Попробуй уйти - Натализа Кофф

А вот рядом с Михаилом о мужском теле Доминика начинала думать совсем другое. И ни капли не мерзко. Наоборот.

— По краю ходишь, — рыкнул Злой и перехватил ее ладонь, надавил, прижал к своему животу.

Ника ощутила обжигающую волну. Стыдно и любопытно. А еще под кожей ладони чувствовались каменные мышцы пресса.

Сейчас, когда Михаил находился настолько близко, Ника видела, какой он крепкий, сильный, в идеальной форме.

Впрочем, это было ясно еще тогда, когда бабушка показа ей фото Злого. Пусть он и был в строгом костюме, рубашке, брюках.

Ника вздохнула. Странности творились не только в ее голове, но и в теле.

Близость Злыднева ее будоражила. Пожалуй, она и сама не понимала всех процессов, что кипели в ней.

Действовала по наитию.

Прикрыв глаза, Ника вновь вздохнула и потерлась щекой о мужскую грудь.

— Млять, девочка, ты что творишь?! — сипло пробормотал Злыднев.

Ника хотела было сказать, что ничего она не делала. Просто легла удобнее.

Но Михаил перекатился так, что теперь всем своим крупным и мощным телом прижимал ее к дивану. Нависал сверху.

Обхватив ладонью ее лицо, он склонился так, что заставлял смотреть Нику в его глаза.

— Будешь моей, — он произнес, не оставляя ей выбора.

Но он ей и не нужен был. Она сдалась.

***

Не хватало еще, чтобы мотор заклинило в процессе.

Потому Миха действовал медленно, не торопился.

А хотелось сорваться.

Девчонка эта… У него никогда не было такой.

Всякие были, в плане внешности, фигуры, размера груди и акробатических навыков.

А Ника, она особенная. Он тонул в ее черных, смоляных глазах. Смотрела на него, хлопая ресницами. А он все, в нирване.

Злой толком не соображал. Его хватало на то, чтобы держать под контролем руки. У него кулаки же огромные, да и сам он мужик крупный.

Доминика хрупкая, тонкая. Все косточки такие, что стоит сжать неосторожно, переломятся.

Потому трогать девчонку он старался по минимуму. А не трогать не мог.

Кожа не шее у нее гладкая, как и на груди, а ниже — и вовсе отвал башки.

Злыднев решил, что прямо сейчас рисковать не стоит. Так его точно опять в больничку загребут.

Лучше уж не смотреть на все, что теперь ему принадлежит. Успеется. Уж теперь — так точно Миха готов вцепиться в чертову жизнь. Потому что одного раза ему с этой девочкой-женщиной явно будет мало.

Целоваться она не умела. А ему это нравилось. Ничего, он научит. Но чтобы только с ним. Ни с кем другим не вздумала.

Об этом он ей потом скажет, утром.

Не до того сейчас.

Миха жадно дышал носом, потому что рот был занят.

У крошки убойные стоны, а уж про грудь он и вовсе молчит. В его ладони острые вершинки, как и все полушария, ладно умещались. Миха тормознул себя вовремя. Сжал слишком сильно, понял по глухому стону.

Решил, что так ненароком он и раздавить может малышку. Потому перекатился на спину.

Нет, так стало еще хуже.

В плане дыхания и пульса.

Тот шарахал в висках, оглушая.

Миха вдохнул, выдохнул.

Ника перекинула волосы за спину. Злой запустил руки под футболку.

Стянул, отшвырнул надоевшую тряпку.

Ника смутилась, скрестила руки на груди, закрываясь.

Он обжег взглядом. Чего от него скрываться? Он же все равно достанет.

Поняла. Убрала руки. Позволила ему рассмотреть все, что он уже успел огладить руками и ртом.

Потянул девчонку ближе, к себе. Она привстала, опираясь на колени и запястья.

Он обрушил на ее припухлые губы шквал поцелуев. Никогда не втыкали его слюнявые нежности, а теперь вот, никак без них.

Поцелуй затянулся. Ника несмело, на открылась. Впустила его.

Он слизал протяжный стон с мягких губ.

А руки расправились с пряжкой ремня, брюками, трусами.

Михаил уже видел, как насаживает крошку на себя.

Но не торопился. У самого движок сбоил, а в крови адреналина было столько, что вот-вот Злого второй инфаркт долбанет.

Да и Ника… Сколько у него опыта? Миха прикидывал, что его и вовсе нет. Но кто знает конченого утырка Умарова и его шизоидную бабку. Задурили голову девчонке, да подсунули под кого-то.

Потому вероятность оставалось.

И эта самая вероятность бомбила сейчас сознание Михаила. Ему не нравилось то, что Доминика не с ним в первый раз.

Злыднев выдохнул. Ладно, эту тему он закроет. Главное, что теперь кроме Михи никого у нее уже не будет. Он проследит.

Злой подхватил девчонку, удержал, проверил пальцами, готова ли.

Влага растеклась по пальцам, а Михаил с трудом оставался спокойным.

Крошка сместила руки на его груди и теперь упиралась двумя ладонями, а острые коготки едва ощутимо вонзились под кожу.

— Мля-а-ать! — пробормотал Злой, а перед глазами потемнело.

Не стал тянуть больше. Ощутил, как головка упирается в горячий вход.

Толкнулся глубоко, плавно, до упора.

Ника прогнулась, качнулась вперед, потянулась к нему ближе.

Он удержал ее руками, не позволяя изменить положение тела.

— Больно…, — шепнула она, глядя на него, все еще сидя верхом на его бедрах.

Миха нахмурился, а внутри долбило ураганом по каждой клеточке тела.

Одинокая слезинка скатилась по щеке.

Миха потянул девчонку на себя, слизал соленую влагу, сместился к уголку рта, поцеловал.

Малышка тут же приоткрыла закушенные губы.

А свободной рукой Злой нырнул к горячим складкам.

И двигался медленно, скользил так, чтобы не навредить еще сильнее.

Ника поймала ритм.

Его пальцы оглаживали, ласкали, потирали.

Влажно и горячо… Он кайфовал от всего, что происходило сейчас между ними.

Все просто, казалось бы. Почти целомудренно.

А его штырило от этой девчонки.

Миха увлекся, отключился, а очнулся, когда малышка лежала под ним.

Ее тонкие, цепкие пальцы сжимали его затылок, а нежные сладкие губы жадно прижимались к его рту, щеке, скуле.

Она что-то шептала ему, он не мог разобрать.

И двигался в такт стонам, что срывались с девичьих губ.

Он поймал ее оргазм. Дрожь пронеслась по хрупкому телу. А собой она сжала Миху так, что он и сам застонал.

Чего прежде тоже не случалось с ним. Видать, стареет. Или позиции реально сдает.

Но было плевать.

Главное, ему хорошо.

И его женщине тоже хорошо.

После, когда Миха вернул дыхание в норму, а Ника вновь начала засыпать, он поймал себя на мысли: не отпустит, даже если попробует уйти.

***

— В ресторан поедем. Одевайся.

Ника уже привыкла к