Предстоятель - Михаил Востриков
На этой полянке, кстати, был выход горной породы. Прямо как отбойник в тире. И на его фоне старые керамические горшки на ивовых прутьях выглядели прекрасными мишенями. Их уже привезли на ослике и расставляли барич Заи и Речи. Они же оборудовали и две залёжки на отметке пятьдесят метров — огневой рубеж. Они же снарядили и проверили оружие и боеприпасы ребят — АКМ и мелкашку с оптикой. Они же провели инструктаж и проверили знания юных стрелков. Потом барич Заи остался на огневом рубеже руководить стрельбами, а Речи пошёл в боевое охранение к тропинке. Мало ли кто по ней пойдёт.
Смотрел я на них и думал:
«Идеальные сержанты любой армии!»
Стрельбы
И понеслось…
Барич Заи Орс — мой незаменимый помощник, мудрый пожилой человек, негоцей и Снайпер этого мира с большой буквы С, традиционно потренировался в стрельбе из своей любимой снайперской винтовки.
Речи Укк — мой искусный возничий четвёрки гигантских геррских буйволов и уже достаточно опытный пулемётчик, короткими очередями из крупнокалиберного ротного пулемёта «Утёс» поразваливал кучки тыкв.
Лидса Немм осваивал стрельбу из автомата Калашникова в одиночном, двойками и автоматическом режиме. Сначала мазал, но потом начал попадать и это стало его маленькой победой.
Его сестрица красавица Ани Немм изящными движениями в положении «лёжа» из мелкокалиберной винтовки ТОЗ-12 с диоптрическим прицелом… боролась с отдачей, прицеливалась, задерживала дыхание и только потом делала точный выстрел в центр импровизированной мишени, нарисованной белой краской прямо на скале.
Барич Заи смотрел в бинокль. Он был доволен своей ученицей. Ну как же, он, ведь, и сам был Снайпером, только калибр у него другой, Не 5.6 мм как у мелкашки Ани, а 12.7 мм, от которого у людей головы отрывало напрочь.
Боеприпасы были без ограничений, мистер Сойер еще даст сколько нужно. Пусть стреляют, тренируются!
Огневой рубеж
Но сейчас огневой рубеж на отметке пятьдесят метров уже был свободен.
— Твоя очередь, Ангел! — услышал я голос руководителя стрельб барича Заи.
Он так и продолжал называть меня Ангелом — Светлым Ангелом Того, кто Имя. Пусть! Хорошо хоть не Тёмным… с него, неофита, станется.
На огневом рубеже я встал в боевую стойку мага. Как учил меня мой старший брат Эжен (земля ему пухом!) - руки по швам, левая нога вперёд. Затем отвёл обе руки назад и пару секунд постоял, сосредотачиваясь. Затем ме-е-едленно протянул руки вперёд, правую к сердцу, левую от сердца в направлении цели. Слился с целью, выдохнул… и со всей дури врезал файерболом в центр импровизированной мишени с отметками от пуль мелкашки Ани, намалёванной белой краской прямо на камне!
Файербол сорвался с моей руки с треском, похожим на раскат грома в пустой комнате. Камень зашипел, по нему побежали тонкие трещины, а в центре образовалась обугленная дыра. Запах озона ударил в нос, и по коже пробежали мурашки.
— Фью-ю! — восхищённо присвистнул барич Заи и вытащил из обугленной дыры в глыбе горного базальта только что срезанный им ивовый прут длиной полтора метра, — Это точно «вне категорий»!
— Пожалуй что так, — согласился я, — чувствуя, как по венам всё ещё бежит электрический ток.
Это значило, что по своей магической силе я как минимум в пару раз превзошёл «платиновых и дважды платиновых» магов секретного лефа Союза Свободных Окум под водительством макера-меламеда Ган Глоо. И по закону мне на запястье левой руки был положен платиновый браслет с большой буквой М посередине — маг. Вот только изготовить и вручить мне этот браслет было уже некому, великокняжеского Магического Двора в Мане больше не существовало, я его сжёг до тла вместе с инспекторами-магиками, в нём служившими.
Сюжет 2. Я отомщу сам!
Выкликнуть демона
Бозмен, штат Монтана, США.
— Демон Систель, приди! — воскликнул я, предварительно три раза плюнув через плечо, — Да куда же ты запропастился, ракшас мелкочешуйчатый⁈
Ах-х да, вспомнил! Это же я через левое плечо плевал, а нужно-то через правое! И я повторил ритуал выкликания уже правильно — три раза плюнул через правое плечо и крикнул:
— Демон Систель, приди!
Ага! Вот и он, великий демон Адольф Систель — глава «Тонкого мира». Ходит по краю поляны, ждёт, когда позову. В своём основном человеческом обличии — высокий и стройный молодой человек лет 30–35. Копна иссиня-чёрных волос, красивые и холодные голубые глаза, тонкие черты лица.
«Ах-х, какой красавец! Аристократ Преисподней. Женщинам такие нравятся, — пронеслось у меня в голове, но я тут же осадил себя. — Не время любоваться демоном».
Его демоническое обличие я тоже знал, видел его на Сулойке, когда он явился ко мне на разговор сильно побитым, со сломанным крылом и с огромной дырой в животе. Это было после серии взрывов файерболов на его энергетических упырях непосредственно в «Тонком мире». Да, моя работа!
Видимо тогда он от боли и страха попутал свои обличия. Могу себе представить… Сидел такой вечером у себя в личных служебных апартаментах в «Тонком мире», подбивал дневную выручку краденой у людей жизненной силы, а тут… БАХ, БАХ, в разных углах. А если бы тогда штатную аппаратуру спецблока для учёта человеческих душ разнесло? Ох-х… Даже представить страшно, что бы с ним сделала Небесная канцелярия. Но пронесло…
— Принёс⁈ — строго спросил я у демона.
Мне было нужно с ним поговорить о деле, и в качестве повода для начала разговора я использовал ещё то моё ему задание — описать виды Зла, которые порождают Благо.
Демон кивнул и молча протянул мне листок, исписанный каллиграфическим витиеватым почерком гимназиста-отличника. Ну вот как же это учат в их демонячьей школе так красиво писать? Били розгами? А-ха-ха! Значит есть методика! Но почему же о ней в наших школах ничего не известно? Пишут все, как курица лапой. Ну а с другой стороны… а каким ещё почерком им контракты с людьми о продаже душ писать, кривым и с ошибками? А-ха-ха!
Хотя, стоп! Он же не чёрт, а демон… к тому же великий, из приличной демонячей семьи, на хорошей