Розов Александрович - Чужая в чужом море
- Ваа! – кричала публика, - Mak-Lou! Mak-Lou! Mak-Lou!
…
На крыше дома Шуангов, примерно в четверти мили от площади, был почти идеальный наблюдательный пункт. Действительно, все видно и слышно, но крики не оглушают, а легкий навес защищает от палящего солнца... Жанна изумленно покачала головой.
- Такое ощущение, что главный парень в стране не президент, а док Мак.
- Так и есть, - совершенно спокойно ответила Эстер, поставив на столик поднос с двумя высокими запотевшими стаканами ярко-оранжевого сока и коробкой сигарет-ретро, без фильтра, - рекомендую попробовать сигареты, если ты куришь. Местный сорт с фермы наших друзей.
- Да? В таком случае, попробую… Подожди, я не поняла. Ты сказала: «так и есть»?
- Ну, разумеется. Представь, Жанна: тут большинство людей никогда не ели досыта. Каждые несколько лет случался голод. Потом появились трифи. В смысле, триффиды. Потом сюда завезли чипи. Я не знаю, как эти свинокурицы называются официально…
- Я тоже не знаю, - сказала канадка, - В Меганезии все их называют просто чипи.
- Не важно, - Эстер махнула рукой, - так или иначе, все началось с триффидов, которые придумал Мак Лоу. Еще два года назад, тут был кошмар, а сейчас, видишь, нормальная страна. Маленькая, но, скажем так, далеко не последняя в Африке.
- Вижу. Получается, что док Мак - это парень, который накормил 2 миллиона человек?
- Ну, да. Людям свойственно все упрощать. Ты, же понимаешь. Психология…
- Психология… Понимаю… А эти маленькие байки тоже придумал док Мак?
- Нет, - Эстер улыбнулась и покачала головой, - Это совсем другая история.
- Расскажешь? – спросила Жанна, осторожно прикуривая необычную сигарету.
- Почему бы нет, если тебе интересно? Вообще-то сам момент придумывания HiBi, в смысле, Hikomo-bikes, я упустила. Мы были на Нукуфетау, родном атолле Наллэ. Его родичи возили меня на экскурсии по лагуне, а Наллэ и Ематуа (нынешний муж мамы Наллэ), занимались этим проектом. Вероятно, там участвовали еще какие-то ребята… Короче говоря, не знаю. Я сама увидела HiBi на первых тестах, на Новой Британии в Меганезийском Папуа. Если рассказывать про эту авантюру по порядку, то…
-----------------------------------------------------------------
Жанна Ронеро. Green World Press. Репортаж №24.
Африканский uni-bike и папуасский space-shuttle.
-----------------------------------------------------------------
По океанийским меркам, Новая Британия - это суперконтинент. 300 миль в длину и до полста миль в ширину. Геологически, это почти сплошной горный хребет, центральная точка которого, вулкан Синевит, возвышается над морем на 2400 метров. Есть второй вулкан, Тавурвур, он пониже, зато развлекает жителей извержениями примерно раз в десятилетие. Жители не находят эти шоу веселыми: выбросы пепла иногда засыпают целые поселки или маленькие городки, так что жителям приходится перебираться на новое место. На старом, правда, хорошо разводить фрукты и овощи – вулканический пепел превращается в фантастически плодородный грунт. Остров, опять же, по меркам Океании, населен не плотно: на 4 миллиона гектаров – всего полмиллиона человек. По Новой Британии «оффи-культуртрегеры» в свое время прошли, как чума. Британская империя, Германская империя, Японская империя… В европейских энциклопедиях сказано, что пришельцы познакомили аборигенов-папуасов с железными орудиями и письменностью, но там умалчивается о способе знакомства. Железные орудия обычно втыкали в тела аборигенов, за невыполнение нормы работ, записанной в блокноте у представителя колониальной администрации. В меганезийской энциклопедии, так же скромно умалчивается о том, что произошло с этой администрацией после внезапного присоединения Новой Британии к Великой Океанийской Хартии. Но - дело прошлое…
Экспедиция байкеров-испытателей состояла из шести человек: Наллэ и Эстер, Ринго и Екико, Хти и Мео. Последняя парочка - местная: студенты-дипломники KTIC (Kimbe Transport Innovation College - первого учебного центра, основанного новой властью «в порядке экстренного развития технической грамотности и ликвидации колониального влияния»). Экспедицию сопровождали 3 - 4 полисмена. Они двигались параллельным курсом, из ближайшего поселка. В окрестностях следующего поселка, они передавали вахту своим тамошним коллегам. Полисмены делали вид, что им просто по пути…
Кроме людей, в состав экспедиции входили четыре лошадки-пони. Считалось, что они везут поклажу в условиях труднопроходимой горно-лесистой местности, но почему-то среди поклажи то и дело оказывалась Екико. Впрочем, согласно программе, участники практически все время двигались на байках. Ровная дорога… Грунтовка… Щебень… Очень плохая грунтовка (в смысле – разбитые колеи, местами переходящие в болото). Горная тропа… Заросшая горная тропа… Сильно-каменистая горная тропа… Места гибели байков отмечали рулем с нацарапанной датой, вкопанным вертикально в грунт. Новые байки с модифицированными узлами им сбрасывали с воздуха, в контейнерах (модификации создавались за считанные часы после выяснения характера поломки).
Позиция Шуанга была такова: наш байк не должен ломаться сам по себе ни при каких условиях. Его можно разбить, сбросив в пропасть, или уронив на него булыжник, но в условиях движения по любой поверхности, которую можно, при хорошей фантазии, признать дорогой, эта машинка должна работать безотказно. От этого может зависеть жизнь и здоровье людей. Когда экспедиция отдыхала (купалась, валялась на травке, играла в мяч), байки продолжали тестироваться, оказываясь в руках местной детворы.
Однажды (после мили пути по склону из камней, размером с кулак) Эстер пошутила:
- Хорошо бы протестировать HiBi в Антарктиде, на ледниках, во время снежной бури.
- Идея дельная, - серьезно ответил Наллэ, - но сначала доведем тропическую модель.
- А был еще такой случай, - флегматично ответил на это Хти, - Один канак скатился на байке с Эвереста. Сам в лепешку, а байк как новенький, тибетцы до сих пор ездят.
Безжалостный режим касался только машин. Нагрузка на людей была не больше, чем в любительском горном походе. Мео, со свойственным ей прямым папуасским юмором, метко назвала это «roll-sex-tourism». В темное время суток экспедиция не двигалась, а темнеет тут довольно рано, так что четверка юниоров практиковалась в камасутре. На фоне этих ребят Эстер и Наллэ выглядели скромной парочкой в викторианском стиле.
Но, секс был далеко не главным занятием юниорского сегмента экспедиции. Большую часть вечера Екико и Ринго продвигали своих новых приятелей в сфере информатики. Новобританцы были немного постарше, но уровень их технической подготовки был, разумеется, намного ниже, чем у ребят с Тувалу (где дети начинали тыкать пальцами в клавиши и двигать мышкой лишь чуть позже, чем плавать, ходить и говорить). В один прекрасный вечер, в ходе этих упражнений был найден манифест о проа-конкурсе на экономичный суборбитальный концепт для «Papua Air-Space Agency».