КотоФей и дачница - Тали Аксандрова

Дэмиан развернулся и пошел обратно в дом. Когда он проходил мимо клумбы с синими цветами, то увидел, что один из них снова наклонился и теперь выбивался из стройного ряда. Лорд остановился, посмотрел на него, усмехнулся и ушел, не применив формул.

В кабинете его ждали бумаги, но он проигнорировал их и приказал подать карету. Дэмиан собирался отправиться в столицу и подать прошение королю.

Через два дня, когда лорд Дайрис сидел в кабинете, перебирая полученные бумаги, дворецкий доложил о прибытии леди Элизабет. Она намеревалась завтра отправиться на бал вместе с женихом, в одной карете. Уж зачем ей это понадобилось, он не понимал. Впрочем, они почти не виделись весь вечер, пока лорд был занят делами, а его невеста принимала ванны и притирания.

Среди ночи Дэмиан проснулся. Элизабет спала рядом, в гостевой комнате, но не это не давало ему покоя. Лорд Дайрис встал, накинул халат и вышел в коридор. Ноги сами понесли его в восточное крыло. В библиотеке было холодно и пусто, он включил свет, и магические шары над потолком зажглись, освещая голые стены.

На месте, где рос тетрентиум липутус, теперь стоял новый письменный стол. Книги на полках выровняли. Все было идеально. Все было правильно.

Дэмиан отправился в кабинет, сел за стол и подвинул к себе бумаги. Разумеется, он сразу сообщил о дикой магии, как только она проросла в его доме. Все попытки подавить ее с помощью магических формул не дали результата. Разумеется, он сначала получил разрешение, и только потом пригласил травницу.

Лорд Дайрис склонился над бумагами, которые привезли сегодня. Это были отчеты о нарушениях в работе Большого транспортного магического узла. Он просидел над ними до рассвета, но так и не успел разобрать все.

Утром в кабинет без стука вошла Элизабет. Несмотря на раннее время, волосы ее были тщательно уложены, слишком пышное для времени завтрака платье прекрасно сидело.

Увидев его, она улыбнулась, безупречно, как всегда.

— Доброе утро, Дэмиан. Вы сегодня рано.

— Не спалось, — ответил он, пряча бумаги.

— Волнуетесь перед балом? — она подошла, поправила ворот его халата. — Не волнуйтесь, все пройдет безупречно.

Ее руки были красивы и прохладны, на пальцах сверкали драгоценные камни. От Элизабет так настойчиво пахло дорогими духами, что лорд Дайрис с трудом не поморщился.

— Да, ответил он. — Все будет прекрасно.

Она улыбнулась и вышла.

Вечером он танцевал на балу с Элизабет. Она была прекрасна в новом платье, расшитом серебром. На них оглядывались, ими восхищались. Лорд Дайрис кланялся и говорил нужные слова, а сам смотрел через зал на открытую дверь, за которой был сад.

— Дэмиан, все в порядке? — Элизабет коснулась его руки.

— Да, — он посмотрел на нее. Красивое лицо, дорогое платье, идеальная прическа. — Все в порядке.

Дело было не в Элизабет. Он хотел жить в загородном доме, а его невеста была создана для блеска столицы. Она презирала дикую магию, а его тянуло к этой магии. Дэмиан до сих пор вспоминал травницу в порванном платье, которая улыбнулась ему на прощанье и ушла, не оглянувшись.

Но он сделал свой выбор.

В загородном доме было тихо, так тихо, что Дэмиан слышал, как потрескивают магические кристаллы. Он любил тишину, и обычно она его успокаивала, но сегодня она давила.

Лорд Дайрис стоял у окна и смотрел на идеальный, выверенный сад. Пахло травами и чем-то терпко-сладким, хотя ставни были закрыты. Это был ее запах, травницы, что приходила из мира дикой магии, и Дэмиан не понимал, почему он до сих пор не выветрился. И если бы лорд не понимал только этого!

Лорд не знал, что происходит с ним самим. Он отвернулся от окна и прошелся по комнате, сел в кресло, встал и снова прошелся. Не заметил, как дворецкий бесшумно появился в дверях, чтобы объявить, что карета подана.

— Карета? — с недоумением переспросил лорд Дайрис.

— Леди Элеонора ждет вас к обеду, — невозмутимо ответил дворецкий.

Дэмиан чуть заметно поморщился. Раз в неделю он должен был наносить визит своей невесте, пить с ней чай, обсуждать подготовку к свадьбе и жизнь сестры Элизабет, блестящей придворной дамы. Лорд должен был ехать.

— Я не поеду, — сказал он.

Сразу после этого лорд Дайрис спустился в подвал своего загородного дома, где находилась комната для проведения магических опытов. Мало кто знал о ней, а Элизабет, когда Дэмиан однажды упомянул об этом, совсем не заинтересовалась. Она в совершенстве владела формулами красоты и молодости, формулами, отточенными веками использования, и была категорически против дикой магии.

Лорд Дайрис зажег магические светильники, и они залили комнату ровным сиянием. На длинном столе стоял деревянный ящик, и Дэмиан открыл его. Внутри лежала серая пыль, которая осталась от колючего растения в его кабинете после того, как травница уничтожила куст.

И снова появилось тянущее чувство в груди, тягостное и в то же время притягательное. Он не знал, что это, но уходить из подвала ему не хотелось.

Лорд Дайрис хотел понять, что за сила тянула его к дикой магии и к травнице. Понять, почему он стоял и смотрел, как она сражается с колючим кустом и улыбка сама собой при этом появлялась у него в уголках губ. Понять, что его тянет: дикая магия или она, травница.

Он пересыпал в ступку то, что осталось от колючего кустарника, и растер в тончайшую пыль. Пыль была почти невесомой, серебристо-черной, с вкраплениями золота — остатками той самой дикой магии, которая все еще теплилась в мертвых тканях.

Весь день, песчинку за песчинкой, он смешивал пыль от колючего растения с разными магическими составами и наблюдал за реакцией. Колбы то озарялись оранжевым, то алым, то трещали крошечными молниями. Даже в помертвевшей дикой магии таилась сила.

Когда состав был готов, Дэмиан перелил его в хрустальный пузырек и закупорил пробкой. На свету жидкость переливалась всеми оттенками зеленого, от бледного, как весенняя листва, до темного, как лесная чаща.

Он не стал подниматься наверх и вышел через черный ход. На улице оказалось темно, давно перевалило за полночь, и это стало для него неожиданностью. Лорд Дайрис и не заметил, как пролетели эти