Начало пути - Александр Берг

— Хорошо, только к закату вернитесь, но Варгена придётся поставить в известность. Приказ такой, — пропуская нас на выход сказал один из стражей ворот.

Пройдя по укатанной колёсами телег дороге примерно метров двести, мы свернули направо по тропе в лес. Ещё метров сто и открылся вид на красивое широкое озеро с небольшими полянками по берегу. На каждой полянке я приметил ошкуренные брёвна, уложенные квадратом, в центре обложенные камнем небольшие очаги. Видать, озеро пользуется у местных популярностью. На другом берегу виден был уже разожжённый костёр и сложенные вещи. Кто-то тоже решил отдохнуть тут. Горум громко, по-разбойничьи свистнул, и из кустов показалась соломенная вихрастая голова молодого парня-человека. Следом вынырнула блондинистая головка девушки. Парень погрозил кулаком в нашу сторону, и молодёжь опять скрылась в кустах.

Братья поржали и, выбрав ближайшую полянку на берегу, стали устраиваться. Размотали удочки, достали коробку с наживкой и, пособирав мелкий сушняк для растопки, развели костёр. Дрова оказались заготовлены недалеко от поляны и укрыты шкурой от дождя и влаги. Довольно продуманно, а главное — вокруг чисто, без вездесущего пластика, битого стекла, железных банок и окурков, как у нас.

Я оставил люмань у бревна и спустился к озеру. Опустил три кувшинчика в прохладную воду, притопив их в густом иле. В этот момент, громко смеясь, мимо пробежали два голых орка и, сверкая ягодицами, плюхнулись в озеро. Ну да, подростки везде одинаковы, не смотря на расу. Махнув рукой, я скинул одежду и, разбежавшись, плюхнулся в прохладную озёрную воду. Это настоящий кайф.

Вдоволь наплескавшись, мы выбрались из воды и, натянув портки, закинули удочки. Поначалу клёва не было. Наверное, потому что мы распугали всю рыбу в округе. Но минут через десять Гэрум вытянул крупного окуня, по крайней мере, рыбина была похожа на него. Следом мне попался небольшой карась, а Горуму плотва. И менее чем за час мы натаскали неплохой улов, среди которого возмущённо била хвостом щука. Часть рыбы братья засунули в мешок, завязали горловину и опустили в воду, закрепив его верёвкой к вбитой в землю палке. Остальной улов быстро распотрошили, натёрли солью с травками и, нанизав на веточки, расположили вокруг очага с прогоревшими дровами, давшие горячие угли.

Жар от очага был приличный, рыба приготовится быстро, по этому я сходил к воде и забрал три охладившиеся кувшинчика с элем напевая «Кайф» группы Кукрыниксы. Раздав кувшинчики братьям, я взял люмань и запел.

Кайф, когда небо горит огнём,

Когда мы утопаем в нём.

Кайф, когда среди огромных стен,

Места нет для других систем…

Песня тут же привлекла внимание отдыхающей парочки на другом берегу. Девушка изъявила желание присоединиться к нашей компании и уломала своего парня передислоцироваться. Хотя, кажется, он сам был не против посидеть с нами под музыку. Собрав свои вещи и затушив костёр, парочка прибежала к нашей полянке.

— Мирон, Злата. Когда свадьба? — орки встретили вопросом молодых людей.

— Думаем, в середине просыпающегося сезона, — не смутившись, ответил парень. — Можно к вам?

— А вы тот самый мастер-бард, о котором все в посёлке говорят? — поинтересовалась Злата, с любопытством разглядывая меня.

— Доброго дня, молодые люди. Да, я тот самый бард Корней. Присаживайтесь, у нас рыбка свежая есть, — указал я молодым на свободное бревно.

Ребята тут же достали из своей корзинки нарезанный сыр с фруктами-овощами и пузатый кувшин с фруктовым компотом. Орки хотели поделиться элем, но парень наотрез отказался. Наша рыба уже была готова, и мы продолжили пикник. Под шуточки и смех.

Следующую песню исполнил той же группы Кукрыниксы «Обнимай», как раз для молодой парочки.

И вот, я ухожу,

И рвется между нить.

И воздух разряжен,

Ты думаешь, как жить.

И тесно так в груди,

И мир вокруг, как ноль.

Все тает на пути,

Сейчас ворвется боль.

Закончив исполнение, немного поболтал с ребятами и, смотря на орков-близнецов, решил спеть им из репертуара Виктора Цоя «Бездельник».

Гуляю. Я один гуляю.

Что дальше делать, я не знаю.

Нет дома. Никого нет дома.

Я лишний, словно куча лома, у-у.

Я бездельник, о-о, мама, мама, я бездельник, у-у.

Я бездельник, о-о, мама, мама.

Во время исполнения кто-то из волков Каалане, видать, услышал песню и теперь протяжно подвывал недалеко за кустами. Закончив петь, мы увидели, как из тех кустов вышел мой знакомец с синими глазами и, помахивая хвостом, приблизился к нам. Братья тут же сбегали к мешку с рыбой в воде и вытащили большую щуку. Тут же её выпотрошили и отделили кости. Разложив на широком лопухе очищенное мясо рыбы, протянули волку.

— Угощайся волчок, рыбка вкусная, — проговорил Гэрум, подсовывая тому под нос очищенные куски.

— Ага, присоединяйся. С нами весело! — вторил брату Горум.

— Привет, Сапфир. Тоже музыку послушать захотелось? — я помахал зверю рукой, подзывая ближе.

Волк посмотрел на меня своими удивительными синими глазами и сжевал кусок щуки с довольной мордой.

— Вкусно. Музыка. Красиво. Хочу ещё слышать музыку.

Мыслеречь Волка была немного запутана, как если бы он только научился говорить. Я удивлённо уставился на него.

— Ой! — воскликнула Злата. — Он стал Рэйфом.

Ага, похоже, Сапфир начинает практиковаться. Вон и братья удивлённо переглядываются с Мироном. А волк с довольной мордой переводил взгляд с одного на другого собеседника в мыслеречи. Причём Злата в какой-то момент смущённо покраснела. Видать, Сапфир наблюдал за ними, когда молодёжь миловалась за кустами, и теперь поделился впечатлениями. И началось: орки тут же закидали Рэйфа вопросами. Злата отчитала его, что подглядывать нехорошо. А я догрыз очередную жареную рыбку, кажется плотвичку, и снова заиграл на люмане.

Так, перешучиваясь, поедая рыбку под музыку, мы просидели до начала вечера. Собрались и, убрав за собой на поляне, затушили оставшиеся угли в очаге. Сапфир вдруг насторожившись рыкнул, пристально посмотрел в сторону леса, навострив уши, и резко сорвался с места. Проводив его взглядом, переглянулся с ребятами. Что это так насторожило волка? Раздался вой. Ему ответили разрозненные голоса собратьев с разных сторон леса. Почувствовав неладное, я бросил вещи и, выхватив свой нож, побежал в ту сторону, где скрылся Сапфир. Позади слышался мерный топот близнецов.

Добежав до раздававшегося шума среди деревьев, мы увидели, как волк, рыча, мечется из стороны в сторону вокруг типа, одетого в тёмно-серые одежды, в похожей на балаклаву шапке, имевшей только прорезь для глаз. Тип был вооружён