Джереми Робинсон - Кронос

Зашедший в карцер бандит выставил перед собой лжесвященника, уперев ему в спину «хеклер». При таком раскладе пули сорок пятого калибра прошьют тело О'Ши и поразят остальных находящихся в помещении. Незнакомец принял меры предосторожности.

«Умный, чертяка», — невольно восхитился Аттикус. Даже небольшое количество выпитой воды придало ему бодрости и сил. Он стоял боком к вошедшему, так что тому не были видны его правая рука и бедро. Аттикус позволил ножу скользнуть чуть вниз и теперь держал остро заточенное лезвие между пальцев, которые — он вдруг осознал — все еще слегка дрожали в результате обезвоживания организма.

— Покажите-ка мне ваши руки, — заявил охранник. Аттикус и Андреа протянули пустые бутылки.

— Они бы умерли здесь без воды, — объяснил О'Ши, стараясь выглядеть добрым самаритянином.

— А вдруг так оно и было задумано, — сказал бандит.

— Уверен, что Римус по возвращении хотел бы застать их живыми, — как само собой разумеющееся, произнес О'Ши.

Охранник слегка призадумался. О'Ши, воспользовавшись возможностью, покрутил головой, разминая затекшую шею, на которой от напряжения набухли жилы. В этот момент время остановилось для Аттикуса. Целая жизнь, казалось, прошла с последнего раза, когда ему пришлось убивать другого человека, но в данной ситуации он просто не видел возможности обезоружить охранника так, чтобы тот при этом не застрелил О'Ши. К тому же он понимал, что скоро откроется тот печальный факт, что О'Ши предал Тревора Манфреда, и тогда бандит, не задумываясь, устроит в карцере настоящую бойню. И укрыться будет негде. Аттикус максимально сконцентрировался на поставленной задаче. Сейчас весь мир для него сузился до охранника и О'Ши.

Последний покрутил головой в одну сторону, потом в другую. Охранник тем временем отдал приказ, который Аттикус и надеялся услышать:

— Я хочу увидеть обе руки.

Аттикус поднял правую руку тыльной стороной к охраннику, так что нож оказался скрыт ладонью и запястьем. Медленно поворачивая ладонь, он вдруг сделал резкое, неуловимое движение кистью. Нож пронесся невидимой стрелой. Отвратительный скрип, похожий на тот, что издают ножницы, которыми разрезают плотную ткань, и последовавший за ним чавкающий звук свидетельствовали о том, что нож попал прямо в мозг. Тело охранника тяжело завалилось на пол рядом со стоящим О'Ши. Лжесвященник обмер. До него только сейчас начало доходить, что произошло.

О'Ши повернулся, глянул вниз и резко отпрянул в сторону.

— Ого! — прошептал он.

— Прошу прощения, — сказал ему Аттикус, — но у меня не было выбора.

О'Ши наконец-то вышел из ступора. Посмотрел на Аттикуса и с улыбкой произнес:

— Вы забыли, что я не священник. А этот паренек был убийцей. Он бы прикончил нас всех.

Аттикус немного успокоился, почувствовав поддержку О'Ши. Ему совсем не хотелось лишать кого-либо жизни. Облегчал чувство вины тот факт, что других вариантов у него просто не было. Но Аттикус не сомневался: прежде чем им удастся бежать с «Титана», он еще не раз обагрит руки кровью. Ставки в игре взлетели до немыслимой высоты, но вот насколько новый поворот событий придется по душе Тревору?

Аттикус склонился над бездыханным телом охранника и обыскал его. Подобрал упавший пистолет-пулемет и обнаружил к нему два запасных магазина по двадцать пять патронов в каждом. Что ж, теперь их шансы повышаются.

Резким движением Аттикус выдернул нож, глубоко сидевший в глазнице мертвеца. Тщательно обтерев лезвие о штанину покойника, он сложил орудие убийства и повернулся к Андреа.

Хотя она и состояла на службе в Вооруженных силах США, ее работой было спасать людям жизни, а не отнимать их. Вероятно, ей не раз приходилось за свою карьеру вытаскивать из воды утопленников, но очевидно, что она никогда не видела убитого человека. Сейчас Андреа стояла и не могла отвести взгляд от головы бандита — там, где некогда находился глаз, теперь было кровавое месиво.

Аттикус сжал ее плечо.

— Эй, — тихонько позвал он.

Андреа посмотрела ему в глаза.

— Не гляди на него, — сказал Аттикус. — Если не смотреть на лицо, легче будет избавиться от кошмаров. — Он хорошо знал это по собственному опыту. Сам он, подбирая оружие охранника и вытаскивая из глазницы нож, ни разу не взглянул на лицо убитого.

Андреа машинально кивнула. Аттикус протянул ей «магнум». Почувствовав вес револьвера в руке, она окончательно пришла в себя.

— У него очень сильная отдача, поэтому между выстрелами прицеливайся поточнее. У тебя шесть патронов. Не забывай считать их.

Аттикус не боялся, что Андреа осудит его за то, что он сделал. Хотя она и была шокирована тем, как хладнокровно он убил человека, но все же оставалась офицером Береговой охраны Соединенных Штатов Америки и, несомненно, умела распознать ситуацию, когда возникает необходимость сражаться и убивать. Андреа приняла пистолет и взвесила его в руке.

— Я готова, — твердо сказал она.

— А теперь надо убираться отсюда, — заметил О'Ши. — Тревор привел «Титан» в состояние боеготовности. Все члены команды вооружены. Я уверен, что очень скоро этого хватятся. — О'Ши кивком указал на мертвеца. — Мне удалось обдурить охранную систему. Все камеры повторяют одно и то же изображение каждые пятнадцать минут. Кроме того, я повредил систему открывания дверей. Теперь сканеры не различают ни отпечатки пальцев, ни сетчатку глаза и пропустят любого. Но если систему перезагрузить, она вернется в рабочее состояние. Соответственно, как только они это обнаружат, нам конец. Мы покойники.

Аттикус подошел к двери и, осторожно высунувшись в коридор, осмотрелся, поводя из стороны в сторону «хеклером». Всюду было тихо.

— Нам нужно где-то спрятаться. В таком месте, куда никто не зайдет без Тревора.

О'Ши хитро улыбнулся и сказал:

— Я знаю такое место.

На борту «Титана»

Внимательно поглядывая по сторонам, Аттикус караулил роскошную лестницу, ведущую к двойным дверям зала, в котором хранилась коллекция Тревора. Андреа, охнув от изумления при виде охраняющих двери горгон, осмотрела коридор в обоих направлениях. До сих пор им везло: на пути сюда никто не встретился и не поднял тревогу. Аттикус догадывался, что Тревор сейчас, скорее всего, нацелил команду на то, чтобы выследить и убить Кроноса, будучи уверен, что пленники мучаются в карцере от жары и слепящего света. Нужно воспользоваться шансом и разработать план дальнейших действий. Будет ли он направлен на поиск путей бегства или же, напротив, будет атакой, это Аттикусу еще предстояло решить.