Наследие - Сергей Александрович Ким
И тут — кризис. Да такой, каких раньше не бывало. Фортосам на местные солеварни было по большому счёту плевать, и уже становилось ясно, что конкуренции с Далёким Отечеством они не выдержат — федералы гнали соли столько, сколько пожелаешь, превосходнейшего качества, да ещё и в удобной упаковке. Мерцелла даже немного позлорадствовала, потому как до этого с солеварами разговаривать было трудно — все более-менее приемлемые аргументы разбивались о бетонное «никуда вы не денетесь, всё равно к нам придёте».
Следующий важный пункт импорта из Далёкого Отечества — специи. Много, разных и не ценой золотом по весу.
Вообще, на чём строилась экономика Восточного Предела? На торговле, разумеется. С юга шли караваны со специями, хрусталём, шёлком, лошадьми, чаем, лекарственными травами, дорогим деревом и рисом. С севера сплавляли строевой лес, руды, шкуры животных, слоновую (точнее мамонтовую) кость и самоцветы. Имперцы добавляли в товарооборот инструменты, оружие и зерно. Основной артерией являлась Магна, малая часть шла сухопутными путями через Сухое нагорье, южную границу Империи и через восточные племена, ну а внутренняя новоримская торговля осуществлялась постольку-поскольку и важной статьёй никогда не считалась.
С началом же варварских вторжений торговля закономерно крякнулась: Магна оказалась заблокирована и на ней велись активные боевые действия, южная граница закрылась, с севера перестало идти сырьё, имперцам вообще стало не до торговли.
Затем, конечно, всё более-менее наладилось, а нишу самых дорогих товаров с юга закрыли поставки с Далёкого Отечества. Причём больше и дешевле, поэтому внутреннее потребление Предела на текущий момент насытилось, север тоже был больше занят восстановление после похода Орды туда, похода Орды обратно и похода союзных сил за ней, так что Фортосы повели экспансию вглубь Империи…
Ну, точнее — начали подготовку к этому.
Правда, с точки зрения что Мерцеллы, что Афины строить бизнес или, если угодно, экономику целого Предела только на поставках от федералов — так себе идея. Про нефтяную иглу на Светлояре не слыхали, но мысль была вполне понятной. Однако Фортосы руководствовались мыслью, что железо надо ковать пока горячо, и если можно здесь и сейчас сколотить состояние, которое в дальнейшем можно развивать дальше — это надо делать. Афина же планировала на больший срок — её интересовало превосходное федеральное зерно, которое уже пробно начали сеять в Пределе. Учитывая, что Империя — это не Россия, и тут можно запросто снимать даже не два, а три, а то и четыре урожая в год, то лишь за счёт этого можно было бы обеспечить стабильность Востока. Стать региональной житницей — дорогого стоило…
Один минус — рано или поздно высококачественное зерно утечёт на сторону, и его будут выращивать где угодно. Так что Афина планировала дальше развиваться в сторону механизации — её уже ознакомили с различной сельскохозяйственной техникой людей в зелёном, от самых простых средств до фантастических по возможностях, но и по цене, тракторов и комбайнов. Принцесса довольно быстро смогла прикинуть, что если повысить урожайность и механизацию труда, то можно высвободить больше свободных рук. А это — солдаты, это — рабочие для мануфактур, которые на Востоке практически отсутствовали.
Дело предстояло долгое и непростое, но иначе даже близко к инвириди было не приблизиться. Афина уже вполне представляла какой объём требовался даже не для производства, а просто для эксплуатации техники людей в зелёном — военной в том числе. При том, что федералы поставляли союзникам лишь то, что они считали безнадёжно устаревшим — стрелковое оружие со складов длительного хранения и технику, которую сохранили в Анклаве. Пистолеты-пулемёты, ручные пулемёты, карабины, магазинные винтовки, лёгкие полевые орудия, а недавно пришла, пожалуй, самая долгожданная поставка — два десятка БТР-40 (из которых, правда, оживить вряд ли получится больше половины), три «стюарта» и Т-34.
Правда, всё это до сих пор велось в неофициальном порядке и формально всё это богатство числилось за личной дружиной Афины — легионное командование с огромным скрипом воспринимало идею об изменении штатов подразделений и внедрении принципиально новой техники.
Правда, снявшие свой штраф бойцы легата Блазиуса думали совершенно иначе и первыми вызвались осваивать новую технику.
И хотя легионеры были в восторге, что легат, что Афина понимали, что всё это богатство на фоне техники инвириди — всё равно что варвар в кожаном доспехе и с бронзовым топором против латника с алебардой.
При этом принцесса и в мыслях не имела ничего дурного, вроде попытки взять реванш у людей в зелёном.
А смысл?
Если война — есть продолжение политики другими методами, то что должна была решить возможная война?
Восстановить престиж? Ерунда, и так было понятно, что федералы остановились только когда им надоело двумя когортами кошмарить весь Восточный Предел, а не потому что они выдохлись или понесли серьёзные потери.
А если не две когорты, а двадцать легионов?
Навязать контрибуцию, отнять территории? Если война из карательной становится завоевательной, то количество противника может и возрасти, и будут уже не двадцать, а двести легионов.
Да в конце-то концов, как воевать с тем, кто может просто взорвать одни врата и открыть новые где-нибудь у тебя в тылу? Да, Афина не сомневалась, что это сложная, дорогая и не слишком быстрая магия, но вполне осуществимая. Лучший пример того не только новые врата, открытые в малоизученных северных землях, но ещё одни — открытые на севере провинции Германия.
Собственно, предполагаемый маршрут делегации был следующим: сначала переход через илионские врата в Далёкое Отечество, далее — прибытие в федеральную столицу, а затем — на юг, где открыт новый проход. А что это правда — Афину уже предупредили по дальней связи. Точнее — просто подтвердили. Процедура эта была согласованной с обеих сторон, и открытия врат ждали, предварительно разослав по всей Германии секретные инструкции и организовав постоянное патрулирование вивернами с воздуха. Чтобы на этот раз обошлось без эксцессов вроде атак местных войск на появившихся неизвестных чужаков.
Где именно откроется проход инвириди могли сказать лишь