Венди Стауб - Луна вуду

— Вы хотите, чтобы я рассказала вам историю вуду, или хотите просто пройти короткий тур? — спросила Хелена.

— История для Прю — это все, — заявила Пайпер, упершись руками в бока. — Можете рассказывать нам все без утайки.

— Отлично. — Хелена щелкнула настенным переключателем, и рядом вспыхнул экран.

Собравшиеся у большого мерцавшего костра фигуры стали двигаться, мерно поднимая и опуская руки, комната наполнилась странным пением. Прю, конечно, знала, что прокручивается всего лишь записанная пленка и на экране обычные куклы, но почувствовала, как по спине пробежал холодок.

— Вуду в Новом Орлеане начинает практиковаться с конца семнадцатого века, когда сюда перевезли свежие партии рабов из французских колоний в Мартинике, Гваделупе и Санто-Доминго, — рассказывала Хелена.

Она добавила, что если рабы составляли большинство обычных подсобных рабочих культа, то в жречестве вуду в основном состояли свободные цветные, причем многие из них — смешанной крови.

— Наиболее влиятельными были королевы вуду, а ко второму классу принадлежали лекари, — продолжала она, подведя их к маленькому стеклянному ящику, где лежал манекен. — Вы видите церемониальную одежду, которая принадлежала небезызвестной Мари Лаво.

— Кому?

— Сильнейшей среди королев вуду Нового Орлеана в восемнадцатом веке, — сказала Хелена.

Прю подошла поближе к ящику и посмотрела на манекен. Кожа у манекена напоминала цветом кофе со сливками, фигура была одета в длинное желто-красное платье и странный головной платок. Раскрашенные глаза прямо смотрели на каждого, кто в них заглядывал, поэтому Прю быстро перевела свой взгляд на табличку у ящика. Несколько печатных строчек повествовали о том, что легендарная королева вуду в открытую пользовалась черной магией, призывая под свое крыло как наемных убийц, так и опустившихся аристократов.

— О ней говорили, что она обладала сверхъестественными силами, которые неподвластны обычным людям, даже для того века она отличалась большим влиянием, — говорила Хелена. — Люди все еще посещают ее могилу, чтобы вступить в контакт с ее духом и попросить о помощи.

Прю обрадовалась, когда Хелена повела их наконец к другому ящику. Но когда она посмотрела на содержимое — большую коллекцию амулетов, уложенных в красные фланелевые мешочки, она испытала странное ощущение. У нее возникло такое чувство, какое бывало с ней, когда она с сестрами занималась магией.

— Такие мешочки называются грис-грис, — сообщила Хелена. — Пользующиеся вуду оставляют их на пороге дома человека, которому они хотят навредить.

— А что в них? — спросила Пайпер.

— Обычно их наполняют различными травами и порошками, иногда — перьями или кусочками змеиной кожи, а иногда — обрезками ногтей или отстриженными клочками волос.

Волос…

Последнее слово вдруг заставило Прю подпрыгнуть.

Она почувствовала на себе взгляд Пайпер и медленно повернулась, встретившись с ней глазами.

— Все в порядке? — Хелена вопросительно посмотрела на обеих.

— Э, да, — ответила Прю. — Жарковато, знаете ли.

— Да, к сожалению. Мне самой хотелось бы, чтобы поскорее поставили кондиционеры, но музей существует только год, и пока мы не встанем на ноги… Когда-нибудь все будет.

— Ничего, нормально, отозвалась Прю. — Хелена, пожалуйста, продолжайте.

И сестра Габриэллы продолжала свой рассказ о грис-грис — новоорлеанском ответвлении вуду. По ее словам, оно сильно отличалось от гаитянского и африканского направлений. Она показывала им ящики, где лежали различные фиалы и пакетики с порошками и травами для совершения заклинаний.

— Некоторые из них можно отыскать почти в любом американском саду, — сказала она, показывая на высушенные лепестки розы. — Другие, как, например, сушеные ящерицы или измельченные косточки, достать намного сложнее.

Она щелкнула еще одним переключателем.

Загорелся последний экран. Показалась женщина в открытой соломенной шляпке, стоявшая на выкрашенном в красный цвет бетонном круге и склонившаяся над основанием шеста.

— Это хаунфорт, — проговорила Хелена. — Храм вуду, женщина стоит на жертвенном алтаре, ее приносят в жертву.

— Мне кажется, это ужасно, — сухо сказала Пайпер.

Механическая фигура присела и задрожала, а звуковая дорожка воспроизвела ее вопли и стоны, перекрываемые боем барабанов и завываниями.

«Хорошо, что все здесь ненастоящее», — напомнила себе Прю, в оцепенении глядя на жертвенную сцену. Странно, что экран так ярко воспроизводит ужас механической женщины, который заполнил, казалось, всю комнату.

— А почему ее приносят в жертву? — спросила Пайпер.

— Чтобы удовлетворить лоа, духа, которого вызывают во время проведения церемонии. Рада лоа — добрый дух, символизирующий теплоту и, постоянство, а Петро лоа — темный, который является жестоким и смертельно опасным.

— И женщину приносят в жертву Петро лоа? — спросила Прю.

Хелена кивнула и продолжала уже тише, словно не хотела, чтобы ее кто-то услышал.

— Тех, кто используют темную магию Петро лоа, легальные колдуны избегают.

— Почему?

— Частью потому, что такие встречи очень опасны. Группы, пользующиеся черной магией, называются секрэ сосьетэ на каджунском диалекте. Когда поклоняющийся призывает какого-либо духа Петро лоа нанести кому-нибудь вред в их интересах, они должны поклясться служить ему. Служение ему называется ангаян, и если дело не завершено, на голову поклоняющегося падет месть.

— Здесь, похоже, имеют дело с чертом, — пробормотала Прю.

Хелена улыбнулась:

— Примерно так.

Прю не могла понять, почему ее все здесь пугает. Должно быть, магнитофонная лента, вой и стук барабанов создавали неприятное ощущение.

— А что означает барабанный бой? — спросила она.

— Барабаны используются в большинстве церемоний вуду, — объяснила Хелена. — Те, что прославляют Рада лоа, звучат ритмично, в отличие от рваного боя поклонников Петро лоа.

Когда Хелена закончила рассказ, звукозапись тоже окончилась.

— Но почему, если темные церемонии проводятся в таком секрете, вы говорите, что они настоящие? — спросила Прю.

— Потому что я…

За спиной послышались чьи-то голоса и шаги.

— Эй! Есть тут кто-нибудь? Вы открыты?

— Вот и еще посетители, — сказала Хелена с улыбкой. — Не возражаете, если я вас оставлю?

— Никаких проблем, — уверила ее Прю. — Мы еще немного походим и посмотрим. — И она с Пайпер направилась в следующую комнату, где на стенах висели большие фотографии. Прю заинтересовал снимок женщины в тюрбане, парившей в нескольких футах над землей.