Негодный подарок для наследника. Снежные узы - Мария Вельская

— У вас непослушные адепты, шенш Анаролиш, — холодно отрезал этот… высокородный, не глядя на меня.

Я была меньше, чем пустым местом!

И очень старалась не выть снежным волком на луну. Да, только заместителя ректора здесь и не хватало. Этот наг, да, натуральный змейс, даже с хвостом! — мог в своей надменности заставить и солнце почувствовать себя виноватым!

— К сош-шалению, подобное случается, Снегосиятельный. Адепты непременно понес-сут накас-сание, но такая мелочь не стоит вашего внимания. Мы оч-шень ш-шдали вас, прошу-шу, проходите…

Я почти услышала, как преданно застучал хвост этого подхалима. Но не могла не воспользоваться возможностью юркой мышью шныркнуть вниз. Клянусь, я вываляю Криссару в снегу! Эта девица, моя одногруппница, все никак не уймется! Теперь подножки ставить принялась!

— На этот раз ты попала, бездарность, — бросил насмешливо кто-то из парней — а меня уже вынесло на улицу.

Прочь! Прочь из этого змеючника, по ошибке названного академией магии, она же Академия ледяных пределов.

Да, я неудачница. Попаданка-неудачница, которой не досталось ни великой силы, ни принца на белом единороге (я понимаю единорогов, к местным принцам лучше не приближаться), ни хорошей работы, ни крутого факультета для обучения. В отличие от моей подруги Данки, которая тоже прижилась в этом прекрасном мире. Да-да, она попала сюда вместе со мной, мы даже учились в одной академии — только на разных факультеиах. Но… о ней немного позже.

Так что же я? Меня не любят одногруппники — бинго, за то, что я из другого мира! Я учусь на водном факультете, но у меня нет ни малейших способностей к магии воды. А ещё…

— Алисия, я могу с тобой поговорить? — Раздался низкий голос с рыкающими нотками.

Прямо на меня надвигался, сверкая глазами, ещё один местный хищник.

Вот только я не хотела с ним разговаривать. Не хотела смотреть в чужие лживые глаза. Не хотела больше запустить пальцы в гладкие светлые волосы. И попросить показать своего зверя — отнюдь не хомячка — тоже не хотела.

Привет всем, кого достают бывшие!

— Лорд Лограт, нам не о чем с вами разговаривать. Я сдаю все домашние работы, а практикумы у нас теперь ведёт другой преподаватель, — процедила, сжимая зубы.

— Алисия, ты мне и слова сказать не даёшь, — на скулах мужчины заиграли желваки.

Фейр Лограт, оборотень из снежных волков и тот, в кого я ещё недавно была влюблена, не умел отступать.

— Нам не о чем говорить. Возвращайтесь к своей невесте, тир Лограт, не то ей донесут, что вы нынче за адептками ухлестывайте, а разбираться она придет ко мне, — ответила чуть резче, чем хотела.

Такое уже было. И спасло меня из когтей разъяренной оборотницы только чудо. Не магу-недоучке с такими тягаться.

— Алисия, она мне не невеста… пока… — процедил мужчина, закрывая нас своей широкой спиной от любопытных адептов.

— Поздравляю вас с этим. Может, найдете себе менее нервную девицу, — бросила, отворачиваясь.

Снова смотреть в это лицо с резкими притягательными чертами, снова вдыхать лёгкий льдистый запах с оттенком зимних ягод…

Нет. Нет тебе больше веры. Когда нужно было выбирать — ты струсил, Фейр. Исчез с горизонта. Даже не пригласил меня на Зимний бал, а ведь это событие бывает раз в году!

Ты говорил, что тебе нужно время, что семья давит, что на тебе лежит ответственность перед твоим родом — и я приняла это. Но никто не говорил, что я должна понять и простить. У меня есть и гордость, и чувство собственного достоинства. А ты сам выбрал, блохастый! Даром, что магистр и преподаватель.

— Лисса, да почему же ты такая упрямая! Да, я обидел тебя! Да, я колебался и делал глупости, но ты тоже просто бежишь вместо того, чтобы поговорить!

А потом меня прижали к стене, в нос ударил знакомый запах морозной свежести, а Фейр… моих губ жадно, жёстко, не колеблясь ни капли, коснулись чужие губы.

Они пили меня, ласкали меня, завоёвывали меня. От оборотня исходил жар раскаленной печи — а я вдруг застыла соляным столпом.

Сознание кольнуло. Раз. Другой. Третий.

Как будто под черепную коробку гвоздики забивали!

А потом пришло оно. Отвратительное ощущение моего дара, про который в этом мире я уже успела забыть.

Чтоб у тебя снеговик посреди дома растаял, Лограт! О, в этот момент я готова была побрить звериную ипостась магистра налысо — лишь бы он от меня отвязался!

Нет-нет-нет! Я замотала головой, упёрлась ладонями в грудь Фейра, но оборотень ошибочно принял мои трепыхания за порыв страсти неземной, эгоист!

Голову наполняли видения. Одно за другим. Мой дар, проклятый дар с Земли, проснулся. Сосулька тебя побей, оборотень был удивительно честным существом по сравнению с другими моими ухажерами. Видения с ним пахли тмином и лимоном.

Но кое-что я бы предпочла никогда не знать и не видеть.

Его службу. Охоту разъяренной стаи. Страстные ночи с другими женщинами. И… Это было что-то новенькое. Видение, где не было самого Лограта, но были его родственники. Я их прекрасно помнила — ведь в мой первый день в этом мире меня поймал в свои объятья именно Фейр Лограт. И привел в свой дом.

— Милика не сможет родить без угрозы для жизни, да и ее дитя может не выжить. А этот союз слишком ценен для наших домов, — поджала губы хвостатая мамаша.

— Тогда нужно, чтобы ребенка родила другая, а мы введем его в род по древнему обряду, — шустро предложил кто-то из родни невесты.

Не понравилось мне, как алчно блеснули глаза всех присутствующих.

— Сердце мое, кажется, у Фейра роман с какой-то адепточкой из Академии ледяных пределов? — Задумчиво поинтересовался отец семейства.

Чтоб тебя блохи сожрали!

— Да-а, — протянула мать семейства, — как ее там? Лиска? Лисси? Алис? — Ты прав, подошлем к ней целителя. Это легко устроить, наш маг просто предложит свои услуги в лазарете академии. Если девица подходит — родит ребенка, дело молодое, горячее. Мы ей даже отступные выплатим. Ну а если от денег решит отказаться или с ребенком сбежать… Что случись — человечки никто не хватится, насколько я знаю, она из другого мира, здесь одна.

Тут ты ошиблась, грымза старая.

Мир мигнул — и я снова оказалась на заснеженном дворе академии.

Только в уши ввинчивался противный писк.

Я с силой ударила Фейра в живот. В груди замёрз лёд. Пусть он не знает об этом разговоре, но он позволил им думать, что со мной можно так