Космос и я. Часть 2 - Настя О

Я действительно выросла. Но не перестала нуждаться в его поддержке.

Я сделала шаг под вспышки камер, и зал взорвался аплодисментами. Мне было неловко от этих приклеенных улыбок, и я тщетно пыталась найти кого-то знакомого в толпе. А потом всё стихло, и остался лишь размеренный стук чьих-то каблуков по блестящему мраморному полу.

Эта походка была военной, четкой, тренированной для парадов. Пока я поворачивала голову в сторону идущего, я подумала, что покрытие из камня, безусловно, прекрасно. Но оно такое же бездушное, как и всё вокруг.

Как и все.

Сердце замерло, когда Сейфер подошел совсем близко. Он был в белом мундире, на груди сияла звезда героя конфедерации. Я не стала надевать свою. Оставила дома на полке почета. Зато я могла любоваться той, что была пристегнута к широкой мужской груди.

Я засыпала на этой груди, слушая стук любимого сердца.

Внезапно зазвучала музыка — вальс. Сейфер уверенно вел меня к центру зала. Когда он остановился и повернулся лицом, я не сдержала удивленного шепота:

— Ты же никогда…

— Если ты поведешь, я обещаю справиться с этим.

Его голос охрип, и я поняла, что Сейфер думает совсем о других вещах. Причиной тому была его ладонь, уверенно занявшая место на моей оголенной пояснице. Это было единственное место, которому я сегодня позволила остаться открытым, хотя и спрятала его под распущенными волосами. Благодаря регенератору они вернули свою прежнюю длину. Но для Сейфера это не стало препятствием.

Об этом рассказал его голос.

Встреча взглядов была неминуемой. Когда я утонула в яркой небесной синеве, тревоги и страхи отступили.

Я любила это небо всем сердцем. Чистое и ясное, когда Сейфер радовался. Грозовое со сверкающими молниями, когда злился. Недавно я узнала еще один оттенок, который раньше никогда не видела. Именно он сейчас поглотил радужку Сейфера.

Темный, почти черный взгляд из-за неестественно расширившихся зрачков. Так Крайден смотрел, сгорая от страсти и находясь в шаге от того, чтобы попрощаться с рассудком. Я видела эти глаза, когда сама получала наслаждение, которое мог подарить только Сейфер.

Глаза темные, словно космос.

Мой космос.

Космос, для которого моя звезда никогда не погаснет.

Космос, который я буду любить всегда.

Глядя на нас, танцевать начали и другие пары. Мы с Сейфером не разговаривали. Недолгая разлука казалась слишком непривычной после двух недель совместного полета. Поэтому мы с любовью смотрели друг на друга, словно не виделись несколько лет. А когда музыка утихла, Сейфер отвел меня в сторону, и я получила возможность поговорить с ним.

— Когда ты научился танцевать?

— Когда летел к Арфе, — признался Сейфер немного смущенно. — Мне понравился наш новогодний вечер, и я подумал, что в будущем его можно было бы повторить. Вальс просто попался мне одним из первых.

— Сколько еще граней твоего характера мне предстоит узнать?

Сейфер не ответил. Он только коротко улыбнулся, притягивая меня к себе и осторожно целуя.

— Ты выглядишь потрясающе. Но мне теперь совершенно не хочется проводить тут весь вечер. Очень интересное платье.

Щеки опалило быстрым румянцем. Я знала, что Сейфер оценит подарок. И все равно его внимание оказалось приятным. Оно помогало мне смириться с тем, что я выглядела не так, как раньше.

— Как и обещала, с сегодняшнего вечера я вся твоя. Если ты, конечно, еще не передумал.

Глаза Сейфера предвкушающе блеснули. Новость он тоже оценил.

— Спасибо, Сэм. Это лучший подарок к возвращению.

— Ты закончил свои дела?

— Да, прости, что не успел к самому началу. Но теперь я спокоен. Покажу после приема.

— Давай не будем оставаться до самого конца. Мне здесь не нравится.

— Не будем, — пообещал Сейфер.

Наш разговор был прерван появлением семейства Вандеров. Оскар вел Диану под руку, улыбаясь всем вокруг. Я узнала его, хотя и видела мельком по линку.

— Сейфер, мой бывший вероломный зять, — добродушно обратился он к Крайдену. — И его милая леди. Добрый вечер.

— Добрый, Оскар. Диана, — Сейфер коротко кивнул бывшей жене.

Она показалась мне посвежевшей и умиротворенной. Мы обменялись приветливыми улыбками, словно никогда не делили мужчин. Как сказала мама, всё это было лишь стечением обстоятельств. Виновных следовало искать в другом месте.

— Как тебе мой подарок… к возвращению? — довольно улыбнулся Оскар Вандер, явно намереваясь вывести Сейфера из себя.

— Ваш искрометный юмор, который решила повторить журналистка в ЦУПе? — уточнил Сейфер. — Честно говоря, я думал, что вы не будете играть так грязно, Оскар. Всё же ваши развлечения могут бросить тень на вашу семью.

— Чего только ни сделаешь ради политики, — пожал плечами Вандер.

— А как вам наш подарок? — задумчиво обратилась я к этому странному мужчине.

Пожалуй, он мог бы быть пугающим. Вот только у меня за спиной осталось слишком много страхов, которые я сумела преодолеть.

— Какой именно, юная леди? — он снисходительно посмотрел на меня.

— Вы теперь родственник героя. А могли бы быть простым обманутым дедом. Ведь ваша дочь могла любить не героя конфедерации, а какого-то Тана Уэйда.

Оскар с минуту разглядывал меня с интересом. А затем широко улыбнулся и сказал, глядя на Сейфера:

— С характером! Твоя невеста прекрасна, Сейфер. Я надеюсь, у вас все будет намного лучше, чем получилось с Дианой.

Он хотел увести дочь вместе с собой, но она вырвалась и с досадой посмотрела на него:

— Отец, прекрати свои выходки! Дай мне хотя бы сегодня пообщаться с теми людьми, с которыми я хочу!

Оскар не желал привлекать внимания. Прищурившись, он отпустил Диану и удалился. А она посмотрела на нас виноватым взглядом.

— Простите его. Лавры Крайденов никак не дают покоя. А тут еще и я преподнесла неожиданный подарок.

— Всё в порядке, Диана. Как ты?

— Почти пришла в себя. Сын не дает утонуть в отчаянии. Спасибо, Саломея, — внезапно обратилась она ко мне. — Что защитили имя Тана на космодроме. Мне было очень неприятно наблюдать за этим поступком отца.

— Я всё ещё считаюсь вдовой Тана, — напомнила я. — Какими бы ни были наши отношения, мы всегда стояли друг за друга. Как… вы назвали мальчика?

— Тан-младший, конечно, — с гордостью улыбнулась Диана. — Как еще можно было назвать это рыжее чудо? Бабушка в нем души не чает. Известие о смерти Тана, конечно, сильно подкосило ее.

Но теперь у нее хотя бы есть стимул, чтобы жить дальше.

Материнство удивительным образом преобразило девушку. После новогоднего ужина Диана Крайден осталась в моей памяти безупречной, но бездушной фарфоровой статуэткой. Диана Вандер, имея ребёнка от моего покойного мужа, словно дышала воздухом свободы и обрела стальной внутренний стержень.

— Я рад