Увядающий ирис бытия - Настя О

Он бережно усаживает меня на кровать и осторожно заключает в объятия, чтобы начать передавать свое тепло и успокоение. По телу медленно разливается усталость, вытесняя боль и горечь потрясений. Но, приходя в сознание и более-менее восстановив координацию движений, я мягко отстраняю некроманта от себя:

— Нет.

Тео удивленно смотрит на меня, в его глазах невысказанный вопрос. Я откидываюсь на подушки, подтягивая колени к груди, и виновато смотрю на него:

— Тебе и так досталось. Мне уже хорошо. А тебе сила нужнее.

Он тяжело вздыхает и, оттолкнувшись руками от края кровати, поднимается, чтобы направиться к окну и взглянуть на картину спокойного мира. Кто бы мог подумать, что всего в нескольких сотнях метров от нас удалось предотвратить катастрофу.

— Кельвин и Кловис устранят следы аварии, — словно читая мои мысли, тихо отзывается Тео. — Скоро все забудут о крушении на мосту.

Нет, милый, совсем не это меня сейчас занимает.

— Кого из твоих потомков я вытащила с того света?

Подарив мне удивленный взгляд, некромант снова оборачивается к окну:

— Догадалась все — таки?

Я лежу в позе эмбриона — так легче воспринимать плохие новости:

— Сначала я думала, что у тебя просто необычная аура. Нужно было просто присмотреться — и оторванные крылья стали бы видны гораздо раньше. Так кого именно? — задаю волнующий меня вопрос. На роль родственницы Тео подходит только Агнес. Если Тео и Кепраил — одно и то же лицо, то выходит, что Констанс Бенуа смог заточить на изнанке сильнейшего архангела. А значит, он не такой уж простак, каким пытается казаться.

— У меня не было детей, Рен, — в его словах слышится плохо скрываемая улыбка.

— Что смешного? — хмуро спрашиваю я.

— Ревнуешь? — когда он оборачивается и снова приближается, чтобы сесть рядом с постелью и дать возможность понаблюдать за лукавой улыбкой, я не выдерживаю: фыркаю и отпихиваю его от себя.

— Просто пытаюсь вычислить, как тебя зовут по-настоящему.

Так себе объяснение, лишь бы он не понял, насколько сильно я ревную.

— Меня зовут Теодор.

Некромант сияет, словно начищенный до блеска чайник. Ему явно нравятся мои попытки оправдаться.

Какая вообще может быть ревность, когда есть безграничное доверие? Приятно познакомиться, меня зовут Рен. И я ревную мужчину, которому бесконечно доверяю.

— А фамилия твоя — Кейн, — в тон ему отвечаю я.

— Приятно познакомиться, барышня, — он берет мою руку и ласково целует тыльную сторону ладони.

По телу невольно пробегает дрожь, несмотря на слабость и сонливость. Тео это чувствует и довольно щурится, все еще удерживая мою руку.

— Не паясничай, — бросаю я и внезапно понимаю, что сейчас рядом со мной находится именно тот человек, которого я узнала на изнанке.

Насмешливый, нагло нарушающий границу личного пространства.

Чудовищно добрый.

И веселый.

Готовый помочь в трудную минуту.

Словно его ненадолго отпустило, и мы вернулись в самое начало отношений. Я робко улыбаюсь, боясь спугнуть момент.

— У тебя слишком быстрая смена эмоций — я не успеваю отслеживать, — жалуется Тео, а я подкладываю его ладонь под голову и закрываю глаза:

— Расскажи, почему тебя лишили крыльев.

Я собираюсь немного отдохнуть, слушая эту грустную сказку, и прикрываю глаза.

Тео возится рядом, поэтому я терпеливо жду начала истории. Наконец, шуршание одежды утихает, и тишину разбавляет его спокойный голос:

— Как ты думаешь, что нужно совершить, чтобы лишиться возможности летать?

Я всерьез задумываюсь, но в голову не идет ничего другого, кроме глупой легенды о том, как некромант пытался возродить Творца.

— Если не хочешь — не буду настаивать, — осторожно говорю я.

— Это было давно, Рен, — снова улыбается Тео. — Да и я вполне доволен результатом.

Я понимаю, что он имеет в виду свои магические способности, и не удерживаюсь от любопытства:

— Почему ты стал таким одаренным магом?

— Это особенности моего предназначения, — задумавшись, отвечает Тео. — Я быстро обучаюсь. Меня таким создал Творец.

— Некромант, телепорт, целитель, менталист — есть что — то еще?

Пока он готов отвечать, я буду задавать вопросы. Тем более его ладонь расслабляет лучше всякой перины. Не остается ни сил, ни желания на провокации.

— Нет.

Я чувствую, как меня опять берут на руки, на этот раз только для того, чтобы устроиться рядом. Легкое дыхание Тео щекочет мои волосы. А его грудь лучше всякой подушки.

— Но, если бы попробовал, можно было бы изучить что-то еще, — добавляет он спустя некоторое время.

— Не успел? — я приоткрываю глаза.

— Оказался за Гранью, — кивает Тео. — А там со мной остался только дар некроманта, ну, и ментальная магия немножко — иначе бы не смог путешествовать в твои сны, — улыбается он лукаво, и я, вспоминая подробности, невольно краснею.

— Зато теперь можно попробовать еще что-нибудь, — зевая, предполагаю я. — Может быть, даже ходящим станешь.

— Нет, Рен, — погладив свободной рукой мои волосы, отвечает мужчина. — Магия смерти архангелам недоступна. Вы вне нашей компетенции.

— Мы — это кто? — заинтересованно спрашиваю я, но рука некроманта продолжает выписывать на моей голове круги, расслабляя и рассредоточивая внимание.

— Ходящие, аннигиляторы, — отвечает Тео.

— А некроманты? — поднимаю я бровь.

Один из них, да еще с сильным даром, сейчас находится рядом.

— В общем, и они тоже, — соглашается Тео. — Но я ведь не зря перешел на уровень Проводника, где ритуалы можно совершать без крови.

— Что ты хочешь этим сказать?

— К некромантии я шел целенаправленно. Интуитивно чувствовал, что это умение пригодится. Но архангел не может причинить зла человеку. Поэтому все ритуалы, даже с малой кровью, стоили очень больших затрат и отдачи. Так что мне выгодно было повышать уровень.

После его речи вывод напрашивается сам собой.

— Ты знал, что окажешься за Гранью?

— Это был один из возможных вариантов исхода дела, — вздыхает Тео.

— Какого дела?

Мне кажется, что я стою на пороге главной тайны некроманта, хотя в сон клонит все больше и больше.

— Нарушения мирового равновесия, — произносит непонятную фразу Тео.

Я выжидающе смотрю на него, требуя продолжения, но он, похоже, больше не готов делиться информацией:

— Спи, Рен. Поговорим, когда отдохнешь, — ласковое прикосновение теплой ладони ко лбу лишает меня связи с реальностью.

Когда я просыпаюсь, Тео в квартире нет. Я не расстраиваюсь, потому что уверена, что скоро он вернется. Что-то изменилось в наших отношениях после того, как мы с Хани позвали его на ужин. Что-то сблизило нас. Теплый плед, которым меня накрыли во сне — лишнее тому доказательство, и он согрел меня. Очень кстати — после тяжелых возвращений я всегда мерзну.

Я