Огонь в ее глазах - Руби Диксон

«Ты должна съесть его, — говорит мне голос в голове. — Он был бы вкусным».

Я не хочу его есть. Он интересный. Возможно, он мог бы стать мои другом.

«Тебе не нужны друзья. Возможно, из — за него ты застряла в этом ужасном месте с ужасными запахами».

О, я ненавижу это место. Я ненавижу эту вонь, и то, как ощущаю воздух на своих крыльях, и то, как от всего — от всего — у меня начинает болеть голова. Я ненавижу все это и хочу вернуться домой.

«Убей его, и, может быть, мы сможем вернуться домой», — говорит он.

Может быть, и так. Но я пока не нападаю. Я приседаю и наблюдаю, помахивая хвостом.

Глава 4

ГЕЙБ

Тева следует за мной.

Конечно, она следует. Я путешествовал всего несколько часов, когда увидел вдалеке ее тень, мелькающую в облаках. Я знал, что она так и сделает. По какой — то причине я ей интересен, и она попытается выяснить, кто я такой и чем занимаюсь.

Я иду по шоссе мимо рядов брошенных машин и проверяю двери на ходу. Время от времени одна из них со скрипом открывается, и это хорошо. На случай, если Теве придет в голову напасть, у меня будет где спрятаться.

Конечно она могла бы разбить машину одним взмахом хвоста или ударом ноги. Она могла бы поджарить меня в ней заживо. Но лучше хоть какая-то защита, чем никакой, поэтому, даже когда дорога разветвляется и, возможно, было бы быстрее пересечь местность, я придерживаюсь шоссе и остаюсь начеку.

Однако Тева никогда не приближается. Она наблюдает издалека, следует за мной по пятам и никогда не подходит достаточно близко, чтобы я забеспокоился.

Но я знаю, что она здесь. Я чувствую ее мысли. Они кипят где — то в глубине моего сознания, постоянно присутствуя. Я чувствую ее любопытство, и хотя иногда оно приправлено гневом, я никогда не замечаю, что нахожусь в опасности. Да, за мной наблюдают. В опасности — нет.

Я сплю в старой кондитерской через дорогу от пустой заправки и держу руку на пистолете, прислонившись спиной к стене, а лицом к двери. Драконы — не единственная проблема в этих краях. Есть налетчики, преступники вне закона, и большинство людей скорее убьют тебя за то, что у тебя с собой, чем заведут друзей. Мои сны тревожны — я просыпаюсь, задыхаясь, убежденный, что Тева срывает крышу, чтобы добраться до меня, но когда я открываю глаза, здание целое.

Тем не менее, это выводит меня из себя. Я не ложусь спать, а собираю свои вещи и отправляюсь в путь. Чем скорее я доберусь до безопасного места — по-настоящему безопасного — тем лучше для меня.

Через несколько часов пути я доберусь до своих старых мест. Тева отстранена, ее мысли — легкая дымка на задворках моего сознания. Я думаю, она охотится. Странно, что сейчас я чувствую ее мысли более отчетливо, чем внутри форта. Как будто мы связаны на каком — то странном уровне, и по какой — то причине с течением времени я все меньше и меньше беспокоюсь о ней.

Она — проблема, но я не думаю, что она хочет убить меня. Она, конечно, хочет убить всех остальных в форте. Но меня? Нет. Во мне есть что — то такое, что очаровывает ее, что проникает в душу женщины, даже если она погружена в безумие. Я не совсем уверен, что именно во мне привлекает ее, но это то, что есть.

Я иду по знакомой улице и вдруг вижу это — гараж, который был моим домом последние два года или около того. До тех пор, пока я не встретил Энди и Лиама и мы не отправились в заполненные чумой коридоры Нью — Форта, я жил на нижнем этаже гаража старого торгового центра вместе с Чарли, Лестером и Мэйджором, шестью кошками и Скутером. Что касается жилья, то оно было довольно хреновым, но в дальнейшем сослужило свою службу. Оно защищало нас от самых неблагоприятных погодных условий, от низко летящих драконов и их огня, и в нем было достаточно прохладно в летнюю жару, когда не было кондиционера.

Примерно как сейчас. Я вспотел и более чем готов уйти в тень, но я не идиот. Кто — то мог въехать в наш дом и завладеть им, и мне нужно сначала все проверить. Я обхожу территорию, высматривая признаки мин — ловушек или предупреждающих сигналов, консервных банок, подвешенных на веревочке, колокольчиков, всего, что может издавать шум при нажатии и предупреждать о вторжении. Когда я ничего не вижу, я захожу внутрь с пистолетом в руке.

Все тихо.

Мои шаги эхом отдаются по бетону, и вокруг становится мертвенно тихо. Даже мысли Тевы затихли. Кажется, что здесь пусто, и это хорошо, но почему — то все равно неприятно видеть. В течение двух лет это место было моим домом. Я прохожу мимо «Порше» с четырьмя спущенными шинами и разрисованным граффити кузовом, машины, о которой мы всегда шутили, что хотели бы иметь ее раньше. Я прохожу мимо фургона, в котором мы спали здесь первые несколько ночей, прежде чем поставить палатки. Затем я вижу большую металлическую бочку, которую мы использовали для разведения костров, и палатки, расставленные вокруг нее, как будто мы просто проводили уютный вечер в дикой природе.

Дом.

Громкое возмущенное мяуканье разносится по гаражу, и белый кот с темными пятнами на спинке выбегает из — под машины, чтобы поприветствовать меня. Он тут же обвивается вокруг моих ног, мурлыча и мяукая, и я наклоняюсь, чтобы погладить его.

— Ну, здравствуй, профессор Плам, — бормочу я. — Чарли будет рад тебя видеть.

Кот просто трется мордочкой о мою руку. Он худой и грязный и останавливается, чтобы почесать блох. Чувство вины терзает меня. Чарли был прав — кошки действительно нуждаются в нас. Они просто настолько приручены, что больше не знают, как о себе позаботиться. Когда я глажу Плам, мисс Скарлет — оранжево-белая пушинка — выходит, чтобы присоединиться к нему, и она в таком же плачевном состоянии.

Я сажусь рядом с кошками и достаю банку с едой. Это тунец, и я приберегал его для особого случая. Это должен был быть мой следующий день рождения, но эти двое, похоже, нуждаются в ней больше. Я поворачиваю