Проклятье Мидаса - Михаил Француз

— Что же такое ты сделал, мальчик? Украл деньги компании? — хмыкнула это, оказавшаяся довольно проницательной женщина. Не то, чтобы она угадала реальную причину моего поведения, но, в целом, оказалась довольно близка к пониманию направления моей мысли.

— Нет, — честно ответил я. — Но, положение моё, действительно, довольно шаткое. Так что, наличие нескольких запасных аэродромов не помешает.

— Хорошо, — ещё немного помолчав, видимо, обдумывая сказанное, кивнула она. — Я готова припарковать у себя часть твоих денег. И я сейчас говорю не только о предложенной тобой «долгосрочной аренде».

— Мне… нравится ход вашей мысли, госпожа Хван! — сначала задумался, затем улыбнулся я. — О какой сумме речь? Каков механизм, и какова будет ваша доля?

— Сумма… назовёшь её сам. А механизм простой: расширение бизнеса. Я могу взять у тебя деньги и купить ещё несколько объектов недвижимости под сдачу. На своё имя. Деньги приму наличными.

— Из рук в руки, — добавил я. — Без посредников и свидетелей.

— Уверен? — появился на её лице намёк на настоящее удивление.

— Конечно. Разве вы станете обманывать такого красивого мальчика, госпожа Хван? — продолжил улыбаться я. — Но, главного я, всё равно, не услышал: ваша доля и порядок той суммы, которую вы сможете таким образом принять: сто миллиардов? Двести? Триллион? Десять триллионов? Сто?

— А у тебя есть триллион? — хмыкнула она и в её выражении лица снова появился скепсис.

— Если вы готовы его принять — появится. В моей игре ставки невероятно высоки. Но, ответа на свои вопросы я, до сих пор, не услышал.

— Мальчик не только красивый, но наглый и настойчивый, — изобразила «женскую заинтересованность» она. — Моя доля проста: я буду этими домами управлять. И тебе их уже не отдам. Ты сможешь получить с них только арендный доход… его половину.

— Звучит, как настоящий грабёж, — усмехнулся я. — Но, знаете… мне такие условия нравятся. Они звучат, как начало долгой и близкой дружбы.

— Я не против дружить с красивым и темпераментным мальчиком, — поиграла бровями она. — Тем боле, временно одиноким мальчиком.

— Я — морально травмированный и раздавленный тяжёлым разрывом мальчик, — продолжая лучезарно улыбаться, заявил я. — И готов, пока, только к Платонической дружбе.

— Ещё и образованный, с хорошим чувством юмора, — словно, оценивая предлагаемый ей товар, произнесла она.

— Хвалите меня, хвалите, — погладил себя по животу. Затем снова вскинул брови и взгляд. Брови вверх, а взгляд на лицо собеседницы. — Но, я так и не услышал ответ на последний вопрос: порядок сумм. Сколько денег мне готовить?

— Не знаю, — пожала плечами она.

— Хорошо. Подойдём к проблеме с другого конца: какую именно и в каком количестве недвижимость вы планируете купить? Речь только о жилых домах, или о коммерческой недвижимости тоже? Всё-таки, есть большая разница между многоквартирной многоэтажкой в «спальнике» и торговым центром в Каннаме.

— Нет. Коммерческая недвижимость — это не моё, — проявив твёрдость, ответила она. — И ты прав — верхний предел у меня есть. Купить сразу недвижимости больше, чем имею сейчас, мне будет проблематично. Ведь, происхождение денег придётся ещё как-то объяснять. Сейчас у меня десять домов по всему Сеулу. Общей стоимостью… около полутора триллионов вон. Адекватно объяснить я смогу покупку ещё трёх-четырёх. Это, по нынешним ценам, в районе пятисот-шестисот миллиардов вон. Такой расклад тебя устраивает?

— Вполне, — пожал плечами я, прикидывая, что сейчас у меня на долларовом счету скопилось около ста миллионов. А шестьсот миллиардов вон, по нынешнему курсу, это около четырёхсот миллионов долларов, плюс-минус. Превратить сто в четыреста, при помощи моей «Системы», задачка не сложная. Потребует всего двух операций. Если идти «ол ин», конечно. Вопрос только в том, как перевести четыреста миллионов долларов в наличные? И я решил его озвучить. — А, как я передам вам 4 тонны наличных?

— Четыре тонны? — не поняла она.

— Я — технарь по образованию. И склад ума у меня соответствующий. 600 миллиардов вон — это приблизительно 400 миллионов долларов. 400 миллионов долларов в купюрах номиналом 100 долларов — это 40 000 купюр. Весь одной купюры — приблизительно 1 грамм. 1 грамм умножаем на 40 000, получаем 4 тонны наличных денег. Снять такую сумму, возможно, у меня и получится, но вот перевезти и передать 4 тонны денег без посторонней помощи у меня уже никак не получится.

— Значит, урезай аппетиты, — пожала она плечами. — Шестьсот миллиардов, о которых я сказала — это верхний предел моих возможностей. Не стоит брать его в качестве базовой суммы.

— Ну… — подумав, прикинул я, — Есть ещё возможность разбить эту сумму на множество отдельных, более мелких частей… или есть какой-то другой эквивалент стоимости — большей вместимости, чем наличные? Вам же их ещё на сделку по купле-продаже везти.

— Конечно же есть, — улыбнулась эта… опасная женщина. — Для всего, что больше двух с половиной миллионов мертвых американских президентов, серьёзные люди давно используют USDT. Маленькая специальная «флэшка», которая легко умещается в кармашке с помадой обычной дамской сумочки, замечательно решает подобного рода проблемы.

— Век живи — век учись… — пробормотал я. Такая простая мысль стала для меня неожиданным озарением. А ведь, по идее, это именно я первым должен был о крипте вспомнить, так как — технарь, и с криптой уже дело имел. Но, вот что значит — жить в шаблоне и думать по шаблону. Не готов оказался правильно совместить свои знания, чтобы прийти к такому простому ответу.

И тут мой телефон пиликнул, оповещая о приходе какого-то сообщения. Я с недоумением его достал и посмотрел на экран, который активировался сам, ещё до нажатия мной кнопки включения. На нём светилось окно «Системы» с сообщением:

«Разблокирован новый источник поступлений — эмиссия криптовалюты».

* * *

* * *

Куда можно вложить двести миллионов долларов так, чтобы это было быстро, не требовало моего личного участия во встречах и переговорах, не добавляло мне лишней головной боли?

В целом, варианты, конечно, есть. Их не могло