Император Пограничья 33 - Евгений И. Астахов
Худой воевода кивнул и что-то записал в тетрадь.
Когда занятие кончилось, класс опустел не сразу. Последним у доски задержался седой воевода из-под Мурома, самый пожилой в зале и вдвое старше Ракитина, с усами, пожелтевшими от табака. Все два месяца он просидел за последней партой и не задал ни одного вопроса.
— Руслан Варламович, найдёте минуту? — спросил он, когда остальные слушатели вышли. — У меня по Оке лес стоит стеной до самых деревень. Ракету над ним видно, а тварь под деревьями сверху не разглядишь. Где мне ставить вышки?
— Не в лесу, а у деревень, — Ракитин взял указку и провёл ею по карте вдоль Оки. — По лесу тварь бродит как хочет, но к людям всё равно выйдет на опушку. Вырубите вокруг каждой деревни полосу шагов на двести и ставьте вышку на краю, чтобы местность просматривалась целиком. Карту привезёте, я вам разметку сам нарисую.
— Привезу, — кивнул старик и пожал ему руку, крепко и коротко.
Пришёл седой воевода не за отметкой, и такого признания не давал никакой указ. А ведь когда-то, собираясь брать Угрюмиху, Руслан поставил её на карте репой, а себя морковкой с оторванной ботвой. Теперь он стоял с указкой в руке в школе того самого Платонова, и его, ядрёна вошь, спрашивали о деле, в котором он разбирается. Ракитин усмехнулся в усы, отложил для муромца чистый лист под разметку и пошёл к начальству: глава Разрядного приказа ещё утром велел зайти к нему после занятия.
Полетаев принял его в своём кабинете. Сидел он и за столом как на смотру, а перед ним уже лежала раскрытая тонкая папка.
— Садитесь, Руслан Варламович, — тверич кивнул на стул. — Итог по школе. Из шестидесяти одного человека экзамен выдержали пятьдесят семь. Четверо не сдали и со второго раза, их отставка подписана. Семеро из сдавших назначены головами новых округов, создаваемых теперь по всем землям. Одиннадцать уезжают воеводами в Самарскую и Астраханскую земли, пятеро зачислены в резерв для владений, которые присоединятся позже. Остальные вернулись в свои края с записью в личном деле.
Он закрыл папку.
— На Волге просят ещё людей. Земель под рукой Великого князя прибавилось, а толковых воевод на них нет. Отставные полковники прочтут слушателям устав, и только, а вести хозяйство научит лишь тот, кто вёл его сам. Зимой второй набор, и читать снова будете вы.
Гусарские усы Ракитина дрогнули.
— Программу опять к десятому января?
— К десятому, — подтвердил Полетаев и придвинул к себе следующую папку.
* * *Октябрь в Угрюме выдался мокрым, и с утра по стеклу кабинета ползли косые струйки дождя. Германн положил передо мной папку ещё до приезда князя Дулова. В ней хранились готовые к подписи бумаги, согласованные казначеем с ивановским князем в сентябре, в моё отсутствие. Условия остались те же, что прошлой зимой: титул и самоуправление для рода Дуловых, место при новом дворе, беспошлинный ввоз на все мои земли и кредиты Земельного банка под расширение мануфактур. Книги ивановской казны люди Стремянникова начнут проверять после подписания. Масштабные реформы, в том числе земельные, в Иваново-Вознесенске развернутся весной, когда сойдёт снег и по деревням пойдут наши комиссии. Годовой контракт на обмундирование армии и Стрельцов в этот раз ушёл другим поставщикам, и Иванову достанется следующий.
Что в ивановских книгах найдётся гниль, я почти не сомневался. В Коврове она всплыла на третий день после присяги Иосифа Андреевича, и разбирались с ней уже мои люди, на моих землях. В Иванове будет так же, и подписать бумаги это мне не помешает. Докладывал граф, ни разу не заглянув в листы: каждую цифру в них он знал наизусть.
Старую ивановскую папку я достал из шкафа сам. Прошлой зимой я не стал ставить на этом городе крест и отложил её до повторного разговора, а теперь положил рядом с новой. Тогда письмо из Иванова привёз фельдъегерь. В сентябре, стоя у портала за двадцать минут до перехода на Копенгаген, я отправил к казначею Дулова, лично дозвонившегося до меня. Сегодня ивановский князь ждал у меня в приёмной. Полгода, названные в его письме, растянулись почти на год, зато пришёл он к нам своими ногами.
Мажордом Савва доложил о нём точно в назначенный час и, помедлив, прибавил, что князь не один и в приёмной, обильно потея, уже дважды спрашивал, не передумал ли я его принимать. Я отложил ручку. Дулов, как оказалось, вошёл вместе с купцом Гарелиным.
Ивановских мануфактурщиков держала круговая порука: каждый отвечал перед остальными, и дрогнувший первым предал бы своих. Поодиночке там не сломался бы никто. Раз Гарелин пришёл в мой кабинет сам, за ним стояли и остальные друзья поневоле.
Ивановский князь, дышавший так же тяжело, как во время сентябрьского звонка, поклонился глубже, чем требовал этикет. Владелец фабрик, невысокий, в тёмном костюме отменного кроя, ждал рядом, заложив руки за спину.
Год назад Гарелин принимал князя у себя в кабинете и сам рассаживал гостей. В моём кабинете он сел, только когда ему указали на стул.
— Ваше Высочество, — начал купец, — буду говорить откровенно, мне сообщали, вы это любите. Год назад я привёл Вениамину Савельевичу семь фактов против присоединения к вашему княжеству. Ваши люди, полагаю, принесли их вам почти дословно.
— Принесли.
— Тогда повторять не стану. Скажу, какие мои доводы к осени отпали и почему. Я владелец фабрик, Ваше Высочество, и верю только тому, что сосчитал.
Пальцы он сцепил на колене.
— Начну с главного, с Твери. Год назад я говорил, что при нужде переведу фабрики туда, а с ними уйдут и восемь тысяч рабочих мест. Только станок без хлопка будет стоять, а его в Содружестве растят в двух местах, под Ставрополем-Кавказским и под Астраханью. Та с конца августа ваша, стало быть, астраханский хлопок продаёте теперь вы. Ставропольский поднимается к нам по той же Волге, а изрядный её кусок, с Самарой, Костромой и Ярославлем, тоже ваш. Где бы ни стояли мои станки, сырьё и дорога у вас. В Твери я платил бы вашим землям пошлину с каждой кипы, а здесь ввоз беспошлинный. Уводить фабрики стало незачем.
Затевая астраханский поход, о хлопке я не думал вовсе, а владельцев ивановских фабрик, выходит, купил именно им.
— С топливом и того проще. Прошлой зимой ваши земли стояли в очередях у колонок, и я спрашивал, будет ли у заказчика чем платить по контракту через год. Нынче у вас своя нефть из той же Астрахани, и топливо