Франческа Шоу - Дочь адмирала
Несмотря на душевное смятение, Хелена успела заметить выражение лиц матери и тети, сидящих рядом на диване. У леди Брейки был торжествующий вид, и она улыбалась во весь рот. Даже леди Уайтт не скрывала радости, а открыто проявлять свои чувства было не свойственно этой сдержанной и воспитанной даме.
Хелена поклонилась, не зная, что и думать. Почему все такие довольные? А Брукс… Он, видно, не терял времени даром, успел вернуться домой и переодеться.
Дядя взял Хелену за руку, подвел к Дэниелу и, прокашлявшись, произнес:
— Моя дорогая, лейтенант Брукс пришел, чтобы поговорить с тобой. Должен признаться, что… цель его визита нас очень радует.
Леди Брейки встала и с учтивой улыбкой сказала:
— Господи, посмотрите на часы — нам пора переодеваться к обеду. Пойдемте, сэр Роберт. Пойдемте, сестра. Хелена, побеседуй с лейтенантом в наше отсутствие.
Хелена почувствовала себя совершенно беспомощной. Как они могли оставить ее одну! Она потянулась к шнурку звонка, но Брукс перехватил ее руку.
— Ваша горничная нам не нужна, Хелена. Как вы думаете, почему я здесь?
Хелена выхватила свою руку и сделала шаг назад.
— Надеюсь, вы пришли, чтобы извиниться, сэр.
— Извиниться? За что? — Он улыбнулся и стал похож на самодовольного кота. — Я попробовал только то, что вы мне предлагаете.
— Предлагаю? — возмутилась Хелена. — Я ничего вам не предлагаю, сэр! Если вы сочли меня уступчивой, то это говорит о том, что вы не разбираетесь в женщинах.
Продолжая улыбаться, Дэниел облокотился о каминную полку.
— У меня большой опыт общения с женщинами…
— Об этом я слышала, но, похоже, вы ничему не научились, — ее глаза метали молнии.
— У меня большой опыт, — ровным голосом повторил он, но Хелена увидела, как он разозлен — наверное, догадался о том, что Адам рассказал ей кое-какие подробности его жизни. — Но предполагается, что юные леди не должны иметь подобного опыта. Не так ли, Хелена? Во всяком случае, не в таком количестве, как вы.
— Сэр, вы дерзите. Я не стану слушать ваши намеки, — она повернулась и направилась к двери, но Брукс быстро встал перед ней.
— Не спешите. Я здесь с согласия вашей семьи для того, чтобы сделать вам предложение.
— Предложение? Вы с ума сошли! Я ни за что не выйду за вас, сэр! Вы оскорбили меня, а теперь имеете наглость предлагать мне вступить с вами в брак. Я не могу этому поверить, но уж поверить мне вам придется — я никогда не соглашусь выйти за вас замуж, — Хелена гордо подняла голову и окинула Брукса гневным взглядом.
Но лейтенанта ничуточки не смутила ее воинственность. Наоборот: он с насмешкой смотрел на ее раскрасневшееся от негодования лицо. Черт! Да он готов жениться на самой уродливой из всех живущих в Англии старых дев, если таким образом добьется поставленной цели. А эта женщина волнует кровь, как ни одна другая!
— Вы просто великолепны, когда злитесь, Хелена, — растягивая слова, проговорил он. — И я все больше и больше радуюсь тому, как развиваются события.
Хелена сжала кулаки, едва удерживаясь от того, чтобы не дать ему пощечину.
— Сэр, мы ведь говорим с вами откровенно: единственная причина, по которой вы хотите на мне жениться, — это возможность использовать в своей карьере связи моей семьи.
— Правильно. И я сделал бы вам предложение, даже если бы вы были засидевшейся в девках дурнушкой. Ваша красота и живость — это неожиданная награда. Но вы сами захотели, услышать правду: не будь вы наследницей вашего дядюшки, то, как бы ни были привлекательны, я ни за что не польстился бы на подержанное добро, — теперь на его лице появилось такое же жестокое и безжалостное выражение, как на борту «Лунной паутины».
Хелена едва не задохнулась. Неимоверным усилием воли она выдавила из себя:
— «Подержанное добро»! Вы оскорбили меня. Я позову дядю, и он вышвырнет вас из дома.
Брукс грубо схватил ее за плечи. Сквозь тонкий шелк платья его жаркие ладони жгли ей кожу. Она вздрогнула от страха и отвращения.
— Ну-ну, мэм, хватит изображать оскорбленную невинность. Мы оба знаем, что вы плавали с Дарвеллом на яхте как его любовница, а также изображали неряху-повариху, чтобы обмануть меня. Вам лучше помолчать, а иначе я расскажу все вашей семье.
Он обо всем знает!
— Им это известно, — Хелена вырвалась из его рук и встала за спинкой дивана. — Как и то, что ничего неприличного не произошло. Лорд Дарвелл спас меня, когда я тонула, и помог вернуться как можно скорее домой. Моя мама очень ему благодарна.
— Какой вздор! Вы забываете, дорогая мисс Уайтт, что мы с Дарвеллом давно знакомы. Неужели я поверю тому, что вы были на его яхте, но не были в его постели? — Он презрительно усмехнулся, видя, как у нее покраснели щеки. — Послушайте, вам удалось одурачить вашу милую мамочку и тетку, но, если бы об этом узнал коммодор, вы бы вышли замуж за Дарвелла уже через неделю.
— Что ж, значит, я скажу ему сейчас, — решительно заявила Хелена. — Он рассердится, но поверит мне…
— Поверит, что у вас не было близких отношений с Дарвеллом, когда увидит это? — Дэниел Брукс вытащил из кармана форменного сюртука записную книжку и развернул лист бумаги.
У Хелены упало сердце — вот кто нашел губительный рисунок. Все встало на свои места: она вспомнила, как на званом вечере у тети он спрятал что-то в записную книжку. Застыв, она наблюдала за тем, как он разгладил загорелыми пальцами бумагу и поднял лист повыше.
Даже на расстоянии было видно, какая это интимная картинка. Любовь и тоска Хелены так ясно проступали в каждой детали, что родным нетрудно будет все понять.
Брукс нарочито аккуратно сложил лист и вновь засунул его в карман.
— Не станете же вы шантажировать меня, — с трудом вымолвила Хелена.
— Стану. Я объясню вашему дяде, что моя любовь к вам победила вполне естественные сомнения и я готов поставить на карту собственную честь, чтобы спасти вашу.
Он усмехнулся, нахально оглядывая ее хрупкую фигурку в шелковом платье.
Комната поплыла перед глазами, и Хелена ухватилась за спинку дивана. Пошатываясь, она обогнула диван и опустилась на него.
— Сядьте, — она указала на кресло напротив. — Не приближайтесь ко мне… я должна подумать.
— Прекрасно. — Лейтенант Брукс уселся в кресло. Он смотрел на нее, словно большой кот на пойманную мышку.
Хелена прижала холодные пальцы к пылающим щекам. Она пыталась рассуждать хладнокровно: если своим отказом она вынудит Дэниела Брукса показать рисунок дяде, то она пропала и коммодор настоит на их браке; если же сэр Роберт не увидит рисунка, но узнает от нее правду, то потребует от Адама жениться на ней, что Адам, несомненно, сделает.