Альфа Тео - Си Джей Праймер
Фэллон бежит через лужайку мне навстречу, ее глаза широко раскрыты. В руках она сжимает темно-синее банное полотенце. — Брук?
— Тео. — задыхаюсь я. — Тео мой…
Моя близняшка останавливается передо мной, оборачивает полотенце вокруг моего тела, серьезно смотрит на меня, закрепляя его у меня на груди. — Он твоя пара, не так ли?
Я прикусываю губу и киваю.
Фэллон притягивает меня к себе, крепко прижимая. — У меня было предчувствие, — шепчет она.
— Что?! — Я отталкиваю ее, делаю шаткий шаг назад. Полотенце соскальзывает, и я хватаюсь за него, заправляя конец, чтобы закрепить его снова. — И ты мне не сказала?! — Требую я, мой голос срывается.
Фэллон переводит дыхание. — Я хотела, но…
— Но что?!
Я чувствую, что мир сжимается вокруг меня, как будто я раздавлена предательством. Судьба предала меня, выбрав в качестве пары единственного мужчину, который причинил мне боль. Моя собственная сестра предала меня своим бездействием.
— Ну, я не думала, что он отправится домой на пробежку, думала, он останется здесь, как всегда! — Раздраженно говорит Фэллон, всплеснув руками. — И учитывая, как ты была расстроена прошлой ночью, я, наверное, решила дать тебе немного времени, прежде чем делиться своими подозрениями…
Я качаю головой, на моих глазах наворачиваются слезы.
— Как судьба могла так ошибиться? — спрашиваю я хрипло.
Фэллон смотрит на меня, ее глаза полны сострадания. — Давай, — призывает она, обнимая меня за плечи. Она ведет меня к складу, внутрь и наверх.
Когда мы добираемся до верха лестницы, в конце коридора появляется очень обеспокоенный Грей и направляется к нам.
— Что случилось? — спрашивает он. — Это…?
Фэллон просто кивает. Хотя она не поделилась своими подозрениями по поводу супружеской связи со мной, она, очевидно, поделилась ими со своей собственной парой, потому что Грей понимающе кивает в ответ.
Он выдыхает, запускает пальцы в волосы и сочувственно смотрит на меня. — Пошли, — ворчит он, поворачиваясь и жестикулируя. — Давай приведем тебя в порядок.
Грей ведет нас по коридору в комнату для гостей, а мы с Фэллон следуем за ним. Как только мы оказываемся внутри, Фэллон подводит меня к большой кровати, и я опускаюсь на нее, обернув полотенце вокруг тела. Она снова поворачивается к Грею.
— Я ценю, что ты пытаешься помочь, детка, но…
— Да, — вздыхает он, понимая ее намек. — Конечно. Я буду внизу. Просто дай мне знать, если тебе что-нибудь понадобится.
То, как она улыбается ему, заставляет мое сердце снова разбиться вдребезги. Как могла судьба сложиться так удачно для моей сестры и так неправильно для меня?
Когда Грей закрывает за собой дверь, Фэллон садится на кровать рядом со мной и кончиками пальцев убирает волосы с моего лица.
— Откуда ты узнала? — хриплю я, тупо уставившись на сестру.
Она снова бросает на меня тот нежный взгляд, слегка прикусывая нижнюю губу. — Я не знала наверняка. Просто заподозрила это после того, как ты рассказала мне об искрах.
Мои глаза наполняются слезами. — Этого не может быть, — выдыхаю я, качая головой. — Я не могу представить себе двух менее совместимых людей!
— Брук… — Фэллон воркует, поглаживая меня по волосам на спине. — Я знаю, что сейчас все непросто, но ты должна знать, что судьба свела вас двоих не просто так. Ты сказала, что у вас двоих все шло отлично вплоть до вечера пятницы…
Я прищуриваюсь, отстраняя ее руку. — Что случилось с «нахуй этого парня»? — спрашиваю я. — Ты должна быть здесь на моей стороне!
— Я на твоей стороне, — вздыхает она. — Но, Брук, он твоя пара. Ты не можешь просто отбросить связь…
— Да, я могу, — ворчу я, уставившись на свои колени. — Я могу отказаться от этого.
На самом деле я не знаю никого, кто отказался бы от уз обреченного партнера, но знаю, что это возможно. Если мы с Тео не пометим друг друга до следующего полнолуния, наша связь исчезнет.
Фэллон выдыхает и тянется, чтобы взять меня за руку. Я отдергиваю ее.
— Послушай, я знаю, что Тео мудак, — говорит она. — Приятель ты или нет, я все равно хочу врезать ему по хую за то, что он оставил тебя на обочине дороги той ночью. Ему придётся много пресмыкаться, чтобы все исправить, ему все еще нужно доказать, что он достоин тебя. Но связь, Брук, она… особенная. Ты можешь сказать, что хочешь отказаться от этого, но ты не знаешь, от чего отказываешься…
— В этом нет ничего особенного, Фэллон, это больно! — плачу я, и слеза скатывается по моей щеке.
Она протягивает руку, чтобы погладить меня по спине, пытаясь утешить. — Когда между нами установилась связь, я помню, что все мои чувства к Грею усилились. Может быть, для тебя это то же самое, но прямо сейчас это негативные эмоции… — Фэллон замолкает, придвигаясь ближе ко мне на кровати. — Уверена, что это не будет длиться вечно. Если вы двое сможете все уладить, примите узы…
— Связь ничего не изменит! — плюю я, непреклонно качая головой. Мои глаза поднимаются, чтобы встретиться со взглядом Фэллон. — Он не просто бросил меня на обочине дороги, Фел, он переспал с кем-то еще! Я видела, как он возвращался в общежитие той ночью с Саттон…
Глаза моей сестры широко распахиваются.
Слезы наворачиваются на мои глаза, когда я прерывисто дышу. — Я думала, он изменился. Думала, у нас было что-то особенное. Но… — Я смотрю на свои руки, переворачивая их на коленях. Они все еще в запекшейся крови. Я чувствую, что Фэллон пристально смотрит на меня, но на этот раз она потеряла дар речи.
После долгой паузы она прочищает горло. — Почему бы тебе не принять душ? — настаивает она. — Я собираюсь позвонить маме и папе и сообщить им, что ты здесь. Приведи себя в порядок, а потом мы сможем еще немного поговорить.
Я соглашаюсь, направляюсь в ванную комнату и включаю душ. Ожидая, пока нагреется вода, смотрю на свое отражение в зеркале. Я ужасно выгляжу. Мои глаза даже не похожи на мои собственные — они запавшие, тусклые, безжизненные.
Когда ванная начинает наполняться паром, я проскальзываю в душ, пытаюсь вымыться дочиста. Я выплескиваю печаль, разочарование — мое тело дрожит, сотрясаемое рыданиями. Я не верю, что судьба может быть такой жестокой, что все так неправильно сложится. Не знаю, то ли это вода из душа, то ли мои собственные слезы текут по моему лицу и не уверена, где кончается вода и начинаются мои слезы.
Однако я знаю две