Филиппа Карр - Обет молчания

— Какая превосходная идея! — Майор повернулся ко мне. — Я так рад, что мадемуазель Андрэ осталась с вами!

Он улыбнулся ей через стол.

— О да! — с жаром подтвердила Андрэ.

Отец беседовал с тетей Эстер о ее сыновьях Гарольде и Джорже.

— Джорж в любом случае собирался стать военным, но Гарольд тоже немедленно вступил в армию, — сказала тетя Эстер.

— Нам понадобятся все мужчины, которых мы сможем заполучить, — сказал Маркус, и разговор перешел на военные темы.

После обеда, когда мы все вернулись в гостиную, Маркус снова оказался рядом со мной.

Он спросил про Аннабелинду. Я сказала, что она в Хэмпшире со своими родителями и я не видела ее после своего возвращения в Англию. Я добавила, что ее брат в армии и проходит военную подготовку в Сэлисбери Плэйн.

— Должно быть, он в королевской артиллерии.

— Да. Думаю, он приедет повидаться с нами, как только сможет.

— Он ваш любимец, правда?

— О да. Он один из самых милых людей, которых я знаю.

Майор Мерривэл кивнул.

— Я не ожидал встретить здесь сегодня мисс Каррутерс.

— Она собирается давать мне уроки. Мои родители считают, что мне нужна гувернантка.

— Да, конечно. Вы еще очень юны. — Маркус ухмыльнулся. — Но не огорчайтесь по этому поводу. Это, знаете ли, будет исправлено в недалеком будущем.

— Наверное, вы скоро уедете?

— В любой момент… в зависимости от обстоятельств.

— Я слышала, что немцы близко от Монса. Вы не знаете, насколько близко?

— Знаю только, что слишком близко.

— Это ужасно. Я не могу перестать думать о мадам Рошер. Что она будет делать? Она может повести себя надменно и ожесточенно.

— Думаю, она должна подчиниться завоевателям. Хотя для нее было бы разумнее уехать.

— Я не могу поверить, что она когда-нибудь покинет «Сосновый Бор» по собственной воле. Только представьте себе, каково это ей! Лишиться своего дома.

— Все-таки лучше, чем лишиться своей жизни.

Я помрачнела, и майор положил свою руку на мою.

— Не грустите, мисс Люсинда. Мне очень не хочется, чтобы вы грустили.

— Для многих сейчас грустное время.

— Знаете, никогда не бывает плохо все от начала до конца. Всегда среди неприятностей находится что-то хорошее. Только подумайте! Не будь войны, мы могли бы никогда не встретиться.

Я улыбнулась ему, и он продолжал:

— Надеюсь, что вы будете думать о нашей встрече как об одном из приятных моментов.

— Моя мама уже столько раз говорила вам о нашей благодарности, что я не буду повторять это еще раз. Но я хотела бы повторить то же самое.

— Вы преувеличиваете мои заслуги. Пусть. Мне это нравится. Я воспользуюсь первой же возможностью снова посетить ваш дом.

— О… правда?

— Я буду ожидать этого с самым большим нетерпением.

— Расскажите о своей семье.

— Что вас интересует? — «Где они живут? Большая ли у вас семья? Вы женаты?

— Сассекс. Родители, брат и сестра. Еще нет.

Я засмеялась:

— Очень лаконично.

— Вы хотели получить ответы и получили их.

— Почему вы ответили» еще нет» на вопрос о том, женаты ли вы? Звучит так, словно это может скоро произойти.

— Я должен подождать, пока найду идеальную женщину… и получить ее согласие.

— Я уверена, что она скажет «да».

— Ни в чем нельзя быть уверенным в этой жизни, но с вашей стороны очень мило говорить так. Боюсь, что идеальная женщина искала бы идеального мужчину.

— Когда люди любят, их любимые кажутся им идеальными.

— Как утешительно! Но недостатки выйдут на свет позднее., Возможно, идеал — все-таки некий компромисс.

— Вы немного циник?

— Я? Ни одной минуты. Я романтик. Оптимист. Вероятно, очень неразумный человек.

— Ну, надеюсь, что вы найдете идеальную женщину.

— Найду. Даже если придется подождать, пока она немного повзрослеет.

Маркус смотрел на меня, улыбаясь, чуть насмешливо приподняв брови. Я почувствовала себя смущенной, но счастливой.

К нам подошла Андрэ.

— Майор Мерривэл, — сказала она, — я слышала, что немцы продвигаются по Бельгии и уже подошли к границе с Францией. Это правда?

— Неразумно верить слухам, мадемуазель Латур. Но я боюсь, что враг продвигается быстро.

— Вы скоро опять отправитесь на континент?

— Думаю, через несколько дней.

— Как бы мне хотелось, чтобы война кончилась!

— Можете не сомневаться, что мы все разделяем ваше желание.

К нам присоединилась мисс Каррутерс.

— Было так приятно увидеть вас, майор Мерривэл! — сказала она. — Я никогда не забуду, как вы нас опекали.

— Как хороший пастух, — прибавила Андрэ.

— Не говорите так, — сказала я со смехом. — Это делает нас всех похожими на овец. Я всегда считала, что «пастух» не слишком хорошая аналогия в таких случаях. В конце концов, пастух опекает овец, готовя их к бойне.

— Некоторые умирают от старости, — сказала мисс Каррутерс.

— Но даже их держат ради шерсти.

— Дорогие дамы, — сказал Маркус. — Я не пастух… просто обычный малый, которого переполняет счастье, что он мог быть вам полезен. То, что я сделал, мог сделать любой.

— Ну, я думаю, вы оказались очень находчивы в сложной ситуации, — объявила мисс Каррутерс. — Эту поездку я никогда не забуду и всегда буду благодарна вам за помощь.

К нам подошли мама с тетей Эстер, и разговор сделался общим.

Я не сомневалась, что все нашли этот вечер удачным, и, когда он кончился, Маркус Мерривэл остался в моих мыслях. Я сделала открытие, что он мне очень нравится. Я заметила, что даже слуги попали под его обаяние. Он вошел в наши жизни как герой. Он казался человеком, которому не безразличны чувства окружающих, для каждого у него находились улыбка и приветливые слова, и я начинала думать, что ко мне он относится как-то особенно.

На следующий день дядя Джеральд зашел попрощаться.

Пришли плохие вести. Немцы находились уже в предместьи Монса, и намечалось большое сражение.

— Мы должны сдержать их, — сказал дядя Джеральд. — Нам необходимо ускорить переброску людей и боеприпасов. Полк отбывает завтра на рассвете.

— Майор Мерривэл едет с вами? — спросила мама.

— Конечно. Он славный малый, правда?

— И в высшей степени привлекательный, и мы так благодарны ему. И, естественно, вам тоже.

— Ваша благодарность не вызывает сомнений.

Я знал, что Маркус справится с этим заданием.

Довольно эффектный мужчина, как по-вашему? Он пользуется популярностью у женщин.

— Это меня не удивляет, — ответила мама.

— К тому же из хорошей семьи. Из Лаклейсов.

Герцог, по-моему, должен приходиться ему троюродным братом. Служить в армии в традициях этой семьи. Маркус далеко пойдет. У него есть и способности, и связи.