НЛО: Она была - Вадим Сатурин

— А чем мы хуже? Мы тоже такое умеем. Не парься, если и может быть страшнее, то только в реальности.

Я плюхнулся на пятую точку. Коснулся левой рукой земли. Это сложно описать словами, но подо мной она зашевелилась, стала мягче, горячее, словно неведомые силы постепенно разминали пластилин.

«Может, какие-то теплые источники под ней? Насколько далеко мы вообще заглянули в Землю? Я знаю, что ничего не знаю. Да-да. Люди до сих пор неандертальцы», — выпуская дым, вопросами молился я.

Поверхность задышала. Когда я полностью лег на нее, то понял, насколько сильно она двигается вверх-вниз. Снял капюшон, расслабил шею, взгляд на серое равнодушное небо.

— Вот и прекрасно! Я рядом. Приготовься, — нагнетал Саня. Если бы он сразу мне рассказал про такой цирк, я бы трижды подумал, ехать сюда или нет. Чертовски интересно, дьявольски стремно.

— А сигарету-то тушить?

— Все случится само!

Еще несколько затяжек. Расстегнутая куртка, пепел прямо на худи.

«И чего? Я должен сейчас что-то увидеть, услышать? Какой финт выкинет мой мозг, какая защитная реакция последует?»

Никакой твердой уверенности, что ничего не произойдет, но почва подо мной перестала быть холодной, безжизненной и равнодушной. Наверное, так и начиналось слияние… соединение… проникновение, ранее недоступное моему сознанию.

Будучи человеком вредным, но любознательным, я эксперимента ради решил троллить даже мистические силы — считать от десяти до нуля, прямо как на операционном столе с маской на столе. Там тоже кажется, что добраться до нуля реально, а на деле — «десять… девять… восе…мь»

Ничего не происходило. Совершенно ничего. Я чувствовал окурок между пальцев левой руки, прохладный март касался моей заветренной кожи на лице. Ни холода, ни тепла. Только укачивающая земля подо мной.

— Семь… шесть… — разгоняясь по взлетной полосе, забывая пристегнуть ремни. — Пять… четыре…

Старался ни о чем не думать. Я не знал, с какими мыслями входить в очевидный бред коллективного бессознательного Елейска.

— Три… два… — еще две цифры и тайна города откроется мне. Я ликовал. Я слышал, как сердце отдавало вибрацию в мышцы спины, они эхом передавали ее в почву, а она — возвращала мне тревогой и умиротворением одновременно.

Не зря говорят, что «шавасана» или «поза труппа» одна из самых сложных асан для освоения в йоге. Да, никакого физического напряжения — лежать звездочкой и балдеть, но добиться полного умственного покоя невероятно сложно. Ни о чем не думать, ничего не пропускать через себя, не существовать! И в нашем-то безумном мире — задача на миллион.

Существовал ли я?

— Один… ноль! — внутри все сжалось. Максимальное напряжение. Я побоялся открывать два глаза сразу. Левый… правый. То же небо, та же истлевшая сигарета в руке.

«И чего? Где информация? Где голоса в голове? Где НЛО?»

Согнулся пополам, сел. Ничего не произошло. Я есть я, лес есть лес и…

— Алиса⁈ — вскрикнул я, увидев свою девушку, выходящую из чащи. — Ты как здесь оказалась?

Я потерял дар речи. Нет, не так. Штамп.

Я просто реально охренел, увидев приближающуюся ко мне девушку. У нас и так все было не гладко, так она появилась в один из самых фатальных моментов моей жизни.

— Алиса, ты как здесь оказалась? — повторил вопрос я. — Ты вообще откуда узнала про это место? Где Саня?

Он вновь исчез. Не было даже машины, брошенной нами на узкой проселочной дороге.

Я смотрел на Алису. Она шла в одежде, которую я никогда не видел, со слегка вьющимися волосами, которые никогда не завивала, с одноразкой в руках, которую тоже никогда не курила.

— Пожалуйста, ни к кому не привязывайся, никому не доверяй здесь! Никому… ни-ко-гда! Это мантра! — сев на колени передо мной, боящимся лишний раз пошевелиться и встать с задней точки, предупредила она.

— Кто тебе сказал, где меня искать? Слили подписчики? Как ты добралась? Я сейчас вообще с ума сойду!

— Информация всегда на поверхности. Ее нужно только уметь видеть, слушать, чувствовать. Я пришла предупредить тебя, чтобы ты был аккуратнее и скорее возвращался ко мне.

— Ты и так здесь! — ничего не понимал я. — Давай, вместе и уедем? Переночуем в гостинке, поймаем тачку и поедем. Я остановился в «Уюте». Это там… — указал я рукой в чащу леса. — Или там? Или?

Больше я не находил проселочной дороги — маяка для выхода с пяты. И вместе с этим испарились и логические объяснения происходящему.

— Короче, гостиница в городе. Если здесь опасно мне, то и тебе. Уезжаем!

Алиса продолжала говорить загадками:

— Застрять всегда проще, чем выбраться! Тебе нужно вернуться одному. Я просто слово, просто фигура речи.

Она изменила линию бровей. Ее губы стали чуть тоньше, а нос слегка острее и вздернут.

— Какой у тебя цвет глаз? — спросил я, понимая, что передо в полуметре сидит моя же галлюцинация. Быть может, голограмма.

— Любой, — ответила она и засмеялась как-то неестественно, неприятно.

Вместе со смехом левый и прав глаз, поменяли свои цвета — с карего на зеленый, затем с зеленого на ярко-синий. — Скажи стоп, когда тебя устроит! — зрачки закатывались за веки, белки прокручивались, словно это были не человеческие глаза, а маленькие барабаны в игровом автомате. Бинго! Из нижних век показывались зрачки другого цвета, безумие повторялось.

— Это все декорация? Я в личном аду, собственном «Шоу Трумана»?

— И да и нет, — ответила Алиса, бросив подбирать цвета. — Они еще учатся приспосабливаться под нас, создавать копии, проникать в и под сознание. Поэтому так много ляпов, несостыковок — багов, говоря техническим языком. Мир вокруг нас еще далеко не бета-версия будущего. До открытого тестирования далеко.

«Черт, эта копия знает, что моя Алиса в it? Как все это возможно?»

— Тогда кто тебя направил сюда?

— Ты никогда не узнаешь этого, так как я на пятьдесят процентов состою из твоих воспоминаний, ассоциаций и мыслей. Мне нужно было тебя предупредить, дорогой, — она прикоснулась горячими ладонями к моим небритым щекам, поцеловала в лоб. — Пожалуйста, возвращайся скорее. И не валяйся на холодной земле, отморозишь руки и заработаешь простатит.

Я поперхнулся слюной. Закашлялся так, аж из глаз полились слезы. Пытался выхаркать из легких эту гребанную каплю собственного производства, не заметив, как именно девушка исчезла.

Удушье. Загребал