Белая целительница: вас много, а я одна! - Елена Свободная
— Мария?.. — Балдр вышел из-за ширмы и устало опустился на стул напротив меня. — Прости, я не хотел тебя запугивать, но ты должна знать. Вся эта история с бегством короля и затуханием Сердца Мира только развязала руки членам Совета Ковена и теперь им не нужно скрываться. Первым же приказом наследник Моркада был отправлен под арест, как сын предателя. Вторым и третьим — Орден Белых Целителей был упразднен и распущен...
— То есть как?! — вырвалось у меня. — Это же невозможно!
В отличие от стихийной магии, которой владели многие, истинное целительство встречалось немногим чаще силы смерти. Оно имело другую природу, например, позволяя нам восстанавливать резерв за счет собственного организма. Или крови. Или напрямую взаимодействовать с Сердцем Мира. Маги Ковена не могли заблокировать, выжечь или как-то иначе ограничить наши способности. Только убить, бессмертными мы не были. Даже самые сильные... По спине противно скользнула капля пота.
— По твоему лицу вижу, что ты догадалась, что последовало за этим, — кивнул друг, ободряюще сжимая мою руку. — И знаю, что ты думаешь обо мне... Но не торопись с выводами, я просто хочу тебе помочь. Пойми, ты не сможешь вечно убегать, мы должны сработать на опережение!
— Облегчить им задачу и сдаться? — скептически хмыкнула я.
— Усложнить им задачу и взять власть в свои руки, — хищно усмехнулся в ответ генерал. — Реальную власть, Мария! Не те жалкие крохи, которые оставил после себя Моркад своему наследнику, а настоящую. Не сопротивляйся, пожалуйста... Я очень хочу тебя спасти.
— Или себя? — прищурившись, я перегнулась через стол. — Что ты на самом деле задумал, Балдр? Я не видела тебя больше двадцати лет, ты врываешься в мою лечебницу с мольбами возглавить полевой госпиталь, а спустя полтора года ты объявляешься уже в нем, уговаривая надеть корону. Подозрительно!
— Хм... с такой точки зрения я не смотрел на эту ситуацию, — натянуто рассмеялся друг. — Но допустим. Ты спрашиваешь, почему я так настаиваю на твоей коронации? Да потому что я — один из сильнейших магов льда, Ледяной Дракон, последний, кто не склонился перед Ковеном. И пока существует внешняя угроза, они не могут меня заставить. Но стоит Белому Целителю взойти на трон, как у меня не останется выбора. То, что ты — сильнейшая Белая Целительница, которая им так нужна, и то, что мы знакомы с детства — настоящий подарок судьбы! Вместе мы сможем не только сохранить нашу свободу и жизни, но и королевство, и вообще весь мир. Даже эльфов оставить в нем, если захочешь... Только вот может оказаться, что и ты не последняя претендентка в этой очереди.
— Тогда ответь мне честно, — буквально слыша, как с тихим шуршанием рассыпается карточный домик моего плана побега, — куда делись предыдущие двенадцать сильнейших кандидатов на эту завидную должность?
Я оказалась почти права. Сначала закону об упразднении Ордена Белых Целителей никто не придал значения. В самом деле, как можно командовать теми, кто тебе не подчиняется? Но проблема тайных или относительно тайных организаций в том, что в случае возникновения проблем, она остается с ними один на один. А если она исчезнет, никто просто этого не заметит...
Председатель Совета Ковена Магов, маг двух стихий Солорн действовал очень осторожно, и сначала действительно пытался договориться с целителями о сотрудничестве. Но глава Ордена выбрал политику самоустранения. Он отвергал предложения о союзе одно за другим ("Одного посланника я сопровождал лично", — пояснил свою осведомленность Балдр), а потом просто исчез. Как и трое его заместителей. Двоих следующих по силе целителей нашли мертвыми в своих постелях. Следов насильственной смерти или магического вмешательства не нашли ("Да и не особенно искали, — друг пожал плечами. — Им уже перевалило за сотню, пора бы...") и решили, что просто пришло их время.
— Сама понимаешь, про каждого мне не докладывали, — со вздохом закончил генерал. — Но точно знаю, что мастер Герфаст погиб в плену у эльфов, назвав твое имя, а Гервиус указал на тебя Солорну...
На мгновение мне показалось, что сердце остановилось. Ледяная волна, не имеющая никакого отношения к магии, разбежалась откуда-то от затылка, сковывая движения, стискивая горло, мешая сделать следующий вдох. Нет, я не обольщалась насчет преданности своих наставников, но... На долгие десять лет Орден Белых Целителей заменил мне дом и семью. Меня учили управлять своей силой, пусть временами жестко, а порой и вовсе — жестоко. Мастер Гервиус и мастер Герфас всю жизнь были непримиримыми соперниками, и даже одна адептка на двоих не заставила их забыть свои разногласия.
Зато их взаимоисключающие требования научили действовать в системе неопределенностей, просчитывать и чувствовать возможные подводные камни, лавируя между ними и избегая настоящих проблем. Они позволили мне пройти все ритуалы посвящения чище других, мне прочили место в Третьем круге Ордена — аналоге Совета Ковена Магов. Но я отказалась от замера резерва.
Не потому, что сомневалась или что-то в этом духе. Просто к тому моменту меня уже тошнило от лицемерия и подковерных интриг Ордена. Юношеская восторженность ушла, я видела, как предают и продают друг друга целители, но принять для себя эту роль так и не смогла. Тогда с меня взяли клятву на крови никогда, нигде, никого не учить, унести свои знания с собой в могилу, и отпустили в мир, не разрешив взять с собой ничего, кроме той одежды, что была на мне. Большинство подобных самонадеянных глупцов гибли в первые же дни — закрытая школа находилась в такой непролазной жо... чаще, что преодолеть ее без магии было невозможно. А тех "везунчиков", кто все-таки выбирался, добивало тройное магическое кольцо защиты, о котором позаботился уже Ковен, якобы для защиты и безопасности адептов. Но все, кто пользуется по жизни не только костным мозгом, прекрасно понимали, что маги предпочли потратить силы и время, но точно держать Белых Целителей под присмотром.
Я выжила чудом. На второй день моих блужданий по болоту (я решила соригинальничать, и вместо того, чтобы направиться по прямой, нарезала расширяющуюся спираль вокруг школы), меня догнал мастер Герфас. Обругал за тупость, похвалил за находчивость, снял с пальца тяжелый серебряный перстень с