Вальдэ Хан - Храм

— Из Нижнего Леса, что ли?

Орех скептически поглядел на тела, будто стараясь высмотреть там что‑то ведомое только ему.

— Вряд ли, — наконец сказал он, — Как там жить‑то можно?

— Орех, а что они с ней хотели сделать, — Свист кивнул на тело мертвой женщины. – Съесть?

— Наверное, — Орех пожал плечами, а потом добавил. – Ладно, хватит гадать на болотной тине, нужно жмуров этих, и ее тоже, отволочь подальше от норы. Не ровен час, зверья на падаль набежит.

Орех поднял с земли трофейный топор и сунул себе за пояс. Свист только кивнул понимающе.

— Я когда шел, к западу отсюда видал муравейник подходящий, туда и отнесем, — сказал Орех, деловито обвязывая тело одного из пришельцев веревкой, вышла ухватистая петля.

— Далеко?

— Час от силы. К вечеру всех и перетаскаем.

— Сперва давай новичка в нору отведем, мало ли, — напомнил Свист.

Мужчина лежал без памяти там, где его оставили. Орех отволок того в подземелье, но развязывать не стал.

Орех не соврал – когда они мокрые от пота (волочь тела оказалось не так уж и просто), наконец пришли на место, перед ними возвышался огромный муравейник – круглый холм, достигавший плеча Свиста. Казалось, что его склоны шевелились – это огромные, под стать самому муравейнику, насекомые, сновали по своим, муравьиным же, делам.

— Погоди, — Орех выпустил петлю, и труп стукнулся затылком о землю.

Вынув из‑за пазухи топор он, крякнув, двумя ударами отделил голову от тела. После, взявши тело за руки и ноги и раскачав его хорошенько, охотники забросили останки дикаря прямо на гигантский муравейник. Следом отправилась и его голова.

— А говорил – не веришь в охотничьи байки, — попытался улыбнуться Свист.

— Причем тут байки? – Орех не разделил его веселости. – Такое на самом деле бывает – если труп не обезглавить, он встать может. Я сам видел. Поди его потом во второй раз убей.

Свист кивнул.

— Ты башкой‑то не тряси! Горы близко, а рядом с ними трупы как раз таки оживают, здешние места и без того не самые приветливые, нечего еще нам лишнюю мерзость разводить.

Так они и поступили со всеми участниками драки. Пока шла работа, Свист то и дело ловил себя на том, что постоянно возвращается мыслями к сцене, свидетелем которой он стал – женщина и мужчина сверху. Он никак не мог понять, почему именно это, а не смерть, прошедшая совсем рядом, и не сам факт кровожадных чужаков, занимает его сильнее всего.

Когда охотники вернулись на поляну после третьей ходки к муравейнику, Свист обратился к напарнику.

— Орех, а как ты тут оказался?

— Вчера забросил припасы в нору, управился споро – если через высохшее озеро срезать, оно быстрее выходит.

Он снова достал флягу.

— И попались мне на глаза следы, такие же, как мы видали там, у медведя–валуна. Ну я, дело ясное, решил выследить, кто у нас тут ходит.

— Чего только тут не ходит, — пробурчал себе под нос Свист, особенно выделив первое слово.

Парню очень хотелось вымыть руки после того как он прикасался к мертвым людям. Каким ни есть, но людям. Мертвым.

— Ну вот. Пошел я значит по следам, выходило, как я тогда и подумал, что их человека четыре идет. Ближе к вечеру один из них куда‑то делся. Я покружил немного, хотел узнать, куда он направился, но так и не нашел. Плюнул и пошел за остальными.

Они подошли к дубу–гиганту, в корнях которого прятался лаз в нору.

— Значит, переночевал я в норе у Железных Черепах, запомнил, где со следа сошел и на утро припустил за ними. Нагнал я их к полудню, недалеко отсюда. Было их уже двое. Куда они третьего дели, а главное как ночь пережили, не понятно. Ну я значит, сразу показываться не стал. Дай думаю, погляжу, что‑то они делать будут, да и мало ли, вдруг те, отставшие, тоже где‑то рядом бродят. Поди разбери их, за каким рожном они к нам, и откуда.

Выслушав рассказ, Свист только головой покачал, а потом поднял оставленный прямо в траве самопал. Кому он нужен?

— Думаешь, из этой штуки по косолапому пальнули? – спросил парень, взвешивая варварское оружие в руке.

— Думаю, — согласился Орех. – Но меня другое занимает. Баба эта орала как резанная.

— Так ведь резали! – напомнил Свист.

— Дурак, — раздраженно сплюнул Орех. – Ты когда это видал, чтобы новички хоть что‑то вокруг себя понимали, не то что отбивались и благим матом голосили?

Подумав немного, Свист вынужден был согласиться:

— Никогда. Ну, может смерть близкая так подействовала, — предположил Свист.

Орех только отмахнулся – чушь мол.

— Жаль не расспросишь ее уже, — Орех задумчиво жевал ус и добавил, обращаясь скорее к самому себе. – Особенно после того как я ей голову снес.

Свиста передернуло.

— Ее не расспросишь, а вот второй остался, — радостно вскинулся Орех.

Почему‑то Свист пожалел новоприбывшего мужчину, уж если Орех взялся за дело всерьез, то своего добьется, скорее всего, не слишком разбираясь в средствах.

После ужина, наскоро собранного прямо у древних корней, охотники спрятались от ночи под землю. Новичок в себя так и не пришел, но Свист заприметил, что его руки все так же стянуты за спиной.

— Это зачем?

— Подруга его странная оказалась, кто знает, чего от него ждать? – пояснил Орех.

На том и порешили.

С противным скрежетом точильный камень гулял вдоль клинка. Широкий нож в руках Ореха подставлял потемневшие от времени бока заботливой правке. Ножу как будто нравилось.

Мужчина, найденный вчера Свистом, стоял на коленях рядом с костром, невидящими глазами он уставился в пламя.

Свист возился с чайником.

— Не дури, — спокойно так сказал Орех. – Товарка твоя все понимала, да и ты точно меня слышишь.

Вжик – камень прошелся по лезвию.

— Когда я тебя будил, то успел заметить, как ты на меня посмотрел. Новички так не смотрят. Они вообще никак не смотрят.

Вжик.

— А раз ты себя понимаешь, значит и мои слова до тебя доходят.

Вжик.

— А раз слова доходят, но ты молчишь, значит – скрываешь что‑то.

Настороженный вжик.

— Но молчать ты недолго будешь.

Зловещий вжик.

— Орех… — робко подал голос Свист.

Сейчас он боялся старого знакомца. Раньше он его уважал и побаивался, но сейчас он его именно боялся.

— Цыц! – оборвал тот.

У Свиста даже зубы клацнули, так быстро он рот закрыл.

Орех поднес клинок к глазам и поймал лезвием солнечный луч.

— Все скажешь. Даже если для этого мне придется тебя на ремни пустить.

Ни один мускул не дрогнул на мясистом лице новичка.

Резко встав на ноги Орех быстро подошел к новичку и пинком повалил того на траву. Упали разрезанные веревки. Заломив новичку руку и прижав того коленом к земле, Орех прошипел: