Этот дракон одержим мной - Екатерина Вострова
Между прочим, про сокровища
драконов не только в романах пишут. В старых хрониках тоже полно таких историй. И что, эти страшные драконы похищали прекрасных девиц и прятали их в башнях? Не обязательно в башнях, — совершенно серьёзно возразила Мира. — Пещеры тоже подходят.
Я попыталась улыбнуться, но внутри всё болезненно сжалось. Сестра говорила о драконах так, будто они герои красивых сказок, способные любить одну единственную до конца жизни. Вот только Кирон Де Мар видел во мне вовсе не сокровище. Для него я была лгуньей, продажной девушкой, готовой ради выгоды отказаться от чувств. Мы еще долго болтали с Мирой. Она рассказывала о героях прочитанных ею романов, расспрашивала меня о гостях на балу, о танцах. Я смотрела на нее и не могла наглядеться на то, как оживленно она жестикулировала, как блестели ее глаза. Совсем скоро мне придется уехать из дома и оставить ее здесь одну. В этом доме, где даже стены отдавали тревогой, где часть западного крыла с детства была для нас запретной, а если кто-то из слуг по ошибке заходил не туда, отец приходил в такую ярость, то потом весь день в особняке стояла мертвая тишина. Раньше я не задавалась вопросом, что именно он прячет. Теперь же не могла перестать об этом думать.
Потом мы переоделись ко сну, как делали когда-то в детстве. Сестра расплела мне волосы и долго расчесывала их у зеркала, а после мы снова лежали на кровати и снова говорили обо всем на свете. Незаметно разговоры и смех стихли, и Мира уснула рядом со мной. Я еще немного полежала, прислушиваясь к ее спокойному дыханию, как почувствовала, что тяжесть снова поднимается во мне. Мира отвлекла меня от мрачных мыслей, но стоило ей уснуть, и тревога вернулась. Я накинула халат и выскользнула из комнаты. Прошла по коридорам на балкон, надеясь, что хотя бы там мне станет чуть-чуть легче.
Ночь была темной, свежий ветер приносил запах влажной травы. Внизу простирался сад, освещенный редкими факелами.
«Стоит шагнуть вперед, и я рухну в темноту. Так высоко…»
Сердце болезненно сжалось, и я отпрянула от перил.
Интересно, что чувствует Каэль (нет, не Каэль! Кирон Де'Мар!), когда смотрит вниз с высоты, от которой кружится голова? Драконам бывает страшно? Или для них нет такой бездны, которой они бы испугались? Я вдруг поняла, что совсем не знаю того, в кого влюбилась. Меня очаровала маска, которую он мне показал. Настоящий Кирон Де'Мар был совсем другим: холодным, чужим. Вот только как забыть эту маску? Возвращалась в комнату я так же тихо, придерживая подол. Когда проходила мимо кабинета отца, невольно замедлила шаг, стараясь ступать еще тише. Мама с детства приучила, что нельзя тут шуметь и мешать папе. Особенно по вечерам, когда к нему приезжали «деловые гости» — так она их называла, хотя ни один никогда не входил через парадную дверь. Их проводили через боковой коридор, и после таких визитов отец становился то необычайно щедрым, то раздражительным до бешенства.
если всплывет хоть одна из прошлых сделок, -
— донесся спокойный голос из-за двери, ни помолвка, ни громкое имя не спасут. — Ты преувеличиваешь, — ответил отец. — Пока за моей дочерью стоит Де'Мар, никто не рискнет копать глубже. Генерал — фигура слишком заметная.
— Именно, — собеседник усмехнулся. — Слишком заметная.
Отец замолчал.
— Я столько лет выстраивал эту систему, — наконец произнес он. — Связи, маршруты, люди… Не для того, чтобы свернуть все в один момент. Я не собираюсь все бросать только потому, что тайная полиция начала шевелиться. — Ты слишком жадный, — отрезал голос. — Они шевелятся не просто так, и ты это знаешь. Я под наблюдением уже не первый год, — упрямо возразил отец. — Но сейчас все иначе. Свадьба с Де'Маром дает мне время. Пока все смотрят на генерала, до меня никому нет дела. — Время, — повторил собеседник. — Вот именно.
В его голосе не было ни одобрения, ни сомнения, только констатация. — Ты используешь его как щит, — продолжил он. — Это разумно. Но не считай его защитой. А ты? — в голосе отца прозвучала осторожность.
Ты ведь тоже заинтересован, чтобы все
продолжалось.
Я заинтересован в результате, — спокойно ответил собеседник. Получить то, что должно
принадлежать мне. Чтобы нужные люди приняли правильное решение. Не путай свою безопасность с моими интересами. Не будь таким самоуверенным, как…
Голос назвал фамилию, но я ее не расслышала.
Повисла пауза.
— В доме больше нет лишних свидетелей, поспешно сказал отец. — Последний слишком
любопытный сегодня сам себя подставил. Я с ним разберусь. Все под контролем. — Надеюсь, — голос стал тише, — В конце концов, это твое дело и твой доход. И в опасности прежде всего ты и твоя семья. У тебя и вторая дочь есть.
— У меня только одна дочь достойна внимания, — лениво бросил отец. — А вторая… Без искры, с позором на лице. Разве кто-то станет за нее платить? Какой с нее прок? Как я уже сказал, ты стал слишком жадным. Любой актив может пригодиться, — тон был деловым. В любом случае ждать недолго. Когда придет мое время… генерал Де'Мар будет неопасен. Но до тех пор не стоит совершать ошибок.
Я вцепилась пальцами в стену, иначе рухнула бы на пол. В висках стучало. Неужели Миру отец и вправду совсем не берет в расчет? Для него она не дочь, а балласт? Как он может говорить так равнодушно, словно речь не о живом человеке, а о ненужной вещи?
Но из колеи меня выбило не отношение отца к Мире.
«Я столько лет выстраивал эту систему. Связи, маршруты, люди… Не для того, чтобы свернуть все в один момент. Я не собираюсь все бросать только потому, что тайная полиция начала шевелиться». -