Аллер. Том 4 - Олег Сынков

Если бы этот человек знал молитвы, он бы сейчас прочитал её и ещё трижды перекрестился. Но этого не случилось — здесь они этого не делают, хотя верят в Творца. Видимо, мы по-разному смотрим на мир — я и все они. И я сказал ему:— Ну что, Зен, так пойдёт?

— Да, вполне, — ответил он. — А то мало ли что может случиться при переходе.

А я, глядя на этого человека, понял: не о себе он беспокоится, совсем не о себе, и подумал — наш человек советской закваски. Хотя какая она у него? Я прожил детство и юность при Советском Союзе, армию отслужил и женился до развала СССР. Стоп, поймал себя на этой мысли. Я — Аллер, Аллерсавр Сарта, что я несу, о чём думаю? Всё это не то, и всё уже в прошлом.

Отбросив все эти мысли, я сказал Ритару:— А ты что, руку не поднял, а, Ритар?

— Мне одного раза достаточно, — ответил он, — что я там не видел, мне уже неинтересно, а вот их всякого рода побрякушки меня интересуют больше, чем их стрик. Хотя мне, конечно, интересно, как он вообще выполняет полёты и как далеко — дальше ли, чем мы прыгаем?

— Ритар однозначно дальше, — сказал я, — даже не понимая весь процесс, я понимаю, что далеко они прыгают, даже жутко становится, как далеко.

Марсар, стоявший возле меня, сказал, что тоже хочет побывать на корабле пришельцев.

— А вот ты, Марсар, будешь со мной. И только после того, как мы убедимся в полной безопасности. Это будет наш последний визит перед тем, как мы начнём подготовку к его перемещению. Я хочу, чтобы ты увидел всё своими глазами, прежде чем мы приступим к самому процессу.

Я посмотрел на Марсара, который кивнул в знак согласия. Его глаза горели любопытством, но в них читалось и понимание ответственности.

Я обратился к Санту:— Сант, скажи мне, а как вы определили, что их корабль работает на антиматерии?

— Мы нашли место, откуда питалась энергией вся система корабля, там что-то наподобие преобразователя стоит. А как работал этот преобразователь и из чего он преобразовывал энергию, можно было только догадываться. Мы приняли только одну гипотезу — про антиматерию, потому что нашли место, где эта антиматерия содержалась. Похоже, тот сосуд и был их супердвигателем, который перемещал их по их воле. Попав в антивселенную, антиматерия стала материей и перестала работать. Вот как они погибли, Аллерсавр. Но опять же, это только гипотеза.

Меня эти разговоры про антиматерию просто доконали: я ничего в этом не понимаю. Знал, что она опасна, и то я знал это из фантастических фильмов.

— Так понятно, — сказал я, хотя ничего не понял.

— Надо начинать буксировку, давайте уже начинать, — сказал Зен.

— У нас есть проблема: их обшивка не поддаётся сварке, мы не сможем его буксировать на жёсткой сцепке.

— А как сможем?

— Только толкать и с боков поддерживать нашими стриками. Два толкают и четыре правят им с каждой стороны, или можно его просто оставить. Я не знаю, из какого материала обшивка этого корабля, но это точно не металл, и похоже, он легче и прочнее любого нашего металла.

— А получится? — спросил я.

— Получится, вот поэтому я и говорил: на нём никому находиться нельзя.

— Да понял я, Зен, надо начинать. У нас как раз здесь шесть стриков вместе с Океаном. Значит, начнём. Я хотел уже сказать Ритару, а он, оказывается, всё слышал.

— Аллер, — сказал он, — я распоряжусь, мы будем толкать, — сказал он утвердительно.

— Ну тогда разъясни остальным командирам стриков, что от них требуется, хорошо, Ритар?

— Сделаю, — сказал Ритар и занялся этим делом моментально.

Я наблюдал за суетой, как наши корабли, словно муравьи, облепили гигантский чуждый корпус.

Зен, скрестив руки на груди, задумчиво смотрел на инопланетный корабль. Его лицо было напряжённым, словно он пытался разгадать невидимую головоломку.

— Этот материал... он словно живой, — пробормотал он, больше себе, чем мне. — Ни один наш инструмент не оставляет на нём и царапины. Как будто он сам себя восстанавливает.

Я кивнул, чувствуя себя совершенно беспомощным перед этой загадкой. Мои знания о космосе, полученные из учебников и симуляторов, казались теперь смехотворно устаревшими.

— А что насчёт двигателя? — спросил я, пытаясь ухватиться хоть за какую-то ниточку понимания. — Если он работал на антиматерии, то где он?

Сант, который до этого молча наблюдал за происходящим, покачал головой. — Мы искали, Аллерсавр. Но там, где, по нашим расчётам, должен был быть реактор, его не было.

— И это всё, что осталось от их цивилизации? — спросил я, чувствуя холодок по спине. — Множество стриков, которые не работают, и загадка, которую мы не можем разгадать?

— Похоже на то, — ответил Сант. — Но даже эта загадка может дать нам ключ к пониманию того, как они путешествовали и, возможно, как избежать их участи.

Ритар, вернувшись с инструкциями, подошёл к нам: — Все готовы. Шесть стриков займут позиции. Мы будем толкать его медленно, шаг за шагом. Главное — не потерять контроль.

Я посмотрел на стройные ряды наших кораблей, готовых к этой необычной миссии. В их слаженной работе, в их решимости я увидел проблеск надежды. Даже перед лицом неизвестного мы не сдавались.

— Хорошо, Ритар, сказал я, чувствуя, как напряжение немного спадает. — Начинаем. Пусть каждый стрик держит свою позицию. Главное – синхронность.

Ритар кивнул и отдал команду. Наши корабли, словно гигантские насекомые, начали медленно, но уверенно прижиматься к бокам инопланетного гиганта. Толчки были едва ощутимы, но они были. Чужой корабль, казалось, нехотя поддавался нашему напору, медленно смещаясь с места.

Я наблюдал за этим процессом, затаив дыхание. Каждый сантиметр, который мы отвоевывали у пустоты, казался победой.

Зен, стоявший рядом, тихо произнес: — Смотри, Аллерсавр. Обшивка... она реагирует на наши двигатели. Небольшие вибрации, но они есть. Словно обшивка чувствует наше прикосновение.

Я присмотрелся. Действительно, на поверхности инопланетного корпуса, там, где наши стрики оказывали давление, появлялись едва заметные волны, словно кожа гигантского существа. Это было одновременно завораживающе и пугающе.

— Значит, она не совсем инертна, пробормотал я. Но почему она не поддается сварке? И почему она такая прочная?

Сант, который всё ещё изучал показания своих приборов, покачал головой: