Альфа Тео - Си Джей Праймер

— Ты чувствуешь это детка? — шепчу я ей на ухо, покусывая мочку. — Вот что ты со мной делаешь.

— Да? — спрашивает она, хотя это больше похоже на стон. Она продолжает тереться своей горячей маленькой попкой о мою промежность, и мои ноздри раздуваются, когда я вдыхаю запах ее возбуждения.

Я опускаю руки к ее бедрам, зацепляя пальцами подол ее платья и поднимая его вверх. Я провожу одной рукой по внутренней стороне ее бедра, мое дыхание сбивается, когда кончики моих пальцев соприкасаются с ее обнаженной киской. Твою мать.

— Без трусиков? — Я задыхаюсь, поглаживая кончиками пальцев ее гладкую щель.

— Угу, — напевает она, поднимая руку над головой, чтобы запустить пальцы в мои волосы, прижимаясь задницей к моему члену и своей киской к моим пальцам.

— А я-то думал, ты хорошая девочка, — шепчу я ей на ухо, ведя ее вперед, ближе к широкому стволу дерева перед ней.

— Я тебе сильно нравлюсь, — выдыхает она.

Блядь, да, нравится

Я хватаю ее за запястья, поднимаю ее руки и кладу их на дерево по обе стороны от ее головы. Я чувствую, как дрожь возбуждения пробегает по ее телу, когда я медленно провожу руками вниз по ее рукам, к спине, к талии, к подолу ее платья.

Она оборачивается, чтобы посмотреть на меня через плечо, все еще держа руки на месте. — Что ты делаешь?

Я зацепляю большими пальцами подол платья Брук, задирая его до талии. — Забираю то, что принадлежит мне, — рычу я, упиваясь видом ее голой идеальной задницы. Она выгибает спину, подставляя ее мне, и я хватаю ее за ягодицы обеими руками, грубо сжимая их. — Это то, чего ты хочешь, не так ли? — я отвожу руку назад, нанося удар по ее заднице.

— Да, — стонет она, выгибаясь сильнее, когда я наношу еще один удар, на этот раз сильнее. Затем я провожу ладонью по ее ягодице, стирая боль от моего шлепка, в то время как другой рукой обнимаю ее за талию, между ног.

— Черт возьми, тебе это нравится, не так ли? — Спрашиваю я, поглаживая пальцами ее щелку, ее киска истекает возбуждением. Я ввожу средний палец в ее узкую дырочку, и он легко скользит внутрь. — Ты такая влажная для меня, детка.

Дыхание Брук становится более прерывистым, когда я ввожу палец в ее киску и вынимаю из нее, и она прижимается к моей руке. — Трахни меня, Тео, — хрипит она.

С рекордной скоростью мои штаны спущены до лодыжек, и я зубами разрываю обертку от презерватива, отбрасываю ее и натягиваю презерватив на свой твердый как камень член. Брук теснее прижимается ко мне задом, когда я провожу головкой своего члена по щелочке ее задницы, располагаясь у входа в ее горячую маленькую киску.

— Черт, детка, — задыхаюсь я, хватая ее за бедра и толкая вперед. — Не уверен, что на этот раз смогу быть нежным.

Она упирается ладонями в дерево перед собой для опоры, насаживаясь на мой член. — Тогда не стоит.

Я, блядь, схожу с ума от вожделения, зажимаю одной рукой ее рот, другой сжимаю ее бедро и полностью проникаю внутрь. Напряженность ее киски и звук ее приглушенного крика — это больше, чем я могу вынести — я ослабляю хватку на полпути, затем начинаю грубо входить в нее, забирая то, что принадлежит мне.

Черт, ей так хорошо, ей так…

Дерьмо. Во рту покалывает, клыки начинают выпадать. Мой волк хочет пометить ее. На этот раз гораздо сложнее оттолкнуть его, заставить мои клыки отступить, особенно когда я по самые яйца в самой сладкой киске на свете.

Я открываю рот Брук, вместо этого обхватываю рукой переднюю часть ее таза, опускаюсь ниже, чтобы найти ее клитор, другой рукой хватаю ее за бедро и безжалостно вбиваю в нее свой член. Самые сексуальные стоны удовольствия срываются с ее губ, доводя меня до чертового исступления. Я трахаю ее сильнее, глубже, больше не беспокоясь о том, кто может нас услышать, чтобы она кончила, важнее личной жизни.

Я чувствую, как ее тело начинает напрягаться — она приближается, и будь я проклят, если я не рядом с ней. Мои яйца напрягаются, мое освобождение неминуемо, пока я продолжаю вводить свой член в Брук и выходить из нее, продолжаю терзать кончиками пальцев ее маленький твердый клитор. Я погружаю свой член в нее по самую рукоятку, притягивая ее спиной вплотную к своей груди, кладу подбородок ей на плечо и хватаю ее за руку, чтобы повернуть ее лицо к своему. Я завладеваю ее ртом так же сильно, как и ее киской, проглатывая ее крик, когда она достигает оргазма. Ее киска сжимается на моем члене, и мой собственный оргазм пронзает меня, мои яйца опускаются в латексную оболочку.

Брук шатается на ногах, переживая оргазм, ее тело содрогается, когда она стонет мне в рот. Я прикусываю ее нижнюю губу, прерывая поцелуй, крепко держа ее за талию. — Черт, детка, — хрипло говорю я, выходя из нее. Я снова покусываю мочку ее уха, затем оставляю пару нежных поцелуев на изгибе шеи.

Она ничего не говорит — просто тяжело дышит, все еще немного дрожа. Я сразу же впадаю в панику — это было слишком грубо? Я причинил ей боль? Я вырываюсь, снимаю презерватив и разворачиваю ее за талию лицом к себе. — Ты в порядке? — Спрашиваю я, заглядывая ей в глаза. — Я был слишком груб с тобой?

Волна облегчения захлестывает меня, когда она смеется, обвивая руками мою шею. — Нет, это было горячо.

Спасибо, черт возьми.

Мои губы растягиваются в улыбке, и я обхватываю ее лицо обеими руками, наклоняясь, чтобы снова поцеловать. — Ты горячая, — шепчу я ей в губы. Я провожу руками вниз по ее телу, целуя ее, стягивая платье обратно на ее задницу. Затем я отстраняюсь, наклоняясь, чтобы задрать боксеры и джинсы, в то время как Брук натягивает платье на бедра, поправляя подол.

— Нам лучше вернуться туда, — выдыхает она, собирая волосы и перекидывая их через плечо. Так беззаботно, как будто мы не только что быстро и грязно потрахались в лесу.

Я бы возражал против того, чтобы она вернулась в бар в этом сексуальном платье без трусиков, но теперь