Предстоятель - Михаил Востриков

И самое неприятное…

И, в-пятых, и это было самое неприятное!

Опять вернулось то, от чего его, за большие деньги, вылечил сэр Роберт Колодни — один из директоров Института медицинских проблем в Нью-Канаане, штат Коннектикут и, пожалуй, лучший в мире специалист по человеческой сексуальности. Позвал Мэри, хотел ей напоследок… и никак. А Кэри, даже и звать не стал. И что же теперь делать? В разделе «Гарантии» контракта с институтом из Коннектикута, было написано: «При точном соблюдении рекомендаций», а в разделе «Рекомендации» было сказано: «Не употреблять алкоголь, меньше работать и больше гулять на море». В общем, фиг предъявишь…

И даже звонок из «Книги рекордов Гиннеса» с сообщением о включении мистера Сойера в эту книгу как самого удачливого нумизмата всех времён и народов, и даже известие об одновременной номинации его на Нобелевскую и Шнобелевскую премию за одно и тоже — научную теорию лидийских монет, не радовали мистера Сойера, а сплошная нервотрёпка последнего времени заставляла его всё чаще и чаще прикладываться к бутылке.

И вот теперь ещё и эта статуя Посейдона… И мистер Сойер уже представлял, сколько лет лишения свободы ему светило, если он завтра-послезавтра внятно не объяснит прокурору штата, откуда у него взялась эта многотонная золотая махина, когда и какие налоги за неё были заплачены и на каких основаниях она вообще принадлежала ему, а не должна была немедленно изъята в доход государства как нажитая преступным путём.

А Экола молчал и улыбался…

И мистер Сойер не выдержал! Со слезами, соплями и придыханиями, запинаясь, как в детстве, мистер Сойер вывалил все свои беды и обиды этому юноше-Богу. Ведь это всё из-за него. И если бы не он…

А Экола слушал, молчал и улыбался. Он искренне радовался, что всё случилось именно так и теперь не нужно было ничего выдумывать.

Пресс-конференция Милтона Сойера

Холл отеля Kimpton-Armory, Бозмен, штат Монтана

Сойер: — Да, господа! Всё именно так. И моя фамилия не Шлиман, отыскавший Трою (смех в зале), а Сойер. Милтон Сойер. И я, пользуясь случаем, заявляю — да, я нашёл Атлантиду. Вернее, её нашел мой покойный папа Изя Сойер. Во время Второй мировой войны он служил на торпедолове в Атлантике и однажды… Но это отдельная история и я потом с удовольствием Вам её расскажу. И перед своей смертью, папа передал мне точные координаты того неглубокого места, со дна которого он тогда сумел поднять манипулятором торпедолова вместо потерявшейся торпеды (смех и овации в зале), некоторые личные вещи и украшения погибших атлантов. Они перед Вами.

На длинном столе в холе отеля были аккуратно разложены сотни золотых перстней с драгоценными камнями, искусно выполненные в древнегреческой традиции — всевозможные подвесы, броши, колье, цепи, кулоны, ожерелья, бусы, монеты, поясные бляшки, поножи, диадемы, короны, серьги, гребни, застежки, ножи, кинжалы и т.д. Сразу было видно, что всё это подлинные вещи и в отличной сохранности.

— Кроме того, моим папой Изей была поднята со дна Океана и надёжно укрыта на много лет та самая золотая статуя Посейдона, которая вызвала среди вас такой переполох. А ведь, это всего лишь моё скромное желание достойно украсить новый Milton Sawyer Antique Center настоящим раритетом из Атлантиды, который прославит наш город на весь мир. И я получив эту статую от папы, заметьте, не стал по-тихому пилить её на куски с целью продажи золота

(смех и аплодисменты в зале).

- Эта статуя бесценна и является достоянием всего человечества! Но согласитесь, она прекрасна! И пусть же она радует людей не в каком-нибудь Лувре, куда её запрут и будут показывать людям за деньги, а у нас, в Бозмене! Бесплатно! Для всех! Просто на улице! Согласны⁈

(Крики: — Согласны! Овации в зале)

— И ещё, господа! Как человек доброй воли, как правоверный иудей, я хочу выполнить ещё одну просьбу моего папы, которую он, прослезившись, завещал мне обязательно выполнить. В присутствии консула я сейчас подпишу документы о безвозмездной передаче Правительству государства Израиль иудейских святынь, до недавнего времени попросту хранившихся в подвале нашего дома, так и не разобранные с войны, когда мой папа Изя их нашёл в какой-то пещере на берегу Мёртвого моря и привёз в Америку после службы в составе американской миссии в Палестине.

Это свитки и личные вещи Иисуса Навина, а также несколько предметов, которых касались руки… и ноги самого пророка Моисея. Это уже доказано авторитетнейшей международной экспертизой. Иудейские святыни должны храниться в музейных и научных центрах Израиля, а не в американском подвале!

(Смех и овации в зале).

— А монеты Лидийского царства, которые тоже там находились, уже стали достоянием человечества, появившись на нумизматических аукционах и в экспозициях многих музеев мира благодаря моему скромному труду антиквара города Бозмен

(Овации).

— И последнее, господа! Я обращаюсь к мировому сообществу с предложением о формировании международной экспедиции по поиску Атлантиды под эгидой Правительства государства Израиль, которому я, американский гражданин, принадлежу всем сердцем и великой иудейской Верой. Я точно знаю где нужно искать и передам координаты мировому сообществу. Как только я это сделаю, вы сразу поймёте, господа, почему все вещи из Атлантиды в такой великолепной сохранности, хотя и все они со дна океана и им около десяти тысяч лет. Представляете⁈ Они старше книг Ветхого Завета!

(Бурные овации)

Мистер Сойер обвёл холл отеля глазами:

— Однако, конкретные условия такого сотрудничества я хотел бы обсуждать уже с конкретными представителями конкретных стран. Ведь теперь у нас в городе есть Milton Sawyer Antique Center и я, как патриот Бозмена, обязан делать так, что бы хотя бы часть найденного в Атлантиде была выставлена в его музейной экспозиции. Бесплатно! Для всех людей!

(Овации в зале)

Мистер Сойер раскланялся:

— У меня всё, господа! Все свои вопросы прошу в письменном виде передать моему пресс-секретарю. На них мною будут даны исчерпывающие письменные ответы. Я подчёркиваю, господа, абсолютно на все! Я честный человек и мне скрывать нечего. Отвечу даже на вопрос налоговой инспекции, почему мой папа Изя не заплатил налоги с этих сокровищ, не имеющих цены, и не хочу ли их заплатить я

(Хохот и овации в зале)?

* * *

Когда зал опустел, мистер Сойер остался стоять на сцене, глядя на пустой стол, где ещё недавно лежали сокровища. Экола подошёл к нему.

— Получилось, — сказал он.

— Пока да, — ответил истер Сойер. —