Князь Андер Арес 12 - Тимофей Грехов
— Я вижу в тебе начало финар, — задумчиво продолжил Януш. — Оно в самом зародыше… я никогда подобного не видел. ТАКОГО БЫТЬ НЕ ДОЛЖНО!
Некоторое время царила тишина, после чего я спросил.
— И что это для меня значит?
— Понятия не имею, — ответил Януш, и от этой честности стало неуютно. — Оболочка будет расти вместе с верой в тебя. До чего дорастёт, увидим, если доживёшь.
— Но как это возможно? — спросил я.
— Не знаю, — ответил Януш. — СОЗДАТЕЛИ специально создали живых существ такими, чтобы путь к уровню финар без механизма оставался закрыт. Это правило вшито в саму ткань мироздания. — Он посмотрел на меня, и в бездонных зрачках впервые за весь разговор мелькнула растерянность. — Что же мне с тобой делать?
Вопрос повис в воздухе, и понравился он мне мало. Я понимал, если Януш увидит во мне угрозу, избавится от меня. Или же заставит служить.
— Оставить в покое, — тем временем предложил я. — И хорошо бы помочь вернуться на Грею.
Я прекрасно понимал, что этого он делать не станет. Но старался показать, что я не опасен для него. И вообще славный парень. Насколько это было действенным я мог только догадываться.
— Зачем тебе туда? — тут же спросил он. — Фриранцы поработили её. — Он сделал паузу, и усмехнулся. — А-аа, ты хочешь сражаться с ними! — Януш наклонил голову набок. — А знаешь… лет через сто ты смог бы им противостоять.
— Так позволь мне защитить родных.
Он покачал головой.
— Хватит отвлекать меня, — резко разозлился он.
Перемена произошла мгновенно, без всякого перехода. Секунду назад он лениво философствовал, а теперь раздражённо смотрел куда-то в сторону, сквозь стену, и мне показалось, что мыслями он давно в другом месте.
Напоследок Януш скосил взгляд на экран телевизора, где без звука показывали очередь у храма, и хмыкнул.
Прошёл миг, и он пропал. Несколько секунд я старался привести мысли в порядок. Вот уж не думал, что Януш так просто уйдёт.
Но потом вспомнил, что финары мыслят иначе. И понять их логику практически невозможно.
— И что это было? — спросил я у пустой комнаты.
Возможность шевелиться вернулась ко мне вместе с его исчезновением. Путы растаяли, я поднялся с кресла, покрутил головой и поймал себя на удивительной вещи.
Я даже испугаться не успел.
Более того, его визит принёс мне больше пользы, чем вреда. Я узнал про семью, про энергию Земли, про судьбу Арес и про собственный «зародыш финара».
Вскоре я заварил свежий чай, сел на подоконник и стал раскладывать услышанное по полочкам.
Первое. Во мне раскрылось начало — оболочка, через которую можно оперировать духовной энергией. Миллионы людей по всей планете ставили свечи архангелу Михаилу и просили остановить войну. Арес когда-то говорила, что главная сила финаров — это вера, и тогда я пропустил её слова мимо ушей.
При этом казалась странной оговорка Януша касательно финар. А именно, то, что он сказал, что бросили её. Получалась противоречивая ситуация, которую я не понимал. Люди ведь никуда не перевелись, и вера в Бога никуда не делась.
Второе. Энергия Земли куда-то переправляется. Даже Януш, у которого за плечами вечность, заинтересовался этим. Планета, которая по всем законам обязана была взорваться, спокойно существует.
Третье. Арес. Януш утверждал, что развеял её и сломал механизм. Вот только сама прародительница рассказывала мне о кровном мосте, а верить финару на слово я посоветовал бы разве что врагу. Похоронила ли её эта встреча окончательно… навряд ли.
Четвёртое. «Лет через сто ты смог бы им противостоять». То есть Януш предполагал, что я буду и дальше развиваться. Значит духовная энергия меняет моё тело.
— Ладно, буду разбираться с этим позже. Сейчас главное не допустить начало Третьей мировой войны.
План у меня был простой до безобразия.
С помощью метаморфизма я изменил лицо. Поверх легла иллюзия серебряного доспеха, за спиной развернулись крылья, и напоследок я изменил голос.
Затем я набросил невидимость, шагнул с балкона и телепортировался. Я оказался на километровой высоте, прямо над Кремлём. Внизу лежали зубчатые стены, соборы с золотыми куполами, жёлтые административные корпуса и брусчатка площади.
— Сканер, — произнёс я.
Кабинеты, коридоры, посты охраны, лестницы и лифтовые шахты. Скопление людей я нашёл глубоко под землёй, в просторном зале. Двадцать с лишним аур, и одну из них я узнал — Лебедев.
После чего телепортировался внутрь.
Надо было видеть лица первых людей государства, когда я появился в зале буквально из ниоткуда.
Люди сидели без пиджаков, с красными от недосыпа глазами, и по количеству пустых кружек на столе я прикинул, что совещание тянется далеко не первый час.
Помощник за дальним краем стола выронил папку, и листы разлетелись по сторонам. Офицер у экрана замер с поднятой указкой. Кто-то потянулся к тревожной кнопке и передумал на полпути. Охрана у дверей выхватила оружие, но стволы смотрели в пол. Седой военный в дальнем углу медленно поднялся и перекрестился.
На большом экране, по злой иронии, застыл стоп-кадр с украинским плакатом: клыкастый ангел с младенцем в когтях.
Первыми из ступора вышли двое.
— Давно не виделись, — сказал президент.
— Ты пришёл помочь нам? — спросил Лебедев.
— Да, — ответил я ему, после чего повернулся к президенту. — Ты помнишь, что я тебе сказал?
— Помню, — он выдержал мой взгляд. — «Не разочаруй».
Я кивнул.
— Ты не выполнил моей просьбы. Играешь в благородство, когда мог уже давно сам закончить эту войну. И чем дольше ты медлишь, тем ближе точка невозврата.
Я подплыл к президенту вплотную. Охрана по периметру подобралась, как псы перед командой «фас», но глава государства сделал короткий жест рукой, и бойцы остались стоять смирно.
А я в это время читал его.
Раньше мне доставались поверхностные мысли, верхняя пена сознания. Теперь, после прилива духовной энергии, силы мои выросли многократно, и я мог копнуть в глубину.
Первое, что меня порадовало, было то, что Россия не планировала наносить удары ядерным оружием. Стратегические силы несли службу в обычном режиме и каждое перемещение носителей согласовывалось теперь только с ним. Потом я наткнулся на воспоминание об отношении к заокеанским игрокам. Так я узнал, что американский вице-президент хлопнул дверью в Брюсселе, и это внушало осторожный оптимизм.
Копнув дальше, я узнал откуда в стране паника пополам с выдержкой. О готовящейся провокации здесь знали. Предупреждение пришло по нескольким каналам сразу.
Тревогу поднял Пхеньян. Китайская