Розов Александрович - Чужая в чужом море

- Ты же говорил, что вы случайно пролетали мимо.

- Ага. Милях в ста примерно. Вдруг нас вызывает база Макасо и… Короче, дальше ты знаешь, так что не морочь себе голову. Все, я пошел изобретать носилки.

- Подожди, Рон! Ты ничего не знаешь! Твое правительство уже напало сегодня на один самолет международной медицинской миссии. Мой - уже второй.

- Так, - сказал он, - это уже какие-то чудеса. С этим надо разобраться.

Он снова вынул свой мобайл и набрал номер.

- Aloha bro. Это Рон Батчер, волонтер-спасатель… Да нашли, она рядом. А команданте базы где?... С журналистами? Ага. Слушай, бро, что вы там учудили с международным медицинским самолетом?... Люди говорят… Бро, не греби мне мозг про секретность. Я сейчас позвонию на Большую Воду, в Верховный суд. Он эту секретность знаешь, куда вам засунет?... А что было?... De puta madre!... А кто еще знал?..  Ага… Ладно, отбой.

- Что тебе сказали? – поинтересовалась Дафна.

- Много чего. Куда ты летела?

- В Макасо. Самолет миссии Красного Креста и Полумесяца захвачен именно там.

- А что бы ты делала, прилетев туда?

- Постаралась бы встретиться с военным руководством и выяснить, в чем дело.

- Допустим, ты выяснила. Что дальше?

- Позвонила бы по сателлофону в африканскую дирекцию Красного Креста в Найроби.

- Почему не просто по мобайлу?

- Какой мобайл? – удивилась она, - В Макасо же нет сотовой связи.

- Нет сотовой связи? – переспросил Рон.

- Ну, да. А зачем бы мне иначе дали сателлофон?

- Где он? Можно на него посмотреть?

Несколько озадаченная Дафна расстегнула боковой карман своей джинсовой рубашки и достала оттуда элегантную пластиковую коробочку с экранчиком и толстой антенной.

- Пожалуйста.

- Спасибо, - он взял приборчик в руки, покрутил его так и этак, а затем встал и пошел вдоль склона холма.

- Эй, что ты делаешь? - удивилась она.

- Потом объясню, - откликнулся он и, пройдя метров сто, спрятал сателлофон в одну из трещин на приметном выступе скальной породы.

- Какого черта!? – крикнула Дафна.

- Фишка в том, - ответил Рон, возвращаясь назад, - что обычная сотовая связь в Макасо замечательно работает уже два месяца. Отсюда вопрос: зачем тебе дали сателлофон.

- Наверное, на всякий случай, если с обычной связью что-то случится.

- Но ведь тебе сказали, что обычной связи нет вообще.

- Ну, Георг мог не знать, что она уже есть.

- Георг – это кто?

- Георг Кодзакис, региональный представитель Красного Креста в Дар-эс-Саламе.

Подошла Пума с двумя маленькими рюкзачками-конвертами парапланов, бросила их на землю и поинтересовалась:

- Рон, а что это ты там прятал? 

- Одну вещь, которая мне очень не нравится, - ответил он.

- Она опасная? - уточнила африканка.

- Может быть. Во всяком случае, с ней что-то не так.

- Это бывает, - заметила она, - Например, если нож помазать крысиной кровью и сказать особое крысиное igbekela, то такой нож будет хотеть зарезать своего хозяина.

- Особое крысиное igbekela, - задумчиво повторил Рон, - Дафна, ты не замечала каких-нибудь странностей с этим сателлофоном? Например, какие-нибудь посторонние звуки при разговоре по нему. Писк, или щелчки, или зуммер, ну я не знаю…

- Я не пробовала по нему звонить. Вернее, я пробовала один раз. После аварии я хотела связаться с одним парнем в Найроби, но ничего не получилось. Может быть, при ударе что-то там вышло из строя. Или я что-то делала неправильно… Пума, можно попросить тебя об одном одолжении? Пока уколы действуют и я могу приседать, мне бы хотелось пройтись вот к тем кустикам. Если бы ты мне помогла…

- Не буду тебя  смущать, - сказал Рон, - пойду делать носилки.

Носилки были готовы через четверть часа: сидение от «Kiwing», прикрученное кусками провода к двум штангам каркаса крыла. Они тронулись в путь немедленно. Солнце уже коснулось горизонта, а идти в темноте с носилками по незнакомой местности даже и в ноктовизорных очках занятие рискованное. Взрыв они услышали, отойдя метров на 700 Рон коротко свиснул, носилки были аккуратно опущены на землю. Он передал Дафне бинокль, со словами:

- Всего-то граммов сто тротила, но этого достаточно, чтобы стать полноценным трупом.

- Я бы примерно сейчас подлетала к Макасо, - тихо сказала она, глядя на облачко дыма, рассеивающееся над трещиной, в которой был спрятан сателлофон.

На тропе у подножию холма, примерно в 200 метрах от них, показался сосредоточенно бегущий Керк, и еще издалека крикнул:

- Где стреляли?

- Нигде, - крикнул в ответ Рон, - Это у Дафны на сателлофоне стоял такой будильник.

Керк преодолел остаток дистанции, присел на корточки рядом с носилками и спросил:

- Очень хреново, просто хреново, удовлетворительно или превосходно?

- Второй вариант из четырех, - ответила новозеландка, попытавшись улыбнуться,  -  Я, наверное, даже смогла бы идти сама, опираясь на чье-нибудь плечо.

- Это ты брось. Поедешь, как нормальная патрицианка, в паланкине.

- Что такое паланкин? – поинтересовалась Пума.

- Древнеримская херня, типа этих носилок, - пояснил Керк, - ну, что, взяли?

- Взяли, - откликнулся Рон.

Они уже спускались с последнего из цепи холмов и видели «InCub», поблескивающий в последних лучах заходящего солнца, когда в кармане Рона тренькнул мобайл.

- Пума, вытащи звонилку и спроси, чего там, -  распорядился он.

Африканка, жестом уличного воришки выудила его трубку, и поднесла к уху.

- Hola!... Это – Пума Батчер, а это кто?... А у него руки заняты…. Она едет в паланкине, как партизанка… Так Керк объяснил… По ходу, этот Силвани ее с кем-то путает… По CNN? Вот говнюк!...  Повтори, я не поняла... ОК, я передам… Ну, отбой…

- Силвани? - изумленно переспросила Дафна, - Фалик?

- Да, Фалик, - подтвердила Пума, - Смешное имя. Он из Найроби. Он сказал по TV, что тебя убили. Он дурак, да?   

- По TV? – снова переспросила новозеландка.

- Да. Так сказал команданте Виго Рэдо, он видел по CNN. Ты убита… Сейчас вспомню чем… Вот: бесчеловечным режимом диктатора Нгакве. Смешно. У полковника Нгакве большой дом на Ниика-лэйк, много красивых женщин и мото-туристический бизнес на Мадагаскаре. Он теперь богатый человек, ему больше не надо никого убивать.

- Пума, хватит дискредитировать Нгакве, - заявил Рон, - Он нормальный парень, ворует очень умеренно по местным понятиям. Лучше объясни, что тебе сказал Рэдо. 

- Ну, он сказал, про CNN, и что штаб ввел «Dark code», и что мы под зонтиком. Типа, на всякий случай. И еще сказал, чтобы мы летели аккуратно, а landing нам высветят.