Мария Огнёва - Алиар

Кина кивнула. Она побродила по площади, но уходить с неё не стала, а вскоре и вовсе вернулась к телеге. Айнер — красивый город, но насладиться им можно в другой раз, когда её подзабудут и это не будет так опасно.

Кина почесала коня за ухом и встала рядом, поглаживая его. Конь, успевший напастись за прошлый день, так же спокойно смотрел на неё.

— Какие мы безразличные! — пробормотала она, — прямо как хозяин. Как же нас зовут?.. Мрак? Ночь? Мгла?

Конь косился на неё так же незаинтересованно.

— Эх! — девушка вздохнула и приземлилась на телегу.

«Дорогая Кина!

Если ты осознала смысл моего послания, значит, я уже мертва — или скоро буду. И если это произошло, то теперь ты, дура, дура, дура, понимаешь, что тебе не надо было ехать в Айнер ни в коем случае…»

Кина опасливо огляделась. Это и вправду было очень глупо. С другой стороны, она всегда любила всякого рода авантюры… Но кто мог знать, что она ввяжется в одну из них ради мужчины?!

Она снова вздохнула. Она находилась в том возрасте, когда у любой девушки Алиара есть хотя бы один приятель, с которым мысленно венчает её вся округа. Семья к этому моменту копит ей на платье и как можно чаще зовёт избавителя в гости, да он и сам не против брака: время всё-таки пришло.

…Ладно, если говорить честно, Кина уже миновала этот возраст и приближалась к «Да выходи ты уже за кого-нибудь, дура, НА ВСЮ ЖИЗНЬ ОДНА ОСТАНЕШЬСЯ», — но она сбежала из дома раньше, чем довела родных до этой степени отчаяния. Учитывая, что растили её тётя с дядей, их желание сбагрить её замуж было и вовсе неудержимым.

Не то чтобы она была так против брака; более того, как девушка красивая она могла выбрать кого угодно. Но даже так кандидаты приводили в ужас. Кина родилась в деревне около Завандра: основными занятиями там были скотоводство, земледелие, выпивка, разговоры и сон, и если вы представите неизменные, повторяющиеся день ото дня беседы о том, чем стоит кормить корову, сколько молока можно будет от неё получить, чьи овцы лучше и чей бык даёт сильнейшее потомство, — вы наверняка разделите ужас Кины.

В Алиаре всегда можно было прокормиться в лесу, за купание в реке тоже платить не требовалось. Но, как оказалось, этого мало, и для сносной жизни девушке нужны сотни вещей, которые лес предоставить не может. Пришлось идти в город, как-то… выкручиваться — и не все из способов Кина могла назвать законными; а постепенно таковых становилось всё меньше. Но у неё оставались понятия о морали, и были они гораздо выше, чем у её новых друзей и сообщников. На этой почве, в том числе, и возникли разногласия, заставившие её покинуть Завандр, и весьма быстро.

Кина не винила бывших товарищей. Она прекрасно понимала, что если б продолжила своё ремесло, то вся эта мораль понемногу отмерла бы, как всегда отмирает нечто ненужное и неиспользуемое. Так что она была лишь рада тому, что ушла из банды. Это не был её путь. Но какой её?.. Она не знала. И, пока не встретила Джона, не думала, что кто-то разделит её взгляды.

Джон, каким бы странным он ни был, явно не стал бы говорить о коровах и овцах. И ради этого шанса побыть с нормальным человеком Кина была готова терпеть полное отсутствие внимания с его стороны, готова была ехать куда угодно… даже в Айнер, который ей до смерти следовало обходить кружной дорогой.

Кроме того, с Джоном было безопасно: он явно мог защитить её от бывших сообщников или жертв — и при этом ни разу не пытался пристать к ней сам. А ещё он не брал с неё денег за поездку — более того, когда они остановились в трактире между дорог от Завандра к Дейнару и от Айнера к Завандру, Джон заплатил за неё — и за еду, и за ночлег — не спрашивая, есть ли у неё деньги, не предложив как-то отработать… и во многом он проявлял такую же заботу… странный, очень странный мужик…

— Едем?

Кина вздрогнула.

— Ох! Ты нашёл кого искал?

— Его здесь нет. Говорят, что он отправился в Реллу.

Кина понимающе кивнула и стала ждать продолжения. Джон молча смотрел на стену ближайшего здания и думал.

— Итак… мы едем в Реллу?

Он покачал головой.

— Я был там совсем недавно. Я бы его встретил. Значит, он только сделал вид, что поехал туда, а сам… выходит, отправился либо в Дейнар, либо в Кивиш… либо в Эрнел… ты куда хочешь?

— Я нигде из них не была… — пожала плечами Кина. — В Кивиш?

— Значит, в Кивиш, — и больше не глядя на неё, Джон повёл коня к северному выходу из города. Там он сел на телегу и так же безразлично поехал дальше. — Да… это тебе.

Он передал ей простой и красивый плащ — достаточно дорогой, чтобы цена его была видна лишь по качеству.

— Спасибо, — Кина посмотрела на него, но Джон снова молчал. — А… с чего вдруг?

— Конец осени будет очень холодным.

— Ты думаешь, я буду рядом с тобой до конца осени?

— Ты думаешь, холодно только рядом со мной?

Кина не нашла, что сказать.

— Ты не похож на всех встреченных мной мужчин, — наконец произнесла она.

— Да.

Чтобы узнать про Тэрна в Айнере, прилагать усилий не пришлось. Все вокруг рассказывали про нового победителя состязаний. Мускулистый молодой парень в точно такой же светлой одежде — «И где вы такую купили? Точь-в-точь, как у нашего брата Тарка!», — который знал религию до мельчайших крупиц, но иногда ошибался просто невероятно. (Не иначе как спал на этих занятиях, засранец.) Этого уже хватило бы, чтобы узнать в описании Тэрна, но решающим стало иное.

— Его отец — лесничий в соседнем лесу, а мать плела корзины, чтобы помочь Тарку и его трём братьям и восьми сёстрам, и…

— И голову чуть-чуть вскидывает.

Паломник, которого он «допрашивал», удивлённо моргнул, и Райк изобразил эту речь:

— «Моя мать… была вынуждена целыми днями плести корзины, чтобы помогать нашей семье хоть как-то прокормиться» — и такой, голову вскидывает. И смотрит — выше и левее, а взгляд такой светлый-светлый.

— Я… честно говоря, не заметил, куда он смотрел, — озадаченно отозвался паломник.

— Я! Я заметила! — вмешалась его дочь. — Именно так и смотрел, налево-вверх, вот так…

Девушка изобразила этот светлый взгляд кристально-честного человека, и Райк кивнул. Среди всех ханжеских лицемерных подлецов только Тэрн мог быть настолько наглым.

— Из-за этого брат Тарк чуть не проиграл! — продолжала эта словоохотливая девушка. — Хорошо, что отец Елло вмешался! А то брата Тарка точно бы сняли с Состязаний: он ведь не знал молитвы «Вверяю»!

Райк нахмурился.

— «Вверяю»?.. Я тоже не знаю такой молитвы.

Отец девушки чуть округлил глаза, а сама она едва не подпрыгнула:

— Давайте я вам расскажу!

— Миза, веди себя потише, — паломник бросил хмурый взгляд по сторонам. — Ты нарушаешь порядок в городе.