Смотреть нельзя трогать - Вик Арис

Я всегда особенно люблю те минуты, когда в офисе начинается маленькая, но очень бодрая паника, а все смотрят на меня так, будто я сейчас либо сотворю чудо, либо красиво сожгу здесь половину филиала одним взглядом.

В тот понедельник чудо требовалось срочно.

— Варвара Никитишна, он говорит, что если номер не с видом на бухту, то в Дубай он не полетит принципиально, — простонала из динамика селектора Ленка, и я даже представила, как она морщит свой аккуратный носик, прижимая трубку плечом к уху. — И еще он хочет, чтобы ему гарантировали поздний выезд, трансфер бизнес-классом, и… минуту… да, и чтобы в номере уже стояли белые пионы.

Я откинулась на спинку кресла, посмотрела на календарь, потом на часы, потом на папку с документами, которую так и не успела открыть, и медленно выдохнула.

— Лена, — сказала я тем самым тоном, после которого у нас в офисе обычно прекращают истерику, — давайте договоримся сразу. Если мужчина собирается отменить поездку из-за цвета цветов в номере, то лететь в Дубай ему противопоказано по состоянию души. Но мы, разумеется, его спасем. Соединяйте.

Щелкнуло.

— Добрый день, Аркадий Павлович, это Варвара Никитишна, руководитель филиала. Да, я в курсе ситуации. Да, полностью. Нет, я не считаю ваши требования чрезмерными. Я просто считаю, что хороший отпуск начинается не с истерики, а с точных вводных.

На том конце повисла короткая пауза. Мужчины его склада вообще редко ожидают, что женщина с мягким голосом может вежливо сказать им: «Вы, конечно, драматизируете, но сейчас я сделаю вид, что так и должно быть».

Я открыла на ноутбуке нужную бронь, пробежала глазами строки, одновременно взяла ручку и на полях ежедневника быстро нацарапала: «Альтернативный люкс / пионы / личный контроль». Внизу мелькнуло уведомление — очередное сообщение в приложении знакомств. «Добрый день, Варвара. Может, поужинаем сегодня? Я знаю место с потрясающими стейками». Очень своевременно.

Я свайпнула уведомление в сторону и снова улыбнулась в трубку, хотя Аркадий Павлович этой жертвы не видел.

— Смотрите, что я могу предложить. Мы не просто сохраняем ваш вылет, а улучшаем категорию номера. Да, за счет компании. Вид на бухту будет. Поздний выезд я подтвержу письменно в течение двадцати минут. По трансферу — да, бизнес-класс. По пионам… Аркадий Павлович, вы удивитесь, но в этом мире осталось очень мало проблем, которые нельзя решить деньгами и связями. Белые пионы у вас будут.

Он фыркнул, еще поворчал, но тон у него заметно смягчился. Люди вообще любят, когда им дают почувствовать, будто ради них вращают землю чуть быстрее.

— Я рассчитываю на вас, Варвара Никитишна.

— И правильно делаете, — ответила я спокойно.

Через минуту разговор закончился. Я нажала кнопку селектора.

— Лена, забирайте у меня в почте шаблон письма. Вставьте поздний выезд, трансфер и цветы. И позвоните в принимающую сторону сами, а не переписывайтесь полдня, как школьница с мальчиком на каникулах.

— Уже делаю, — быстро сказала она.

— И кофе мне.

— Американо?

— Лена, я руковожу филиалом почти два года. Вы правда решили именно сегодня уточнить, что я пью после истерики клиента?

— Капучино на кокосовом и без сахара, — тут же исправилась она.

— Умница.

Я отключила селектор и наконец позволила себе потереть переносицу. Стеклянная стена моего кабинета выходила в общий зал, и сквозь жалюзи я видела, как офис живет своим привычным, слегка нервным, очень московским ритмом: кто-то торопливо печатал, кто-то шепотом объяснял клиентке, что Турция в июле и «чтобы людей не было вообще» — запрос фантастический, кто-то бежал с кипой договоров к принтеру. За это я, собственно, и любила свою работу. В туризме все всегда летит к черту на тоненьких каблуках, а потом героически собирается обратно на моей памяти, упрямстве и умении говорить с людьми так, чтобы они сами не замечали, как начинают делать то, что мне нужно.

Я встала из-за стола, подошла к зеркальной панели шкафа и окинула себя быстрым взглядом. Белая блузка сидела безупречно, темно-синяя юбка-карандаш обтягивала бедра ровно настолько, насколько я считала эстетичным и безопасным для трудовой дисциплины, волосы лежали густой темной волной по плечам, на губах все еще держалась матовая помада цвета спелой сливы. С утра, правда, я нравилась себе больше. К обеду лицо всегда чуть уставало, и под глазами появлялась едва заметная тень, которая в двадцать два кажется заговором косметики, а в тридцать два — просто знакомой деталью твоей физиономии.

Впрочем, я давно не была из тех женщин, которые умирают от каждого собственного несовершенства. На это у меня не хватало ни времени, ни драмы. Я была большой, заметной, яркой женщиной. Не хрупкой феей на шпильках, а полноценным стихийным бедствием в хорошем костюме и с дорогим парфюмом.

Телефон снова мигнул. Тот самый стейковый энтузиаст не сдавался.

«Я, кстати, люблю женщин с аппетитом».

Я уставилась на экран и невольно хмыкнула. Мужчины, которые пишут «люблю женщин с аппетитом», почему-то почти всегда считают, что сделали тебе великое одолжение. Спасибо, милый. Я вот люблю мужчин с мозгами.

Я уже хотела убрать телефон, когда вспомнила, как сидела дома на кухне в шелковом халатике, ела чизкейк из коробки и листала анкету очередного прекрасного кандидата на звание «ну, вроде нормальный». У него были умные глаза, хорошая работа, приятная улыбка и, если верить профилю, страсть к театру и путешествиям. На свидании, которое случилось на следующий день, он сорок минут рассказывал о своих инвестициях, пятнадцать минут о своей бывшей жене и еще двадцать — о том, что полные женщины на самом деле даже сексуальнее худых, потому что «в них есть за что подержаться». После этого я заказала себе второй десерт и решила, что страсть пока откладывается.

Не то чтобы я всерьез страдала. Я слишком долго строила свою жизнь, чтобы теперь складываться пополам из-за отсутствия мужчины в квартире. Но иногда, особенно в такие вечера, когда окна темнели, бокал вина быстро пустел, а по дому разливалась тишина, мне все-таки хотелось не переписываться с очередным любителем стейков и пышных форм, а чтобы кто-то пришел, обнял, укусил за плечо, рассмеялся мне в волосы и испортил всю мою идеально налаженную взрослую жизнь к черту.

Я тут же мысленно сделала себе строгий выговор. Рабочий день, Варя. Клиенты. Договоры. Не время мечтать о мужиках, которые, как показывает практика, на деле оказываются гораздо