Пробуждение пульса - Ксен Б. Корвин
— Кто такой Архитектор?
Мужчина лишь улыбнулся. Игла приблизилась.
Тогда Зора решила, что так просто ему не дастся. Она забилась, словно одержимая, отчаянно вырываясь из пут. Четверо мужчин навалились на неё, прижимая к стулу. Одни вцепились в плечи, другие, схватив за волосы, силой запрокинули ей голову, а чьи-то пальцы стиснули руки не хуже стальных кандалов.
Игла пробила кожу и упёрлась в кость плеча. Раздался резкий скрежет, и Зора почувствовала, будто внутри что-то разрывается. Она закричала. Вернее, попыталась. Крик застрял в горле и угас, так и не вырвавшись наружу.
Мысли рассыпались, сознание заволокло туманом. Но прежде чем тьма окончательно поглотила её, Зора увидела, как Холлош достаёт ещё один шприц. Внутри переливалась золотистая жидкость с мерцающими блёстками.
Какого х…
Она перестала что-либо чувствовать.
Переведено для канала Адские строчки. Больше артов и книг по ссылке.
ГЛАВА 33
КАЛЬМАН
Кальман шёл по Кровной связи, ведущей к Зоре, словно в тумане. Тело двигалось на одних инстинктах, а мысли тонули в буре ярости и холодной решимости.
Когда он добрался до промышленной окраины города, лабиринта растрескавшегося асфальта и покосившихся складов, наполовину заброшенных и медленно ржавеющих, всё встало на свои места.
Видение Зоры.
Склад, который она увидела в сознании вампира во время нападения в клубе. Теперь всё обрело смысл. Разумеется, детектив не смогла бы удерживать Зору в плену. Во всяком случае, долго. За происходящим стояло нечто гораздо более серьёзное, чем одна заблуждающаяся полицейская. Даже целый полицейский участок оказался бы не готов к тому, кем была Зора. Они обращались бы с ней как с обычным человеком, и уже одно это обрекло бы их на провал.
Его взгляд остановился на обветшалом складе с синими рулонными воротами — единственном ярком пятне среди гниющего, забытого всеми района.
Ярость пожирала его изнутри. Кипела в груди, подступала к горлу, пробегала по пальцам электрическими разрядами. Руки так и чесались выхватить оружие, закреплённое на теле, а клыки ныли от желания вонзиться во вражескую плоть. В глубине души Кальман понимал, что такая реакция говорит о чувствах, признать которые он пока не был готов.
— Мой лорд, внутри склада и вокруг него не меньше сорока вампиров и Холлош, — доложил Данте.
Голос его звучал ровно, но напряжённая поза выдавала настороженность.
— Они готовы к нападению.
— Ещё бы, — пророкотал Кальман, едва не сорвавшись на рычание.
Ему стоило огромных усилий удерживать клыки втянутыми, заставлять себя говорить, а не скалиться и не вонзить зубы в первое попавшееся горло. Нужно было отдавать приказы. Разработать план.
— Ранна, Феликс. Вызывайте подкрепление. Знаете, какое подразделение?
— Разумеется, мой лорд, — ответила Ранна.
Он не смотрел на неё, но по голосу понял, что она склонила голову в поклоне.
Они всё понимали. Это были его самые доверенные люди, его воины, те, кого он называл друзьями. Но даже они сейчас прекрасно знали, что обращаться к нему иначе не стоит. Потому что предстояла не обычная спасательная операция. Им нужно было вернуть ту, кто значил для Кальмана гораздо больше, чем он сам осмеливался признать.
Это была война.
Её кровь текла по его венам, могущественная, манящая. Душа кричала: Моя! Но Кальман не позволял себе поддаться этому чувству. Пока нет. Зора ведь даже не понимала значения того, что привело к возникновению Кровной связи. Что уж говорить обо всём остальном. Он задавался вопросом, ощущает ли она вообще эту связь.
А сам Кальман… Он не испытывал подобной жажды крови со времён битвы на Хлебном поле26. Сражения, залившего землю кровью и унёсшего столько жизней. Тогда он привёл Чёрную армию к победе, исполняя приказ Матьяша27, и отбросил османов.
По приказу своего короля.
Из горла вырвалось яростное рычание.
Несмотря на славу того сражения, несмотря на так называемую победу, именно на том поле боя, пропитанном страданиями тысяч людей, он умер человеком. И там же родился для новой жизни.
Кальман отогнал воспоминания. Не было смысла тонуть в прошлом. Оно ничуть не утоляло ярость, которая сейчас разливалась под кожей, отчаянно требуя выхода.
Он не мог действовать в одиночку. Несмотря на всю свою мощь, несмотря на огонь, бушевавший в животе, словно раскалённые угли, он не мог просто ворваться на склад один. Не тогда, когда его поджидали сорок вейров, половина из которых были Холлош. Не если он хотел уберечь Зору от случайного удара. Отправившись туда один, он не смог бы гарантировать, что сумеет остановить кровопролитие.
Поэтому ему оставалось только ждать. Мучительно, невыносимо, кипя от ярости. Каждая секунда тянулась бесконечно, словно к горлу приставили клинок. Он молился всем богам, которые ещё могли его услышать, чтобы Зора оставалась невредимой.
Кровная связь мерцала где-то глубоко внутри него. Единственное подтверждение того, что она ещё там. Единственное, что удерживало его от желания разнести весь этот грёбаный склад до основания.
ЗОРА
Мир кружился. Перед закрытыми глазами мелькали чёрные и белые пятна, накатывая волнами, от которых к горлу подступала тошнота. Её охватило удушающее чувство узнавания — мучительное, неотступное дежавю. Она уже была здесь. В этом Зора не сомневалась.
А затем воспоминания обрушились на неё, словно удар кувалдой по черепу.
Засада. Авария. Игла, пронзившая кожу, жжение от неизвестной дряни, которую ей вкололи прямо в кровь.
Склад.
Зора судорожно вдохнула, и воздух застрял в горле. Грудь сотряс глубокий кашель, но привычной ноющей боли не было. Ни мучительной ломоты, ни тяжести, сковывавшей конечности. В отличие от первого пробуждения в этом проклятом месте, теперь её тело не захлёбывалось болью и не казалось неподъёмной свинцовой глыбой, едва способной двигаться. От всего, что с ней сделали, остались лишь лёгкая дезориентация и тошнота, скручивавшая желудок. Но даже они стремительно проходили.
Голова свисала вперёд почти так же, как при первом пробуждении. Зора открыла глаза и осмотрелась. Теперь она видела совершенно отчётливо. Вокруг мало что изменилось: