Попробуй уйти - Натализа Кофф

Парень ослабил захват, выпустил доктора. Отошел, встал у стены.

— Ника, вы в следующий раз приезжайте без вашего зоопарка, — негромко хмыкнул врач.

— Не положено, — буркнул Федот.

— Расскажите мне все, доктор, — попросила Ника, решив надавить на хирурга, без стеснения воспользовавшись тем, что охрана была рядом. И у каждого из парней был весьма пугающий внешний вид.

***

Злыднев вполголоса выругался, увидев пятна на рукаве рубашки.

Ну вот, Ника узнает, будет ворчать. Нет, не из-за грязного шмотья. А по факту рукоприкладства.

До конца месяца режим и распорядок дня Михаила под строгим контролем.

Питание исключительно полезное. С этим вопросов нет, когда дома ждет малышка с потрясающими кулинарными талантами.

Физические нагрузки по минимуму. И тут Ника тоже взялась по полной программе. Зарядка по утрам, и никаких тренировок в тренажерке.

Никаких нервов и переживаний на работе. За этим по поручению малышки неусыпно следил Федот. Ноги б ему вырвать, потому что по малейшему поводу трезвонил Нике. А та уже прессовала его дома.

Михаил не знал, как быт устроен у других. Сам рос без семьи, наглядного примера не было. Потому двигался по наитию. И пока что его все устраивало.

Нравилось, что дома ждет такая женщина. Ласковая и нежная. Но бывало, что и разнос ему устраивала такой, что Михаил всерьез опасался.

Нет, не за себя, конечно. За Нику.

Ему-то что будет, он толстокожий. А вот сама Ника будет грустить, печалиться.

Михаил поморщился. Мда, рубашку он знатно заляпал в чужой крови. Но там выбора не было, нужно было все сделать правильно.

В городе ходили слухи, что Злой сдает. Злыднев даже знал, откуда растут ноги у этих слухов. Потому пресекал на корню. Показательно, так сказать.

Лешего уже ищут. Вот-вот достанут. Сам Михаил не мог поднять руку на бывшего друга. Не по понятиям это. А с другой стороны, Шеин берега окончательно попутал.

Но хуже всего другое. Достоверные источники шепнули Михаилу, что Алексей связался с чокнутой бабкой Умаровой.

Вот это по-настоящему беспокоило Злого.

***

— Миша, что это?

Злой мысленно вздохнул, скривился. Ну вот, то ли Федот настучал, то ли у малышки чуйка сработала. Не успел Михаил убрать рубашку в химчистку. Ника обнаружила.

— Да так, забей, — усмехнулся мягко.

— Я же просила, Миша! Ничего такого! Разве нельзя было потерпеть, не распускать кулаки! — вздыхала Ника.

Злыднев перехватил девчонку, усадил на свое колено.

Уже привычно, как и каждый вечер делал.

А Ника тут же обняла его за шею. Прижалась носом к щеке.

— Миша, ну, пожалуйста! — тонко попросила.

И как ей отказать? Злой не знал. Терялся в мыслях, чувствах, в самом себе.

— Все, не буду.

— Вот и правильно. У тебя целая толпа ребят. Пусть они занимаются, — продолжала шептать Ника.

— Иногда нужно и самому, чтобы знали, — вздохнул Михаил.

— Когда доктор разрешит. А пока что никаких физических нагрузок, — потребовала девчонка.

Грозная такая. Даже смешно.

Но, разумеется, он и виду не показал. Обидится еще. Потому сохранял предельную серьезность.

— Совсем никаких? — все ж поддел он девчонку.

Насчет постели доктор запретов не выдал. Да и пусть бы рискнул! Михаил мигом послал бы врача с его правилами.

— Суровая ты у меня, малышка, — хмыкнул Злой.

— Ужин остывает, — скромно улыбнулась, но рук не разжала.

Михаил послал все лесом. Ладно, он сегодня даже по лестницам не поднимался, исключительно в лифтах и ездил. Не может же он совсем без движения. Так и форму растеряет.

— Ты охренительно готовишь, твою еду я люблю даже холодной, — усмехнулся мужчина и поднялся из кресла, не выпуская Нику.

Она плотно прижалась к нему, от чего чувствовался каждый изгиб.

В пах ударило желанием.

— В спальню, Миша, — попросила она, когда Злой уже по привычке двинулся к диванам.

— Лады, — хохотнул он.

Хотя, да, все верно. Тем более, в спальне, Михаил оставил футляр. Как раз доставили из ювелирного его заказ, который Злыднев ждал всю неделю.

Теперь уже можно. И по медкарте ясно. Да и так, по делам тоже.

Освобождать Михаила от обязательств никто и не думал. А вот выдать пару льгот, которые он выгрыз зубами — запросто.

Злой собирался все сделать по понятиям. Обстоятельно.

Отказа он не ждал. Если девчонка и вздумает воспротивиться, приведет неоспоримые доказательства.

Хотя… Кого он обманывал? Принуждать не станет. Потому что эта женщина должна быть с ним по своей воле.

Чтобы в ее глазах была радость, а не слезы.

Михаил замер, когда в голову ударила мысль. Что он сделает, если Ника пошел его лесом?

В первую секунду хотелось рычать. Нет! Не отпустит. Она ему принадлежит! Без сроков и условий. Только его она.

А следом пришла поганая, но правильная мысль.

Такая женщина, как Ника не может жить в неволе. Несмотря на всю мягкость, податливость, кажущуюся слабость, Доминика Умарова очень сильная и несгибаемая.

Другую он бы и не полюбил. Только ее.

А потому осознавал. Если Ника не захочет вступить с ним в брак, отпустит.

Наступит на глотку сам себе. Но отпустит. Не сразу, конечно.

Пока Михаил размышлял, они уже оказались в кровати. Тонкие руки — на его груди, шее, плечах.

Манящие губы пленили его волю, вводили в состояния блаженства и нирваны.

А протяжные стоны сводили с ума.

И когда Злой завис над пропастью, замер, глядя малышке в затуманенные наслаждением глаза.

— Будешь моей? — он просил. Кажется. Чего никогда не случалось с ним. Все, что Злой хотел, просто брал. А здесь все иначе. Потому что этаегоженщина.

— Я итак твоя, Миша, — на выдохе, сбивчивым шепотом, улыбаясь.

— Женой, — добавил он то, что зудело внутри.

— Если ты этого хочешь, — шепнула Ника.

А в глазах появились слезы. И улыбка. Удивительная, мягкая, волшебная.

Михаил не верил в сказки. Но, кажется, ошибался. Вот она, девчонка-фея.

***

— Я не смогу его носить, — потерянно, удивленно, даже с нотками восхищения шептала Ника.

Кольцо было невероятно красивым. Но огромным. Слишком вычурным, наверное. С размахом.

— С чего это? Не нравится? — нахмурился Михаил. — Закажу другое.

— Нет! Оно очень красивое, правда! — возразила Ника, а внутри бушевал тайфун. Эмоции так и вырывались наружу. И девушка их даже не