Да, мой король - Елена Михалёва

– Доброе утро, Ваше Величество, – незнакомец галантно поклонился. – Мне доложили, что вы уже проснулись столь рано сегодня. Всё ли хорошо? Мы так давно с вами не виделись.

Мужчина прошёлся к столику у окна и начал торжественно готовить бритвенные принадлежности, доставая их из кожаной сумки у пояса.

– А где Клаус? – осведомился Ричард, который не сводил со слуги недоверчивого взгляда.

– Заболел, – на лице мужчины промелькнуло презрительное выражение. – Мне сказали, вчера вечером съел что-то и всю ночь промучился животом. Поэтому Его Светлость герцог Болдер послал за мной, – слуга снова поклонился. – Признаюсь честно, уже не ожидал, что вам понадоблюсь. Подумал было, вы решили меня заменить из-за того, что я брал отпуск и ездил к родным в столь непростое для вас время. А потом ещё эта эпидемия. Словом, я рад, что возвратился.

Шенборн почувствовал уже знакомую тревогу, с которой почти привык мириться. Незнакомец вовсе не был незнакомцем. Он являлся главным королевским цирюльником ещё при короле Карле. Причёсывал Вильгельма и учил его правильно отращивать бороду. А ещё следил за внешним видом графа Стефана фон Шенборна и несколько раз стриг самого Ричарда во время их с отцом пребывания при дворе.

Только его имени Шенборн никак припомнить не мог. То ли Джером. То ли Джаред.

В любом случае, позволить ему себя причёсывать, означало для Ричарда подписать собственный смертный приговор. Старик наверняка знал все родинки Вильгельма наперечёт, дабы не задеть при бритье ни одной.

Граф обречённым взглядом проследил за тем, как цирюльник весело раскладывает блестящие ножницы и расчёски. Затем в его руке блеснула бритва. Большая и довольно острая.

– Сегодня ничего не нужно, – Ричард постарался говорить уверенно, а сам отвернулся к кувшину с водой, чтобы намочить край полотенца и протереть лицо и шею. – Бриться я не буду. На прихорашивания нет ни времени, ни желания.

– Вы слишком обросли, мой король, – старик снисходительно улыбнулся, искоса взглянув на монарха. – Запустили себя и похудели. Клянусь, вы зря доверились этому Клаусу. Но я приведу вас в порядок, будьте спокойны.

– Я же сказал, ничего не нужно, – строже повторил монарх, а сам поспешно отвернулся, чтобы королевский цирюльник перестал глазеть на него.

– Но…

– Ты свободен. Уходи.

– Ваше Величество, – старик согнулся в поклоне. – Вы простите вашего слугу, если я чем-то обидел вас. Скажите только, в чём я провинился, что вы вдруг отлучили меня от дворца и от работы, – голос мужчины дрогнул. – Я вынужден был открыть приём для городских аристократов. Отбоя, конечно, нет. Я ведь верой и правдой служил вам и вашему родителю столько лет. И я не жалуюсь. Но мне так не хватает службы именно вам.

– Я не просил посылать за тобой, – Ричард лихорадочно пытался придумать отговорку. – Иди. Я отдам приказ, чтобы тебе назначили достойное ежемесячное пособие. Оно позволит не заниматься более практикой, если на то нет желания.

– Вы не так меня поняли мой король, – мужчина неуверенно шагнул к стоявшему спиной монарху.

– Джеберт!

Одновременно с криком дверь в королевскую спальню распахнулась.

Внутрь влетел запыхавшийся Томас, за спиной которого маячила пара других лакеев.

– Доброго утра, Ваше Величество, – затараторил он, кланяясь. – Прошу простить за это недоразумение. Я думал, что Джеберту передали приказ королевы. Не знал, что герцог Болдер послал за ним.

– Какой приказ? – старик нахмурил густые брови.

– Её Величество очень печётся за безопасность Его Величества. И за его здоровье, а вы, не желаю вас обидеть, дорогой Джеберт, – Томас виновато скривил губы. – Вы слишком уважаемый при дворе человек, чтобы рисковать вашей репутацией.

– На что ты намекаешь? – цирюльник скрестил руки на груди. – Сомневаешься, что моя длань не дрогнет и крепко удержит бритву возле королевского горла?

Лакей торопливо поклонился мужчине.

– Не смею сомневаться в вас, уважаемый Джеберт, – ответил он. – Это не мои слова, а королевы Джовании. Хотите, можете задать этот вопрос ей? Слугами при дворе теперь заведует она и герцог Зоммерштерн.

– Достаточно! – подражая Вильгельму, рявкнул Ричард. – Устроили балаган! Идите прочь! Томас, проводи Джеберта! И передай гоффмейстеру, что я приказал назначить бывшему королевскому цирюльнику Джеберту пенсию от короны. Это всё.

С этими словами он ушёл в ванную комнату и захлопнул за собой дверь.

Там Шенборн прятался около четверти часа, пока в дверь снова не постучал верный лакей.

– Мой король, он давно ушёл, – раздался голос Томаса. – Я сделал всё, как вы велели. И ещё распорядился, чтобы подали завтрак для вас.

Ричард вышел из ванной комнаты с твёрдым ощущением, что ему ужасно не по себе. И встретился с лакеем, который уже успел приготовить для него одежду.

– Спасибо, Том, – «король» глянул на столик, откуда исчезли все ножницы и бритвенные принадлежности. – А что с Клаусом? Джеберт сказал, что у него расстройство желудка.

– Больше похоже на отравление, – заметил паренёк. – Но ему уже лучше. Господин Гантер промыл ему желудок и дал какие-то капли. Через пару дней возвратится к работе, думаю.

Томас улыбнулся своему правителю.

– Не волнуйтесь, Ваше Величество. Герцога Зоммерштерна уже оповестили. Он сейчас ругается с герцогом Болдером. Давно я не видел никого, кто мог бы так запросто поставить последнего на место, – Томас усмехнулся, но тотчас, испугавшись собственной дерзости, склонился перед королём. – Прошу меня простить. Это было недостойно с моей стороны.

Ричард отмахнулся.

Отравление Клауса и внезапное появление Джеберта, который запросто мог раскрыть подлог, – всё это совпадало слишком удачно. И слишком прямо намекало на причастность Болдера, который, возможно, не хотел уступать власть Альберту. В любом случае, стоило поговорить о том с сами герцогом Зоммерштерном. А ещё рассказать про приход пьяной Лизбет и полные подозрения взгляды Фердинанда Хальбурга.

Граф фон Шенборн надеялся, что эта странная ситуация с цирюльником окажется главным потрясением дня. К несчастью, он не мог предположить, сколь сильно ошибался.

* * *

Поздним вечером раненого Альберта Зоммерштерна привезли во дворец. Доложивший об этом королю слуга знал лишь только, что на свиту герцога Дрейгенского напали по пути в Равенсбург. До тюрьмы они так и не доехали.

Спустя несколько