Оборотни Сибири, или Пленница медведя (СИ) - Кац Лира

В голове начинает повторяться наш диалог, и я спотыкаюсь на его словах о волках. Он так странно выразился. Я точно воспроизвела в голове его слова:

Двое из стаи черных волков захотели тебя себе, но я помешал сбыться их планам. Как ты слышала: их ищут.

Что он имел ввиду. В смысле ищут волков? А мы причем? Причем тут директор нефтяной вышки? Их тут даже нет, этих вышек, они дальше. Так я снова возвращаюсь к нему, а надо подумать, что он имел ввиду.

Двое — два. Тут понятно.

Стая — это стая.

Черные волки — ну они вроде черные были. В темноте-то.

Захотели тебя к себе — это как? Не сожрать захотели. Не убить.

Я помешал сбыться их планам. — говорил, как о людях.

Их ищут. — зачем в тайге искать волков? Не нравится мне это.

Что за иносказательность. Те чужаки приходили, говорили о двоих, которых надо найти. Двое там и двое тут. Волки? Нафига им звери?

Неожиданно взгляд выхватил в дверях Гордея. Он стоял, облокотившись о косяк и наблюдал за мной. Давно он там стоит? Стушевалась.

— До чего додумала?

— Я? — пожала плечами. Ни до чего вообще-то. Зачем он спрашивает, хочет узнать насколько я близка ко всем ответам?

— Давай я сделаю перевязку. Нужно обработать мазью.

— Нет! — вытянула руки вперед. От вида баночки с густой белой мазью поплохело. — Нельзя мазать это на швы! Если бы мы раньше показались вашему врачу…

— Завтра он приедет. А пока смажем мазью. Поверь мне, я прошел через такое, это отличное средство. Его даже запатентовали, вроде в Дании, или в Швеции. Уже не помню.

— Не помнишь? — скептически покосилась на мазь. Какая Дания? Что он мне тут зубы заговаривает? — Без мази.

— Хорошо. — слишком легко соглашается со мной. Откуда я это знаю? Чувствую! — Вот баночка на столике. Обработаю так и сменю повязку. Ложись.

Улеглась на диван головой на его колени. Смотрю на него снизу вверх, сосредоточенный, аккуратно снимает повязку, обмакивает вокруг швов спиртовым тампончиком. Мне щекотно, но я смотрю в его глаза, не отрываясь. Почему то кажется, что остановись сейчас весь мир, мы ничего не заметим. Улыбаюсь, отчего начинаю шипеть, на ранку попадает капелька жидкости.

— Почему я не чувствую дискомфорта, когда на мне повязка? — шепчу ему, стараясь больше широко не улыбаться.

— Это травы. Они имеют прекрасное свойство обезболивать. Полынь, ромашка, шалфей. Если интересно, у меня где-то тут был травник по лекарственным растениям. Занимательная книга.

— Ты серьёзно? — по взгляду вижу, что серьёзно.

— Нет, конечно. — ну хоть бы улыбнулся. — Это всё аптечные сборы. Ты просто еще слишком молода, чтобы обращать внимание на эти полки в аптеках.

— Ты тут живешь? — я стою у стеллажа с книгами, тут произведения на любой вкус.

— А как ты думаешь?

— Эти книги явно принадлежат разным людям, либо их собирали, сгребая в библиотеке все полки подряд. Так что, либо тут живёт куча народа, либо кому-то было всё равно, что лежит у него на полках. О, даже бульварный романчик нашла. — выудила книжку в тонкой цветной обложке. — Ого, “Страсть, или запреты медвежьего угла”

Оглянулась на наблюдавшего за мной Гордея. Его любимая поза, облокотиться на что-то, держа руки в карманах. Почему “любимая”? Не знаю, так показалось. Он усмехнулся, глядя на обложку.

— Ещё скажи, что не читал? — хихикнула я, вернув книгу на полку. Пробежалась пальцами по корешкам. — Нет, всё же не живешь. Дом, конечно, хорошо, и даже ухожен, и чувствуется, что его обставляла женщина, но… он какой-то безжизненный что ли.

— Ты права. Я приезжаю сюда раз в год в отпуск. Десять дней тишины, покоя, умиротворения. В другое время здесь отдыхает кто-то из семьи.

— Значит десять дней — это всего лишь отпуск?

— Банально, да? — улыбнулся. — Как насчёт фильма? У меня здесь отличная видеотека.

