Подари мне сердце - Юлия Сергеевна Леонова

Граф усмехнулся, глядя в ее потрясенное лицо.

- А потом, когда это отродье вырастет, я сделаю его лакеем, или забрею лоб в солдаты. Ну, а если это будет девица, и она будет похожа на Вас, я тоже найду ей применение, - ухмыльнулся он.

- Вы не сделаете этого, - прошептала она, поднося ладонь к губам.

- Вы меня слишком плохо знаете, сударыня, - ответил он, смерив ее презрительным взглядом.

Зотов исполнил свою угрозу в точности. Анна оказалась взаперти. Маленькая комнатушка во флигеле стала ее тюрьмой. Горничная приносила ей все необходимое, пищу, воду, чтобы помыться. Она ни с кем больше не виделась. Муж ее к ней не заходил. Одиночество и страх за свою жизнь и жизнь не родившегося младенца сводили ее с ума. Страшно подумать, что чувствуют заключенные, пришла ей в голову неожиданная мысль. Она всего месяц лишена возможности свободно передвигаться по усадьбе, а уже готова сделать, что угодно лишь бы выбраться отсюда. Несколько раз она пыталась открыть окно, но гвозди вколоченные снаружи в оконные рамы делали это невозможным. Наступивший август выдался душным и влажным. Аня с ума сходила от духоты в своей комнате. С утра парило. Все словно замерло в ожидании грозы. Девушка с детства боялась этого грозного явления. К обеду потемнело. Свинцовые тучи заволокли небосклон. Поднявшийся ветер гнул ветки деревьев, порывами бросался в окно, отчего стекло, слегка дребезжало. Сначала отдаленные, раскаты грома становились все ближе и ближе. Сверкавшая то и дело молния озаряла вспышками мертвенно белого света сумрак комнаты. Вошла горничная, принеся ей, обед и зажженную свечу.

Аня не притронулась к пище. Господи. Да сколько это будет продолжаться? Сжималась она от каждого нового раската грома. От очередного громыхнувшего за окном всполоха, зазвенели стекла, Анна подскочила на месте. Мысль пришедшая ей в голову была безрассудна, но девушка не дав себе времени на размышления кинулась воплощать ее в жизнь. Выдвинув все ящики комода, она нашла то, что искала. В самом нижнем лежали ее бриджи для верховой езды и белая рубашка. Она была не слишком хорошей наездницей, но отчаянное положение требовало от нее решительных мер. Собрав все, что было ценное, пару колец, и ее обручальное в том числе, жемчужное ожерелье, бриллиантовые серьги, она завязала все это в узел и положила в карман мужского сюртука, который надевала, когда выезжала на прогулку верхом. Аня переоделась. Узкие бриджи с трудом сошлись на располневшей талии. Взяв в руки тяжелый серебряный канделябр, она ждала. Снова громыхнуло. Размахнувшись, что было сил, девушка ударила подсвечником по оконному стеклу. Послышался звон осколков, в комнату ворвался ураганный ветер вместе с косыми струями дождя. Еще не зная толком, куда она направится, Анна перелезла через подоконник и, пригнувшись, проскользнула под окнами в сторону конюшни. Пока она добежала по помещения, вода стекала с ее мокрых волос и одежды ручьями. Как и следовало ожидать, конюха в такую погоду в конюшне не было. Сняв со стены седло, она вошла в стойло к своей каурой. Кобылка тихонько заржала при виде хозяйки, ткнулась мордой в раскрытую ладонь.

- Извини, не принесла ничего, - запыхавшись, произнесла Аня.

Оседлав лошадь, она вывела ее прямо под ливень. Вскочив в седло, девушка приняла решение двигаться в сторону имения родителей. По ее подсчетам дорога должна была занять порядка пяти дней. Денег не было, но драгоценностей должно было хватить, чтобы добраться до места. Она повиниться и расскажет все. Расскажет, чьего ребенка она носит и попросит защиты. Отец не бросит ее. Было бы хорошо, чтобы он переправил ее в Англию к родственникам. Там Зотову до нее будет не добраться. С этими мыслями она выехала за ворота усадьбы.

Горничная, пришедшая забрать посуду, в ужасе уставилась на разбитое окно и разбросанные по всей комнате вещи молодой графини. Придя в себя, она бегом кинулась в покои его сиятельства.

- Ваше сиятельство, Александр Иванович, - задыхаясь от быстрого бега, выпалила девушка, - Там… Это… Анна Никитична… Сбежала!

- Как сбежала?!

Александр Иванович перевел взгляд на окно, за которым бушевала разгулявшаяся стихия. Скорее всего, Анна попытается добраться до родителей. Значит, поедет нижней дорогой по мосту через речку. Придя к такому выводу, Зотов встал из-за письменного стола и быстрым шагом направился в свою комнату переодеваться.

Граф выехал спустя полчаса после своей жены. Дождь, ливший сплошной стеной не давал возможности что-либо рассмотреть на расстоянии десяти шагов. Двигаясь осторожно по скользкой дороге, Александр Иванович всматривался в сумрачную мглу перед собой. Вспышка молнии осветила окрестности. От открывшейся картины у Зотова перехватило дух. Мост. Анна стояла на мосту, пытаясь удержать поводья перепуганной кобылы. Вода захлестывала через бревна и грозила вот-вот оторвать деревянное сооружение от берега. Пришпорив своего жеребца, он начал спускаться с холма. Копыта гнедого скользили по раскисшей земле. Конь испуганно заржал и шарахнулся в сторону. С трудом удержавшись в седле, Зотов чертыхнулся. Он был уже совсем близко. Слышался рев мощного беснующегося потока. Граф спешился и в этот момент деревянные сваи не выдержали. Он слышал, как закричала Аня, испуганно заржала каурая. Времени на раздумья у него не осталось. Стараясь не упустить ее из виду, Зотов шагнул в мутный поток, держась за уцелевшие останки моста. Аня изо всех сил цеплялась за сносимый течением настил моста. Еще чуть-чуть и его оторвет и понесет вместе с ней. Замерзшие руки скользили по мокрому дереву. Это конец, мелькнуло в голове. В этот момент сильные руки обхватили ее, от облегчения закружилась голова.

- Сударыня, Вы совсем разума лишились? – недовольно проворчал граф.

- Господи. Благодарю тебя, - прошептала она.

Одной рукой держась за чудом, остававшийся на месте настил, Зотов потащил жену к берегу. Александр Иванович ощущал, что уже и его силы на исходе. Почувствовав, что течение несколько ослабело, он что было сил, толкнул Анну вперед. Оторвавшееся от настила бревно больно ударило его в спину. Поскользнувшись, Зотов ушел под воду. Темные воды сомкнулись над головой. В меркнущем сознании успела мелькнуть мысль, что все же в своей непутевой жизни, он успел сделать хоть что-то хорошее.

Обдирая локти и колени, Аня с трудом выбралась на берег. Девушка упала прямо на размытый глинистый берег. Дыхание сбилось, легкие горели огнем. Она успела наглотаться мутной грязной воды. Если бы не супруг ее,