Юмор читать бесплатно и без регистрации. Cтраница 73

Илья Маркович Василевский (псевдоним Не-Буква) (1882–1938)Писатель, автор юмористических, и не только юмористических, рассказов, исторических памфлетов, очерков. Рассказы И. Василевского (Не-Буквы), входят в сборник русской сатиры и юмора второй половины XIX — начала XX в.: «Мелочи жизни»

«Разговоры за чайным столом» (Tea-Table Talk, 1903) — эссе Джерома К. Джерома. Перевод Л. А. Мурахиной-Аксеновой 1912 года в современной орфографии.

Однажды агорианин Боб сделал на Земле Человека. Лучше бы он этого не дела... Впрочем, читайте сами

Однажды, трое мужчин — бывший редактор журнала, бывший владелец блошиного цирка и бывший владелец каруселей — увидели в витрине рыбного магазина крупную замороженную акулу…

Ефим Зозуля — один из выдающихся отечественных писателей, чье имя и творчество возвращаются в большую литературу после многолетнего незаслуженного забвения. В первые десятилетия 20 века он был широко известен и как блистательный автор «Сатирикона», и как один из создателей журнала «Огонек», но сегодня он интересен как автор сатирических, фантасмагорических антиутопий, в которых узнавались реалии жизни в СССР, содержались меткие и беспощадные пророчества.Ефим Зозуля погиб в боях подо Ржевом в ноябре 1941 года. Выросло несколько поколений читателей, и не подозревающих о творчестве писателя, который тесно был связан с Одессой. В предлагаемом сборнике Евгений Голубовский собрал из старых изданий, ставших библиографической редкостью, самые яркие и значительные его произведения, которые интересны и актуальны и сегодня — в XXI веке.

Объект язвительной иронии в гротесковой повести Гашека «Счастливый очаг» (1911) — феминистская пресса.

Классика английского черного юмора.

Официально он был рожден в Запорожье, на ЗАЗе, но уж очень напоминал ФИАТ-500. Однако это внешнее сходство отчаянно опровергалось конструкторами: мол, наше, родное, отечественное дитя, ну разве что родственники за границей... Чтоб положить конец досужим вымыслам, его срочно модернизировали: удешевили сорт стали (чтоб пальцем можно было оставлять вмятины на корпусе), упростили приборную доску (это вам не проклятый Запад), резиновые втулки заменили капроновыми (которые срабатывались в два раза быстрее), всюду, где только возможно, поставили болты меньших размеров (экономия металла), да и на конвейере бывшие ученики «ремеслухи» импровизировали по вдохновению (то гайку не закрутят, то пружинку не дожмут),— словом, получилось сооружение при знакомстве с которым опытным механикам хотелось выбросить все справочники, инструкции,-, все книги вообще, исключая одну (к технике отношения не имеющей), где напечатан был плач пророка Иеремии. Опытные механики уже тогда догадывались, что владельцу «Запорожца», в сущности, надо надеяться только на эту книгу, храня ее в сумке с инструментами, рядом с буксирным тросом....

Юрайда, набожный молодой человек, собрался в Прагу для продолжения образования. Его предупреждали, что Прага город безбожников, и он решил стойко противостоять всем соблазнам, но…

Восьмая книга серии ТораДора.

Юмористического роман повествует об удивительных похождениях штандартенфюрера СС фон Штирлица во время войны, далеко не похожих на приключения его в фильме «Семнадцать мгновений весны», и иных произведениях старого, доброго времени.

Вторая часть романа повествует о жизни литераторов Дамкина и Стрекозова, уволенных в первой части с работы. Очень познавательна для безработных, поэтов и китайцев.

Из сборника «Рассказы (юмористические). Книга 1», Санкт-Петербург, 1910 год.

Герои многих произведений Владислава Егорова — наши современники, «воспитанные» недавней эпохой застоя и показухи. Их деяния на поприще бюрократизма и головотяпства стали предметом пристального внимания писателя. Его творческую манеру отличают социальная значимость и злободневность, острота сатирического мышлении, парадоксальность сюжетных построений, широкий диапазон иронии — от добродушного юмора до едкого сарказма.