Подошёл к встроенному в стену шкафу и открыл раздвижные двери.

— Видеокассеты? Серьезно? Ничего себе, ты меня удивил!

— Выбирай, я выйду ненадолго, проверю капканы. А ты устраивайся поудобнее, скоро вернусь.

Я принялась изучать названия фильмов. Очуметь, сколько их тут. Вот это коллекция. Сколько им лет? Я даже не помню, когда они были в обиходе. Странный он богач, конечно. Хотя, откуда мне знать? Я никого такого ещё не видела.

Выбрала фильм и села ждать. Минут десять прошло, он всё не возвращался. Потом я прождала ещё десять, ещё… и взобравшись ногами на диван прилегла.

Проснулась с криком. Оттого что на меня смотрели неестественные белые глаза пепельной блондинки. Боже, привидится же такое. Дверь резко открылась нараспашку и на пороге возник хозяин дома.

Оценив обстановку, убедившись, что я одна в комнате. подошёл ближе.

— Что случилось? Ты кричала.

— Кошмар приснился… — не стала ему говорит что именно. — Как я тут оказалась? Мы так и не посмотрели фильм.

— Завтра. Сейчас уже поздно. Прости, что не составил компанию, возникли сложности. Ложись.

Я как представила снова то лицо женщины, аж вздрогнула.

— Я побуду с тобой, хочешь? — кивнула в ответ. Тогда он обошел кровать и улегся поверх покрывала. А я, вспыхнув до кончика носа, подумала о том, что лежу раздетая! Кто меня раздевал? Покосилась на него. Плохая это затея, соглашаться на его предложение. Укуталась в одеяло. Легла на край, он выключил лампу и мы погрузились в темноту.

— Спи, ничего не бойся, я сумею отогнать плохой сон.

Да уж.

Некоторое время мы лежали так. Я ютилась на краешке, на боку, сон совсем не шёл. С его стороны было тихо. Я слышала его равномерное дыхание, уснул что ли? Как он от меня плохой сон собрался отгонять, если сам уже дрыхнет.

Неожиданно он подтянул меня к себе, спиной на свою грудь, зарылся в мои волосы и мирно засопел. Вот так встряла!

Спала я замечательно! Несмотря на то, что этот мужчина… Гордей, загрёб меня своими лапищами. Думала не усну, но выключилась практически сразу, даже не помню сколько я пролежала, боясь сделать вдох.

Просыпалась одна, но вторая сторона кровати ещё хранила его тепло, я с удовольствием потянулась. Улыбалась, как глупая. Да что со мной?

Соскреблась с кровати и надела футболку, которую он мне давал. Она висела на спинке кресла. Моих вещей нигде не было видно, поэтому я натянула на себя эту футболку. Она прекрасно закрывала мои стратегические места до середины бедра. Всё ж с мужчиной такого роста и комплекции хорошо жить, всегда можно носить его футболки как платьишко.

Вышла из комнаты, снова улавливая запахи. Он мясо жарит? С утра пораньше? Пришла на кухню, так и есть. Гордей, обжаривал стейки с обеих сторон на двух сковородах. Управлялся, будто не директор нефтяной компании, а кулинар с телешоу.

И всё у него так слажено получалось!

— Ты какой прожарки любишь стейк? — снова каким-то образом понял, что я уже здесь.

— Наверное, хорошо прожаренный. Никогда не ела стейки. А мясо люблю любое жареное, особенно шашлык.

— Значит, вечером устроим барбекю.

Какое барбекю, разве могу я веселиться, когда мои родные ищут мне на дне реки? Разгон от хорошего настроения до вселенской тоски за три секунды.

— Ты чего нос повесила? Сегодня можно будет снять повязку, на ночь снова обработаю, а пока у тебя всё хорошо заживает.

— Да? Ты говорил, что придет врач.

— Говорил, значит, придет. Он в курсе.

Пауза затянулась. Он тем временем снял сковороду с плиты и прямо так поставил на стол. Никакой сервировки! Со сковороды есть? Нет, смотрю полез за тарелками. Не такой уж дикарь.

— Расскажешь, что тебе приснилось? — так проницательно посмотрел на меня, а я стушевалась.

— Да ничего такого. Просто, видимо, нервы…

— Аль. — голос-то какой вкрадчивый. — Выкладывай.

— Женщина с белыми волосами и… — он нахмурился, а я осеклась. Что не так?

— И?

— Она смотрела на меня такими же белыми глазами.