Многоликая в дурмане. Любовь на всю голову - Олеля Баянъ

Я заметила, что после клятвы стала чаще улыбаться. В зеркале с утра на меня смотрела более уверенная в себе девушка. Выражения лица больше не было затравленным. Я перестала озираться и ждать подвоха, расслабилась. Даже походы в монстрятню, где атмосфера точно не располагала к улыбке, не мешали мне светиться радостью. Там я прогуливалась между вольерами и выбирала хищника, тёмную тварь, в которую хотела бы превращаться, чтобы устрашить врага и не дать ему свершить то, что начал гер Лерман.

Мой выбор пал на чёрную кошку. Так я её сперва обозвала. Но размерами она явно превосходила домашнее животное. Без учёта хвоста в длину этот монстр достигал двух метров. Длинная шерсть была интересной на вид, на ощупь я не рискнула проверить, слишком уж грозной и опасной выглядела «кошечка». Издалека шерсть создавала вид, что чудовище будто расплывается в воздухе и не имело чётких очертаний, словно дымка окружала тело. И время от времени по шерсти пробегали разряды молний, из-за чего животное назвали грозовой тилой.

В лапах грозовой тилы прятались длинные острые, как бритва, когти. Ими она наносила смертельные раны своей добыче. Сейчас пасть у неё была закрыта, но я уже видела и знала, что крепкие зубы способны разорвать взрослого человека в мгновение ока. И даже если добыче повезёт, она по счастливой случайности вырвется, то зубы и когти этого монстра пропитаны парализующим ядом.

Это чудовище обладало, как и многие животные, скоростью, хорошей реакцией и, как ни странно, умом. Грозовая тила устраивала засады своим добычам, просчитывая многие моменты, чтобы не дать жертве сбежать.

И самое главное — этого монстра точно не знали в моём мире. Так что, увидев его впервые, мой враг точно растеряется настолько, что даже отсутствие яда и грозовых всполохов, хотя как получить последние, была у меня идея, не помешало бы выиграть сражение.

Едва я сделала выбор, как пришлось произвести множество чертежей и расчётов, чтобы составить детальный план того, как я буду трансформироваться в это животное. Мне пришлось ещё перечитать много книг по грозовой тиле, чтобы досконально изучить её анатомию. Пришлось даже побегать, чтобы получить разрешение на посещение библиотеки в крыле тёмных сил и некромантов, но результат того стоил.

Я стояла перед зеркалом и любовалась когтями, которые то отрастали, превращаясь в острые кинжалы, то возвращали свою изначальную форму. Затем получилось изменить и всю ладонь, трансформировав её в лапу грозовой тилы. С шерстью получилось ещё проще: на теле у человека есть волоски, за их счёт я и наращивала «шкурку».

Тренироваться приходилось урывками. Я подстраивалась под расписание Иниды, чтобы она не видела, чем я занимаюсь. У Грызарура подобным заниматься тоже не стоило. К нему заглядывали время от времени адепты, и, если они увидят меня в образе грозовой тилы, быть беде. Никто не станет разбираться и ждать подмогу, когда на свободе разгуливает тёмная тварь. Я ещё пока не могла чётко удерживать форму, и из-за стресса существовала вероятность застрять в промежуточном или конечном облике, то есть в виде грозовой тилы. Точнее, только часть меня была в её образе, а всё остальное оставалось человеческим, но всё равно выглядело это до дрожи ужасно.

За одной из таких тренировок меня и застал требовательный стук в дверь. Я потеряла контроль, когда возвращала себе первоначальный облик. Пришлось ещё немного поднапрячься, чтобы убрать все последствия своего превращения. Стук повторился. На этот раз звук выдавал нетерпение гостя.

Я открыла дверь и уставилась настороженно на жилистого брюнета в кожаной куртке, обвешанной цепями. Он сверлил меня зелёным взглядом. Рядом с ним стояла светловолосая девушка с заплаканными глазами. Не припомню, чтобы я с ней встречалась и уж, тем более, обижала. Не иначе кто-то из адептов затеял неудачную шутку, потому что мужчину я припомнила. Он заведовал кафедрой некромантов. Довелось услышать о нём, когда бегала в библиотеку к тёмным.

Однозначно кто-то из адептов что-то вытворил, а на меня решили спихнуть. Но, прежде чем пуститься в защиту, надо хотя бы узнать, что случилось.

— Магистр Клиффорд, чем обязана? — надеюсь, мой голос не дрожал и не звучал высокомерно.

— Вот как, — протянул завкафедрой некромантов. От его припечатывающей интонации становилось не по себе. Я точно не шалила и примерно училась, стараясь никуда не влезать. Спасибо, мне хватило каникул. — Адептка Миарина Луария фер Плюморфъ, подопечная Виарата дор Халденрея. То-то мне показалось что-то знакомое в ауре артефакта.

— Какого артефакта? — всполошилась я и судорожно стала прогонять в памяти разговор с Литией Эванс. Неужели о короне стало известно? Виарат за неё прибьёт. Особенно после моих подвигов на каникулах. Я крепче сжала дверную ручку, с трудом сдерживаясь, чтобы не захлопнуть дверью перед ними. Сделала глубокий вдох и выдох.

С чего я решила, что они пришли насчёт короны? У нас с артефактором магический договор. Тут точно ошибка какая-то закралась.

— Вот этого, — произнёс магистр Карл Клиффорл и достал из кармана голубой кулон на чёрной цепочке.

В этот момент у меня даже не нашлось цензурных слов, чтобы описать всю гамму чувств, забурлившую во мне в одно мгновение. Гнев. Кто посмел украсть его? Радость. Это не корона! Ужас. Если станет известно Виарату дор Халденреюе, что я сняла его подарок после его приказа всегда носить, даже страшно представить, что случится. С учётом моих похождений на каникулах меня не ждало ничего хорошего. Облегчение. Хорошо, что нашёлся. Тревога. Надеюсь, никто не пострадал?

— Он ведь ваш, я не ошибся? — вывел меня из водоворота эмоций вопрос магистра.

— Мой, — сдавленно прозвучал ответ. Я рассматривала кулон, а сердце упало в пятки, потому что раз пришёл ко мне сам завкафедрой, то произошло что-то ужасное. Тем более, девушка рядом с ним стоит со слезами на глазах. — Однозначно, мой, — я встряхнула головой, осознавая всю глубину жо… катастрофы. — Мне его подарил дор Халденрей… с условием, что я всё время буду его носить, — я поджала губы, чтобы не выругаться. Тот, кто украл этот кулон, знатно мне насолил. Регент предупреждал, что не будет появляться в этом семестре в академии, но теперь его точно вызовут. А как хорошо начинался семестр!

— Тогда как он оказался вдали от вас? — некромант выгнул бровь.

— Я его сняла, — если бы знала, то вы его бы точно не нашли, я вздёрнула подбородок. — Я сама решаю, что мне носить. — Кто дал ему право меня упрекать?