать моим хозяином.

Спустя время герцог вернулся, а с ним пожаловали ещё два незнакомца. Похожие на монахов, в тёмных рясах и с неприятными физиономиями.

— Это заверители магии, — коротко бросил Альваро, объясняя. — Они будут следить, чтобы всё было честно и магический ритуал имел силу.

Я кивнула. Охранник уже притащил в камеру небольшой столик, письменные принадлежности, а Альваро достал бумажный свиток, протянул его мне.

— Вот наше соглашение. Точнее, бумага, о которой мы говорили.

Взяв из его рук плотный лист, я пробежала глазами по строкам. Документ был написан красиво, с завитками и очень ровно, но я ничего не поняла, буквы и слова были мне незнакомы. Все же местной грамматики я не знала. Я нахмурилась, видя внизу уже несколько подписей. Может, это так и надо было? Я совсем не знала верно ли это, а герцог не спешил мне объяснить.

— Присядь и подпиши внизу, — приказал Альваро.

Я подошла к столу, где были перья и чернильница. Села на табурет и положила перед собой бумагу с непонятными строками. Все трое мужчин ждали моего действия, но я никак не решалась подписать это. Все же не так просто взять и поставить крест на своей свободе.

— Подписывай, — приказал жестко герцог, стоя за моей спиной и буравя меня взглядом.

Но я все пробегала глазами по строкам и не решалась. Какое-то странное предчувствие терзало меня, нет, не страх, а словно интуитивное чутье, что Альваро что-то недоговаривает про этот договор о рабстве. Может, в нем говорилось, что после года рабства меня можно скормить какому-нибудь чудовищу, например? А что? Я ничего не знаю об этом мире. Если тут была магия, то и чудовища какие-то тоже могли водиться.

— Хоть бы узнать, что тут написано, — пробормотала я, взяв в руки перо.

— Всё, о чём мы договорились. Ты станешь моей на веки вечные, — он вдруг прикоснулся к бумаге, и по листу прошёлся голубой, едва видимый отсвет. — Видишь, синий свет? Это показывает то, что я говорю правду. Иначе был бы красный.

— А умертвить меня каким-нибудь способом вы не захотите после?

— Нет.

Он снова приложил руку, и снова голубой ответ. Я облегчённо вздохнула.

— Тогда ладно, подписываю.

Я попыталась начать писать, но перо только поцарапало лист, ничего не написав.

— Обмакни в чернильницу, Ирене, — недовольно велел Альваро, который, как коршун, стоял за моей спиной и следил за всем. — В вашем мире ты что, совсем не умела писать? Безграмотная?

— Умела. Только у нас перьями не пишут, — огрызнулась я и быстро обмакнула перо в чернильницу и накарябала своё имя, отчество и фамилию.

Но когда подняла перо, с него вдруг капнули чернила, жирная клякса растеклась прямо под моей подписью.

Альваро тут же выхватил у меня лист, видимо, чтобы я еще чего не учинила, и проворчал:

— Ох, неуклюжая девка, едва всё не испортила!

На это я промолчала. Теперь уж что. Я его рабыня, надо смирять свой характер. Теперь ни перечить, ни спорить нельзя. Накажет. Скорее бы он выдал мне мои обязанности и ушел куда-нибудь.

Альваро обернулся к двум пришлым мужчинам:

— Вы подтверждаете, что всё было добровольно? И эта дева сама подписала бумагу?

— Да.

— Да, ваше высокоблагородие.

Они тоже поставили свои подписи, но уже внизу, и после этого бумага вдруг озарилась оранжевым светом и тут же потухла.

— Сделка совершена, магическая печать поставлена, — объявил Альваро, свернув бумагу в рулон. Как-то угрожающе оскалившись, он положил свою тяжелую ладонь мне за плечо и велел: — Пошли, Ирене. Выкуп за тебя я заплатил. Теперь тебя никто не тронет. Ты под моим покровительством.

Я быстро последовала за герцогом, думая о том, что слово «покровительство» тут точно не уместно. Я так и шла босая по каменным коридорам тюремной крепости. Пару раз Альваро бросал цепкий взгляд на мои ноги, но не сказал ни слова. Я же старалась не отставать и не обращать внимания на грязные камни, которые больно впивались в мои ступни.

Когда мы вышли на улицу, уже светало. Быстро отдав какие-то бумаги надзирателю тюрьмы, герцог последовал дальше, а я за ним.

День, похоже, должен был быть тёплым. Я даже перестала зябнуть и согрелась. У ворот тюрьмы, больше похожей на какую-то древнюю крепость, на проезжей дороге стояла тёмная карета с вензелями и буквой «Т». Около неё находилось несколько человек, как я поняла, слуги или приближенные герцога.

Один, едва увидев нас, сразу же подошёл и угодливо поклонился дону Ортега.

— Ваше сиятельство, вот одежда для госпожи.

Альваро провел по мне взором и приказал:

— Одевай и поживее. У нас мало времени. К полудню нам надо доехать до трактира в окрестностях Ориньона.

Что это за место и почему именно к полудню достичь его, я не поняла, но быстро взяла одежду у