Таверна на прокачку 7 - Олег Валентинович Ковальчук
Николай лишь качнул головой, а Анатолий дал ему лёгкого подзатыльника.
— Лежи, глазастый. Не мешайся под ногами у старших.
Павел лишь отмахнулся, а Николай спрятал улыбку и направил телегу дальше.
На место нападения они вышли спустя час, когда утреннее поднялось над кронами деревьев.
— И чего осторожничали, — возмущался Павел, выглядывая из телеги будто крокодил из воды.
— Ничего ты не понимаешь, а ну спрячься в Телегу! — проворчал Сыч.
Николай же, осторожно слез с козел и пошёл осматривать место недавнего сражения.
А картина была знакомая, Николай не раз такое видел.
Две сосны поперёк дороги, шагах в сорока друг от друга. Их уже стащили в сторону, чтобы похищенная телега могла проехать. Глубокие борозды, там, где тяжёлые брёвна волочились по земле были видны невооружённым взглядом. А ещё на недавно поваленных стволах издали были видны слишком гладкие срубы, где явно угадывались следы топора.
Отряд бесшумно покинул телегу и рассредоточился по местности.
Двигались оперативно и умело, заметить их было той ещё задачей. Хотя стайка ворон, возмущённо каркнув, взмыли в небо.
— Под ноги смотрите, — шипел Николай, — следы не потопчите!
Но следов было столько, что за неделю не истоптать. Земля была утрамбована десятками ног. Тут и там угадывались бурые пятна, глубоко впитавшиеся в землю. Вон торчит обломок рогатины. А чуть дальше разбитый борт телеги, брошенный в канаву. За дерево закатили сломанное колесо, подальше от посторонних глаз. Фрагмент кольчужного полотна поблескивает в грязи, обрывок пропитанной кровью рубахи, зацепившийся за куст.
После пары дождей, эти следы будут уже не так узнаваемы, но благо, в последние дни была хорошая погода и следы остались.
Волох поморщился, а Павел закрыл нос рукавом. Запах стоял не самый приятный.
Анатолий обошёл всё кругом и остановился у обочины, где земля была утоптана особенно плотно.
— Здесь тела складывали, — сказал он и огляделся.
— Тела увезли, — добавил Волох, который присел, чтобы потрогать землю. — Или закопали неподалёку.
— Ну хоть не бросили на съедение зверям, — кивнул Николай.
Сыч молча снял шапку.
— Эх, не живётся людям мирно.
Мужчины молча постояли.
— Расходимся в стороны, вы по двое, я один. Ищем следы. Они должны стоять неподалёку.
Вот тут и вылез подвох. Они бродили по лесу часа три, а следов разбойников так и не нашли.
— У Георгия много товаров, — размышлял Анатолий. — По уму они должны были стоять где-то рядом.
— Георгий вёз четыре телеги добра, которое надо разбирать и сбывать, еще убитые и раненые. у них пленный, за которого ждут выкуп, — добавил Волох. — С таким хозяйством далеко не ходят.
— Ну или их главарь очень осторожен и хитёр, — заключил Николай.
— Михаил, кажется, сказал, что видел дым, когда по лесу уходил, — сказал вдруг Сыч. — Может мы не в той стороне ищем? Нужно не вперёд идти, а наоборот, вернуться?
Решили послушать Сыча, и стоянка нашлась. Там были и кострища, и земля утоптана, вокруг обглоданные кости, свежая яма отхожего места, которую даже не потрудились закопать, а людей нет.
— Снялись давно, — Волох выпрямился над кострищем и вытер пальцы. — Угли холодные насквозь.
— Вчера утром снялись, — заявил Николай, который иначе ощущал это место. — Понять бы, куда пошли?
Волох обошёл поляну по кругу. Потом ещё раз, шире. Потом присел на корточки и долго что-то разглядывал.
— Гляньте-ка, — позвал он.
Следы со стоянки уходили в четыре стороны.
Четыре набитые тропы: одна на север, одна вдоль ручья, одна назад к дороге и одна в самую чащу. Все свежие, но старательно затоптанные.
— Глядите-ка, следы от мётел. — удивился Николай. — Осторожные.
— Еще бы, такого купца взяли, — покачал головой Сыч. — Будешь тут осторожным.
— Это они нарочно, — сказал Волох. — Гоняли людей по кругу, чтоб не разобрать, где настоящая колея.
— Умно, — заметил Анатолий, но в голосе его не было ни капли восхищения. Скорее охотничий азарт хищника, что встретил достойного соперника и принял правила игры. — Их главный головой думает, придётся попотеть.
Проверили все четыре пути.
Северная тропа кончилась через пятьсот шагов у бурелома, за которым не прошла бы и телега. Та, что вдоль ручья, ныряла в воду и не выныривала ни на одном берегу. Волох прошёл по руслу шагов триста в обе стороны и вернулся ни с чем. Дорожная выводила обратно на тракт и терялась в колеях.
Четвёртая, что уходила в чащу, вела кругом и через час привела их обратно к той же стоянке.
Отряд стоял на вытоптанной поляне и молчал.
— Ну, — Сыч сплюнул. — По ходу, не отследим мы их, ребята.
— Отследим, — твёрдо сказал Анатолий. — Не могли они далеко уйти, с слишком много груза. Просто очень хорошо спрятались.
— И как искать-то? — подал голос Павел, который уже устал получать подзатыльники от старших и всё больше помалкивал. За эту ночь, он ощутил себя совсем уж зелёным салагой. Хотя и принимал брань без обиды. Все понимали, что это дружеское подтрунивание и никто никого не хотел обидеть. Зато так проще справляться с ожиданием и излишним волнением.
— Ногами. — Анатолий оглядел своих. — надо расширить круг поисков.
Следующие полдня, пока Николай отдыхал после бессонной ночи, бойцы рыли землю носом, в поисках хоть какой-то подсказки. А вернее ошибки, которую обязательно допустили бы дураки, которых всегда хватает в таких отрядах. И каким бы хитрым ни был командир, защиты от дурака почти не существует.
Внимательнее осмотрели пути, искали другие места, где могла оставить след тяжело загруженная телега. Пытались восстановить тот маршрут, что описал Михаил, когда спасался бегством. Останавливались перед каждой развилкой — а развилок оказалось до обидного много, и у каждой Волох с Николаем расходились в стороны и осматривали обочины, потому что удобное для засады место вполне подходит и для стоянки.
Забирались на пригорки и подолгу вглядываясь в лес — искали дымные столбы или костры.
— Не могут же они и вовсе жен жечь огня, — ворчал Сыч.
— Может, в ямах живут? — предположил Павел.
— В кротовьих норах, ещё скажи — хмыкнул Сыч.
Один раз Сыч заметил в низине красноватый отсвет — все залегли, подобрались на брюхе шагов на двести, но отсвет оказался гнилушкой на пне.